Лопе де Вега "Собрание сочинений в шести томах" . Компиляция (СИ)

Кассандра
 
 
Что ж, приблизьтесь, сын мой.
 
 
Федерико
(в сторону)
 
 
Дрожью
 
Я охвачен.
 
 
(Преклоняет колено.)
Кассандра
 
 
Встаньте!..
 
 
Федерико
  
 
 
Нет.
 
Трижды руку вам, синьора,
 
Я целую: в первый раз —
 
Ради вас самой, которой,
 
Как вернейший из вассалов,
 
Буду я служить до гроба;
 
Во второй — для государя,
 
Обожаемого мною;
 
В третий — за себя, поскольку
 
Поступаю так не только
 
Из почтительности к вам
 
Или по отцовской воле,
 
Но от всей души стремясь
 
Стать вам сыном и слугою.
 
Из глубин моих сердечных
 
Преданность моя исходит,
 
Потому и будет прочной.
 
 
Кассандра
 
 
На груди, мне столь покорной,
 
Цепь объятий я смыкаю.
 
 
Герцог
(в сторону)
 
 
А сынок-то мой — не промах.
 
 
Маркиз
 
 
Так давно молва повсюду
 
Вас, Аврора, превозносит,
 
Так мечтал я вас увидеть,
 
Что сейчас судьбу с восторгом,
 
Непритворным, хоть и робким,
 
Благодарно славословлю,
 
Ибо вам могу сказать,
 
Лицезрея вас воочью,
 
Что желанием служить вам
 
Пуще прежнего исполнен.
 
 
Аврора
 
 
Верьте: ваше уваженье
 
Я, маркиз, ценю высоко,
 
Ибо с именем Гонзаго [176],
 
Что не раз на поле боя
 
Покрывалось громкой славой,
 
Вся Италия знакома.
 
Но доныне я не знала,
 
Что учтивы вы настолько,
 
Хоть должна была бы знать,
 
Что солдат, вам равный родом,
 
Быть не может неучтив.
 
 
Маркиз
 
 
Вашим снисхожденьем тронут,
 
Объявляю вас теперь
 
Я своею госпожою
 
И ручаюсь вам, что многих
 
Рыцарей феррарских скоро
 
В честь моей прекрасной дамы
 
На турнирах с седел сброшу.
 
 
Герцог
 
 
Отдохнуть пора гостям.
 
Увлекаясь разговором,
 
Злоупотребляем мы
 
Добротой их и здоровьем.
 
Пусть впоследствии не скажет
 
Обо мне любовь с укором,
 
Что не ценит счастья тот,
 
Кто счастливый миг торопит.
 
 
Все, кроме Федерико и Батина, почтительно раскланиваются и уходят.
  
ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
 
Граф Федерико, Батин.
Федерико
 
 
Экий вздор!..
 
 
Батин
 
 
О чем вы, граф?
 
Что считаете вы вздором?
 
 
Федерико
 
 
То, что люди утверждают,
 
Будто жизнь на сон похожа [177].
 
Нет, в часы дневного бденья,
 
А не отдыха ночного,
 
В голову приходят мысли
 
Столь чудовищные, словно
 
Исступленье бредовое
 
Вырвало их у больного.
 
 
Батин
 
 
Верно! Вот и я порой,
 
Даже в обществе отборном,
 
Чувствую, что я не прочь
 
Одного изо всей мочи
 
Ошарашить оплеухой,
 
В шею укусить другого.
 
Подавляю я желанье,
 
Стоя у перил балкона,
 
Спрыгнуть и разбиться насмерть.
 
Часто разбирает хохот На похоронах меня.
 
В церкви кажется мне тоже,
 
Будто проповедь читаю
 
Сам я собственной персоной.
 
Если игроков я вижу,
 
В них хочу подсвечник бросить.
 
Где поют, готов я петь.
 
Видя даму пред собою,
 
Я воспламеняюсь мыслью
 
Оттаскать ее за косы
 
И краснею разом, будто
 
С нею так и обошелся.
 
 
Федерико
 
 
Помоги мне, правый боже,
 
Отгони соблазн бесовский,
 
Сон кошмарный наяву!
 
Разве я могу такое
 
Выдумать, сказать, затеять,
 
Оправдать, простить, исполнить?
 
Нет, я просто обезумел!
 
 
Батин
 
 
Как! Вы скрыть хотите что-то
 
От Батина?
 
 
Федерико
 
 
Скрыть я в силах
 
Только то, что есть в природе,
 
А плоды воображенья —
 
Это призраки без плоти.
 
Значит, ничего не мог
 
От тебя я скрыть.
 
 
Батин
 
 
Позвольте
 
Мне открыть вам ваш секрет.
 
 
Федерико
 
 
Раньше чем ты сможешь взором
 
В глубь души моей проникнуть,
 
Расцветут здесь в парке звезды,
 
А цветы заблещут в небе.
 
 
Батин
 
 
Вот и нет! Не так уж трудно
 
Угадать, что вы влюбились
 
В вашу мачеху.
 
 
Федерико
  
 
 
Умолкни!
 
Это правда… Но меня
 
Не сочтет никто виновным,
 
Ибо мы свободны в мыслях.
 
 
Батин
 
 
Полагаю, что не очень,
 
Ибо наш посмертный жребий
 
Чистотой их обусловлен.