Уйти, чтобы вернуться (СИ)

 Мы ржали, катаясь по кровати, а Алекс пытался припечатать наши попы подушкой. Наше весёлое уединение нарушили Аскольд и Майкл, заглянувшие выяснить: «По какому поводу избиение жениха и его ближайшего окружения». Александр, похрюкивая и икая, раскрыл альфам суть проблемы, ржали уже впятером, а когда Аскольд, вскинув на плечо омегу, понёс его прочь: «Доказывать на практике историческую важность узла». Алекс брыкался и орал, а потом, схватив альфу обеими руками за попу, и подмигнув нам, запел: «Allons enfants de la Patrie..»*, выплывая из комнаты, вниз головой, на плече Аска.
 - Гостевая комната, последняя дверь справа, - напутствовал неугомонную парочку хозяин вечеринки.
 Веселье шло дальше, постепенно повышался градус выпитого, к нам снова присоединились Аскольд с зацелованным и заласканным Алексом. Время неумолимо приближалось к полуночи и гости начали расходиться, чтобы завтра встретиться в соборе, где будет происходить бракосочетание.
 Я вышел в сад, прошёл по дорожке к качелям и замер, серые тучи, нависающие над городом весь день, решили просыпаться на подмёрзшую землю пушистыми хлопьями снега, превращая реальность в снежную сказку. Я сидел на качелях и, подставив лицо снегу, плакал о несбывшемся, как же мне хотелось в тот момент, чтобы Алан оказался рядом!
 Я не помню, что было первым, разлившийся в воздухе аромат моего единственного, или первые аккорды незнакомой мелодии. Над садом плыл голос Алана, он пел на русском с ужасным акцентом, волнуясь и не всегда попадая в такт, альфа приближался ко мне, и постепенно слова песни стали проникать мне в душу, выжигая мои сомнения и страх.
 «Суженный мой ряженый.
 Мне судьбой предсказанный,
 Без тебя мне белый свет не мил.
 Суженный мой суженный
 Голос твой простуженный
 Сердце навсегда приворожил»**
 Когда затих последний, уплывающий в ночное небо звук, Алан подошёл ко мне и, опустившись на колени, накрыл мои озябшие руки своими пылающими ладонями. Он согревал их дыханием, осторожно касаясь губами кончиков пальцев.
 - «Нет дня, чтоб я не думал о тебе,
 Нет часа, чтоб тебя я не желал.
 Люблю тебя капризною мечтой,
 Люблю тебя всей силою души,
 Люблю тебя всей кровью молодой,
 Люблю тебя, люблю тебя!»***
 
 - Прости! Forgive me! Excuse moi! – он просил у меня прощения на всех известных мне языках, стирая с моего лица растаявший снег и слёзы. Я слушал его слова, боясь шевельнуться, взмахнуть ресницами, чтобы не спугнуть этот волшебный миг.
 - Алан, прости меня! – я рыдал, уткнувшись в его плечо, понимая, что это последний шанс всё исправить и начать сначала.
 Мы целовались под хлопьями снега, снежинки таяли на губах, смешиваясь с моими слезами. А потом он подхватил меня на руки и понёс прочь из сада, я, уткнувшись ему в плечо, тихо млел от его запаха. Пересекая на руках альфы гостиную, я увидел своих друзей, провожающих нас радостными взглядами.
 - Спасибо! – прошептал я одними губами – Майкл отсалютовал мне бокалом вина, – Заговорщики! – мелькнула и тут же исчезла идея всё разузнать сейчас же, всё потом, не сейчас.
 Как мы оказались в моей новой квартире, я так и не понял. Когда тебя ласкают и целуют, все мысли улетают в астрал, оставляя только пульсирующий жар и жажду скорейшего воссоединения с альфой, избранным для тебя небесами. Наш второй раз был незабываемым, не было физической боли, не болела душа от обмана и разочарования. Я чувствовал, что любим и доказывал Алану свою любовь, губами, ласками рук, тихим шёпотом страсти, своим телом, которого я больше не стеснялся, отдаваясь самому желанному для меня альфе. Мы уснули далеко за полночь, счастливые и утомлённые.
 Утром я долго лежал, не решаясь открыть крепко сомкнутых глаз, а вдруг, с наступлением рассвета, исчезнет снежная сказка, растает февральским снегом? Я лежал, наслаждаясь нашим смешанным ароматом, пропитавшим мою спальню и утверждающим, что всё произошедшее ночью не сон, а чудесная реальность.
 - Просыпайся, моё искушение, - губы Алана нежно коснулись моих крепко сомкнутых ресниц, со звонким чмоком опустились на кончик носа.
 - Мы рискуем опоздать на свадьбу Марка, - я потянулся, тело отозвалось лёгким дискомфортом в стратегических местах. Осторожно открываю глаза, встречаясь с сияющим взглядом альфы. Он смотрит с нежностью и любовью.
 - Ещё немножко, совсем чуть-чуть, - губы Алана спускаются мне на живот и легкими поцелуями покрывают его – я только поздороваюсь с нашим малышом, - он ласкает ладонями, трепетно, боясь навредить мне.
 Я только сейчас замечаю на нём свой кулон, оставленный мной, когда я сбежал от него после первой ночи. Рука сама потянулась к нему, мои пальцы перехватывают и целуют.
 - Я не снимал его, надеясь на то, что когда-нибудь ты подаришь мне не только украшение, но и своё любящее сердце, - его голос звучит неуверенно.