Исцеляющее сердце (СИ)
Усевшись возле одной из коров, приступаю к доению, попутно погружаясь в воспоминания о детстве.
У меня была вполне любящая семья. Долгое время у моих родителей никак не получалось завести детей, но зато потом им судьба подарила сразу двух детей-погодок: меня как старшую и брата Ноа. Я больше похожа на маму как обладательница каштановых волос и изумрудных глаз, а вот брат пошел в отца — обаятельный шатен с карими глазами всегда был душой любой компании. Различить кровных родственников в нас было очень трудно — лишь немного схожие лица выдавали нашу возможную родственную связь.
Будучи детьми заядлых фермеров, мы с малых лет обучались своему ремеслу. Все соседи завидовали нашей семье: неплохое хозяйство, да и мы с братом сыты, одеты и обуты. Будучи наивными детьми мы думали, что будем так жить вечно…
Но судьба оказалась слишком жестокой, беспощадной к нашему счастью…
Одним жарким летним днем нашу ферму глубокой ночью застал пожар. Сначала загорелся дом, а после огонь перекинулся на другие постройки. Мать с отцом спешно вывели нас с братом на улицу, после чего они ушли спасать животных.
Вот только ни скотину, ни самих родителей, мы уже больше не видели…
Пока остальные жители разбирали руины нашего дома, мы сидели с братом в обнимку посреди улицы, проливая горькие слезы. Мы искренне надеялись, что наши родители вернутся и мы продолжим жить все вместе, пусть уже на другом месте…
Но реальность оказалась слишком горькой для нас и теперь мы остались одни…
Сочувствующие нашему горю соседи позволяли нам с Ноа ночевать в своих сараях или на сеновалах, благо время года было теплое, а за легкую помощь по хозяйству мы получали еду и немного одежды. Так продолжалось несколько дней, пока в нашу деревню не нагрянул один смутно знакомый человек. Я видела его всего пару раз: невысокий пухлый черноволосый мужчина с усами, которые забавно вьются. Наряжен он был в белую рубаху и черные брюки, а ноги украшали дорогие кожаные ботинки. Заприметив нас с братом, он тут же послал двух сопровождавших его людей в нашу сторону.
К нам явно пожаловал представитель знатного рода…
Господин Райнольд является одним из самых влиятельных личностей в окружных землях, но мой отец всегда был с ним в хороших отношениях.
Похоже, что он узнал о нашем семейном горе и пришел к нам на помощь!
«Теперь мы снова заживем спокойно!» — прокрутилась мысль в моей голове когда я усаживалась на предоставленного мне элитного жеребца. Но реальность оказалась куда хуже…
Выяснилось, что наша семья еще много лет назад взяла у него в долг очень крупную сумму денег. Заём, который наши родители ему так и не выплатили… И поскольку даже элементарного дома для расплаты у нашей семьи теперь нет, как и других кровных родственников, отработка долга целиком и полностью легла на нас с братом. Я осталась в качестве прислуги в доме самого господина Райнольда, а брата же он отправил в шахты по добыче ценных минералов.
Так и закончилась наше детство и счастливая семейная жизнь…
После отъезда Ноа мы почти не виделись… Встретиться хотя бы раз за год для нас было уже чудом!
При каждой нашей встрече я проливала слезы от очередной разлуки с последним родным для меня человеком. Я надеялась, что рано или поздно наша семья выплатит долг господину Райнольду и мы с братом вновь станем свободны, но вот уже завтра мне исполнится двадцать три, а долгу нашему так конца края не видно… Да и неизвестно наступит ли когда-нибудь конец этому безумию…
Громкое мычание коровы заставило меня вздрогнуть и подскочить на моем раскладном стульчике. Задумавшись, я нечаянно слишком сильно сжала сосок ее вымени, вот бедняжка и взбунтовалась.
Ух, хоть молоко не пролила, а то у меня возникли бы неприятности… Господин Райнольд наверняка бы заинтересовался причиной слишком малого количества надоя.
Ещё немного повозившись с черно-белой пятнистой буренкой, громко зеваю и перехожу к следующей…
Солнце нещадно бьёт по голове своими лучами даже сквозь косынку, все сильнее разморяя меня, а в черном платье с рукавами и вовсе трудиться на улице душно… Хочется прилечь и закрыть ненадолго глаза… Но мне пока нельзя спать! Нужно сначала выполнить все свои обязанности, иначе господин Райнольд за недоделанную работу по голове не погладит…
Закончив с молоком, поднимаю тяжелые ведра и медленным шагом уношу их на кухню особняка, где кухарки уже с нетерпением ждали мою добычу. Вручив им молоко, разворачиваюсь и ухожу в сторону конюшни…
Сегодня, как назло, день их генеральной уборки…
Я так хотела спать, что даже характерного запаха стойл не ощущала, а тело мое будто делало все дела на автомате. Нечаянно оступившись во время уборки, я рухнула в мягкий скоп сена, откуда уже не было сил встать.
Глаза сами закрылись, так что я даже не поняла, как погрузилась в сон…
На улице было достаточно тепло, поэтому я сладко спала, совсем не подозревая, чем мне в итоге это аукнется…
— Клара, скорее просыпайся! — раздался сквозь сон знакомый голос Лэйлы.
Потянувшись и протяжно зевнув, вздрагиваю от осознания, что я мало того, что уснула на сене, так ещё и провела тут невесть сколько времени.
— Ох, сколько я спала?
— Достаточно долго, чтобы почти дождаться обеда. Скорее иди на реку и стирай белье, а я пока займусь подготовкой зала для трапезы.
Согласно кивнув, держусь за протянутую мне дружескую руку помощи и резко поднимаюсь на ноги. Добежав до заднего двора и схватив кипу заготовленного для стирки белья, отправляюсь на небольшую речку, что протекала неподалёку от владений господина Райнольда.
Солнце здесь пекло ещё сильнее, из-за чего мне ещё больше хотелось прилечь тут у берега и если не порисовать, то просто расслабиться…
Лучики солнца так игриво поигрывают по речной глади, невольно приковывая мой взгляд, а сама вода так успокаивающе журчит… Замечтавшись, я совсем ненадолго закрыла глаза…
Очнувшись через мгновение, я осознала, что рухнула в воду, а большую часть белья сдуло в реку и оно уплыло по течению в неизвестном направлении.
Представив себе весь ужас ситуации, в спешке достирываю пойманные остатки и несу все обратно.
Искренне надеюсь, что никто не заподозрит о пропаже… Хотя как можно не заметить исчезновение горы белья?
Ох, вот теперь у меня точно будут неприятности…
Развесив постиранные остатки, забегаю со стороны черного входа чтобы поскорее переодеться. Когда я почти расстегнула сырое платье, позади послышался обеспокоенный голос подруги.
— Клара, где тебя черти носили? Почему ты такая мокрая, будто купаться ходила?!
От ее возгласа я резко дернулась на месте, невольно застряв в горловине платья.
— Я и вправду искупалась, только нечаянно… Вместе с грязным бельем… — пробубнила я, еле протиснув часть лица в ворот своего наряда. — Черт, как же выбраться из этого платья?
Горько усмехнувшись, Лэйла подошла ближе и помогла мне освободиться из невольного плена.
— А почему так мало белья постирано? — задалась она вопросом, пока я переодевалась в чистую одежду.
— Потому что другого… уф… Больше нет…
Услышав мой ответ, подруга дернулась и захлопала глазами.
— То есть как это?
— Оно… уплыло…
Дабы не вскрикнуть, Лэйла закрыла себе рот рукой.
— Ты хоть осознаешь что с тобой будет, если господин Райнольд узнает об этом?
— Осознаю, — ответила, горько вздыхая. — Но другого выхода уже нет…
— Ладно, будем надеяться, что он не догадается, — подруга вручила мне в руки поднос и, легонько толкая меня в спину, направилась к выходу. — Идём, нам пора сервировать стол!
В обеденный зал я ступала с опаской… Мысли о возможных неприятностях никак не выходили из моей головы и с каждой минутой все сильнее нагоняли жути. Приготовив на столе приборы и две порции еды для господина Райнольда с его сыном, вместе с Лэйлой отхожу в угол зала. Там мы должны были находиться до тех пор, пока хозяева дома не почтят это место за трапезой…