Осколки тебя P.S.Навсегда (СИ)

- Прости, - шепчу у лица. - Я говорил, что у меня от тебя сносит голову.
- Пусть! Мне это тоже нравится.
- Останови, если перейду черту, но я хочу тебя чувствовать! Всегда хотел.
На ней кружевной бюстгальтер белого цвета, который почти ничего не скрывает. Полные полукружия груди над тонкой талией так и притягивают взгляд, заставляя меня жадно втягивать ее запах. Она расстегивает его и снимает. Поднимает взгляд, легко касается пальцами моего подбородка, и мне не остается ничего другого, как выдохнуть и все-таки прижать ее к себе:
Лена!
Мы целуемся долго, наши сердца стучат как сумасшедшие, а руки ищут и находят друг друга. Я накрываю ее грудь ладонью, обхватываю губами и, кажется, теряю контроль, поднимая ее на себя и прижимая к стене… Но вновь останавливаюсь, испугавшись собственного напора. Закрыв глаза, крепко обнимаю в руках и слышу тихий смех.
- Я не разобьюсь и не исчезну, Алекс. Не надейся, что я тебя остановлю. Ты, как ветер, мне это просто не под силу.
  
Глава 18
 
Мне нравится тепло ее кожи и шелк волос. Чувственная глубина шепота. Когда-то я сходил с ума от одной мысли, что ее касается кто-то другой, а не я. Что не мне быть с ней рядом. Я был злым и достаточно гордым, чтобы ответить на надежду в глазах, стоило нам встретиться взглядами. Стоило подумать, что она видит во мне лишь брата.
Тогда бы я все отдал, чтобы она полюбила Картера Райта. И вместе с тем не мог ей это разрешить. Я просто не был способен верить.
Как же мало она знает о себе. О том, что ей под силу не только меня остановить, но заставить чувствовать и даже изменить мою жизнь.
Теперь я для нее Алекс. Не тот мальчишка, которого она когда-то знала, но тот, кто отчаянно хотел бы забыть свое прошлое – ту его часть, в которой было место неоправданной жестокости, ошибкам и одиночеству. И стать для нее лучше.
Интересно, останься мой брат жив, каким бы он был с ней в эту минуту? Терпеливым и нежным? Или, как всегда, болтал бы о своем – все равно о чем, пряча за разговором неуверенность? Было бы Лене хорошо с ним? Решился бы я, в конце концов, навсегда уехать из Сендфилд-Рока, как хотел, чтобы никогда не видеть их вместе.
Смог бы однажды забыть слова Ала о том, что он будет любить ее всегда?
Алекс… Каждый раз, когда она произносит его имя, я обречен ожигаться о память и ревностный страх – неужели мне никогда не стать для нее собой? Тем, кто я есть на самом деле?
Она что-то замечает в моих глазах и настораживается, но я не даю ей нахмуриться. В эту секунду я хочу быть с ней настоящим. Темная душа Картера Райта даже брату не способна отдать свое.
Мои губы жадно и смело ласкают грудь девушки, а рука проникает под бикини. Я снимаю их с нее, целую живот, за ним точеное, будто фарфоровое бедро, и вновь возвращаюсь к губам. Чувствую, как тонкие пальцы Лены несмело скользят на спине под пояс джинсов, и этот красноречивый призыв мне более, чем понятен – я сам этого жду.
Нет, не Алекс, сейчас ей нужен я – такой, каким она меня знает, и я готов ей ответить.
Я никогда не стеснялся своего тела и собственной наготы. Лену мне хочется чувствовать, как можно ближе, и я раздеваюсь под ее взглядом, пока она гладит мои плечи. Тяну ее за собой на постель, обнимаю за талию, зная, что скоро между нами не останется никаких тайн.
- Мистер Хулиган… называй меня так, принцесса, - мягко опрокидываю ее на спину, нависая сверху. – Ты была не далека от истины, тебе попался не очень смирный парень.
- Знаю, но мне не нужен никто другой!
Ее темные волосы рассыплись по подушке, алые губы приоткрыты, а во взгляде читается чувство, которое не спутать ни с одним другим. Она расслаблена и возбуждена, напряженные вершинки грудей потемнели от моих прикосновений, а щеки порозовели от моей смелости.
Не разрывая взгляда, я целую свою девушку с терпеливой лаской, на которую только способен, сдерживая съедающее меня желание. Огладив бедро, развожу стройные ноги и еще раз убеждаюсь, что хотеть ее – это сладкая мука. Когда касаюсь ее там, где особенно нежно, она замирает на вдохе и прикрывает глаза. Долго и медленно выдыхает, вновь поднимая за ресницами затуманенный взгляд.
 
- Лена, все будет хорошо. Доверься мне.
- Да.
- Люблю тебя…
Ее легкий вскрик гасит мой поцелуй. Я останавливаюсь, но слышу упрямое «нет» и руки крепче прежнего обвивают спину. Когда я первый раз наполняю ее собой, то едва не теряю рассудок от ощущений – дальше сдерживать желание нет сил.
- О, господи, принцесса, ты выворачиваешь меня наизнанку, - шепчу ей в ухо, прижимаясь бедрами, - так хорошо мне не было никогда. Ты понимаешь, что теперь моя?
У нее потрясающие глаза, и они отвечают мне без слов. Все былое меркнет перед их глубиной и ее поцелуем. Она встречает мои осторожные толчки короткими вдохами, и когда я наконец не сдерживаюсь, с тихим признанием притягивает к себе.
Лена
- Как ты думаешь, сколько лет живет любовь?
- Долго.
- Но не у всех? Говорят, даже у сильных чувств есть свой срок. Иногда он так ко?роток, что осень не успевает сменить лето.
- Это не о нас говорят.
- Почему?
- Потому что мы с тобой должны были встретиться, все равно в каком городе.
Его уверенность и серьезность в словах вызывают улыбку, будят в душе что-то приятное, и я вспоминаю:
- Знаешь, в тот день на почте мне задержали посылки. У них всегда такая точность в работе с клиентами, а тут все никак не могли найти мои образцы. Я смотрела на часы и думала, что не успею попасть в кафе к уходу Дэвида – у него намечались важные закупки. Когда вынесли коробки, мне пришлось хорошенько торопиться… - Я смеюсь, утыкаясь носом в его шею: - Кто же мог знать, что я боялась не успеть к тебе. А ты? С тобой ничего необычного не произошло в тот день?
Мы лежим в кровати, укрывшись шелковым пледом, и он гладит мои волосы. Наши тела обнажены, но я не чувствую никакого смущения, даже когда изучаю его плечи и грудь ладонями. Когда провожу пальцами по гладким мышцам, и по красивым рисункам татуировок, удивляясь тонкой работе мастера. А еще тому, что мне это в нем нравится – желание быть ни на кого не похожим.
Он отвечает не сразу. На секунду задумавшись, вдруг, улыбнувшись, показывает ямочки:
- Случилось. Там, на аллее, ко мне прилетело перо Красного кардинала – небольшой птички, вокруг которой ходит много легенд. Тогда я подумал: какая ошибка судьбы, ведь мне совсем не до романтики. И тут ты – девчонка, о встрече с которой я не мог и мечтать. Принцесса с коробками! Представляешь, как я удивился?
Но я удивляюсь больше, слушая его рассказ – не зная, верить ему или нет. Однако я запомнила его взгляд в тот день, когда он меня окликнул, и этого достаточно, чтобы сегодня поверить в его чувства.
Подняв голову, я убираю со щеки волосы и смотрю в синие глаза.
- «Прошлое бьется во мне, словно второе сердце». Надпись у тебя под грудью. Скажи, что в этом послании? Что ты хотел им сказать?
У Алекса красивое тело – смуглое, сильное и поджарое. Руки гладят меня ласково, но я не на секунду не сомневаюсь в их силе. Я часто об этом думаю, глядя на него – о силе, вот только причину понять не могу.
- Только лишь то, что у каждого человека есть прошлое, и мое прошлое – до сих пор болит.
- Ты расскажешь мне?
Он смотрит на меня, но не отвечает, и тогда я говорю сама:
- Нет, не сейчас, - касаюсь пальцами губ, вдруг ставшими твердыми. - Когда захочешь. Я буду ждать.
- Возможно.
- Даже если ты кого-то любил.
 
- Иди сюда. Не могу без тебя!
Он садится в постели, прислоняется плечами к стене и легко притягивает меня к себе за талию. Повернув спиной, отводит волосы в сторону, целует плечо, затем шею, затылок… Опаляет жарким дыханием ухо, заставляя меня от удовольствия закрыть глаза и подставить под его губы линию скул. Заставляя зажечься от желания, чувствуя, как его рука находит и нежит грудь. Как пальцы спускаются ниже, ласкают меня между ног и, наконец, заставляют с тихим стоном выгнуться им навстречу – еще сдержанно и закрыто, но он тут же обещает, что научит свою принцессу быть смелой.