Песнь Любви (СИ)

— Привет, Мариш, — мягко, но уверено я отстранил от себя девушку и приобнял за талию тихо стоящего рядом парня, представляя: — Это Тим.
— Какое интересное имя! — я даже не понял, с какой стороны появился рыжий. — Это сокращение от Тимофея?
— Нет, от Тимберлейка, — совершенно серьёзно объяснило моё чудо.
— Потрясающе! – Андрей так и светился, включив режим соблазнения. — Рад знакомству, а я Андрей, — я тайком показал ему кулак. Проигнорировал.
— Как на личном фронте, Андрей? – я привлек внимание к себе.
— Как в морге… Тихо, мирно, иногда новеньких привозят.
Вот ведь…
В мой локоть впились пальчики Мариши. Мне хоть и льстило её внимание, но я не собирался из вежливости терпеть собственнические выходки бывшей, особенно любезничать с ней на глазах у Тима. Мне показалось – парень хмурится, но он лишь улыбнулся и радостно затряс руку ошалевшей от такого обращения Марины.
— О, большое вам спасибо за Алексея, — серьезно сказал он. — Если бы не вы, у меня с ним не было бы ни единого шанса.
— Ч-что? — она недоумённо моргнула, не понимая о чем Тим.
— Он говорит, Марин, — подал голос Андрей, — что после встречи с тобой, Лёшка окончательно сменил “полосочки” на единственно правильный для него голубой оттенок.
Марина покраснела, потом побелела и злобно уставилась на Тима. Я на всякий случай встал рядом с ним и обнял за талию. Я не сторонник всяких споров и драк, по возможности, пресекаю их в зародыше.
— Так, лето ещё не наступило, так что шагом марш в дом, — скомандовал Игорь и направился к крыльцу.
Первые весенние шашлыки, благо у костра не холодно, салаты и прочая снедь, громкая музыка, смех, литры алкоголя и многое другое. Всего приехало тринадцать человек, но дом большой и места всем хватит. Тим быстро влился в компанию, не поладив только с Мариной, провоцирующей его при любой возможности. Я не вмешивался, он и так вполне справлялся: отшучивался или отвечал не менее колко. Бывшая весь вечер сидела рядом со мной, просила налить ей того, передать этого и уговаривала потанцевать с ней, игнорируя мою нелюбовь к танцам.
Тим же наоборот очень соблазнительно двигался под музыку, менял партнерш и уворачивался от загребущих ручек Андрея, которые я ему был готов сломать к концу вечера, если не угомонится. Тим подбежал к столу и выпил рюмку какого-то спиртного, его глаза горели бешеным хмельным огнём, парня порядком шатало. Я проследил взглядом скользнувшую за воротник капельку пота и собрался его уже ловить, но тут подала голос Марина.
— Ну ты и пьянь, Тим. Не пора ли остановиться? А то смотреть… — она поморщилась.
Я сам удивлялся, за всё время не видел, чтобы он пил или от него пахло спиртным. Но сегодня Тим планомерно опрокидывал в себя рюмку за рюмкой, почти не закусывая, а затем убегал танцевать, открещиваясь от меня.
— А у тебя ноги кривые. Вот только я утром протрезвею… — покачал головой Тим и сочувствующе вздохнул.
Послышались женские смешки, подруг у Марины среди присутствующих не было, кто-то из ребят отвернулся, пряча улыбку. Они обменивались подобными репликами весь вечер.
— Ну всё… — зашипела Марина, поднимаясь. — Я не намерена терпеть подобное хамство от какого-то ушлёпка. Алексей, и ты позволишь так со мной разговаривать?
А что я? Мне и так понятно, что Тим еле сдерживается. А до задетой гордости Марины мне вообще дело не было.
— Так не провоцируй, раз словарного запаса не хватает. И сядь, я не собираюсь драться с женщиной, — Тим качнулся и ухватился за край стола.
Вообще я заметил, что алкоголь отражался исключительно на его координации, мыслил он ясно.
— Спокойно, народ, — подскочил к столу Игорь. — Давайте лучше во что-нибудь поиграем?
— В Жмурки! — крикнула Мария. — Кто будет водой?
Я взял плед, бутылку с водой и обнял за талию Тима.
— Идём со мной, — шепнул ему на ухо.
На террасе было хорошо. Воздух приятно холодил кожу после жара в доме. Тим склонил голову и встал ко мне спиной. Я расправил плед и обнял притихшего парня, согревая собой, накинул на нас покрывало.
 
— Злишься? — Тим накрыл своей рукой мою.
— Как ни странно, но нет. Она сама напросилась. Мы уже давно сказали друг другу всё, что хотели…
Впервые за весь вечер мне было спокойно, я зажмурился и положил подбородок ему на плечо. Хорошо.
— Меня сейчас… — он метнулся за угол дома к ближайшей клумбе.
Дождавшись окончания вполне логичного продолжения, учитывая количество выпитого, я молча протянул бутылку с водой. Тим прополоскал рот.
— Слушай, а когда у тебя день рождения? — вдруг спросил он.
— Где-то пятнадцатого апреля.
— Как это “где-то”? — не понял он.
— Один бродяга нашёл меня на заброшённом складе, завернутого в пелёнку, и отнёс в приют. Врачи определили, что мне где-то два дня отроду, поэтому и дата рождения приблизительная.
— Господи, — дернулся Тим, — как же ты не замёрз и от голода не умер?
— В первый день младенцы не хотят есть, хватает полученного через пуповину, так что я голодал недолго. Погода тогда была тёплая, мне просто повезло. Жалко только, что неизвестно кем был тот бродяга, он ведь мне жизнь спас. Ушёл сразу, как отдал воспитателям, попросил только Лёшей назвать. Может у него был сын с таким именем… Или наоборот, собирался так своего назвать, да возможности не представилось.
Тим обхватил меня за шею и с силой вжал в себя, словно пытаясь защитить. Раньше эту часть моей биографии знал только Игорь.
— Ну, что ты, что ты, маленький, я же тут, — объятия стали еще крепче.
Мы так и стояли, пока окончательно не замерзли.
В этот раз я почувствовал, как он выбрался из-под одеяла. В неярком свете луны Тим крался к двери, стараясь не скрипеть половицами. Я надеялся, что ему просто в туалет понадобилось, но не проследить не мог.
Спальня нам досталась угловая, на втором этаже. Удобства были через дверь, но Тим прошел дальше, я отчетливо слышал его шаги на лестнице.
— Что, недомерок, жажда замучила? – голос Марины звучал с кухни.
— Не твоё дело. Слушай, я устал, не лезь ко мне.
Я услышал звон посуды и приоткрыл дверь. Настенный светильник почти не давал света, меня не могло быть видно. Сама кухня являлась проходной и имела еще два выхода, помимо того, где стоял я. Через арку можно было попасть сразу в гостиную, первая дверь вела к спальням на верхнем этаже, еще одна к выходу на задний двор.
— Слушай сюда, умник, — Марина зло выплевывала каждое слово, жестикулируя руками. – Ты никто и звать тебя никак. Тоже мне «Королева вечера» нашлась. Лекс мой, а ты путаешься под ногами. Ещё хоть один выпад с твоей стороны, и я тебе живо глазки-то выцарапаю. Усёк?
— Ты дура? Или это имидж такой? – Тим святым всё-таки не был. – Тебе объяснили и показали, что ждать нечего. Неужели можно себя настолько не уважать?
Я чуть не выскочил из своего укрытия, когда она толкнула Тима, и он сильно приложился о дверь холодильника.
— Тварь! Ничтожество!.. – Марину несло.
На столе стояли бутылка и наполовину пустой бокал. Тим на удивление спокойно выслушивал ругательства в свой адрес. Марина замахнулась, собираясь, видимо, залепить парню пощёчину, но Тим всё так же молчал, лишь перехватил её руку за запястье. Она отмахнулась и вышла через другую дверь.
Я поднялся в спальню.
Прошло минут пятнадцать, когда Тим вернулся и лёг рядом.
— Куда ходил? – я придвинулся ближе.
Ничего не могу с собой поделать, мне нравится засыпать, прижавшись к нему.
— Пить ходил, — он перевернулся на живот, сморщив лицо при движении.
— Сними футболку, — я полез в тумбочку.
— А может спать будем? – он послушно оголился.
— Будем.
Игорь предусмотрительно оставил массажное масло в ящике. Я догадывался, что удар был сильнее, чем показалось и ему теперь больно. Выдавил немного ароматной жидкости на руки и стал разминать плечи, разогревая мышцы, спускаясь к пояснице, постепенно усиливая нажим.