Время возрождения (СИ)
Лупо же ничего не чувствовала, с недоверием наблюдая, как роботы чинят её тело. Луч проникал даже под покрытие, восстанавливая повреждённые сервоприводы, суставы, провода и трубки-вены. Единственный недостаток данной операции заключался в том, что после неё следовал массовый выход «мёртвых» нано-роботов из механизма, и, как следствие, жажда и голод.
— Всё готово, — расслышала волчица голос анрота, сверкающего окулярами в свете ламп, — ваше тело восстановлено, командир Лупо.
— Спасибо, — как только трубка ингибитора покинула её морду, электрические окончания тут же восстановили свою работу. Лёгкая боль волной прошла по её телу, возвращая ему чувствительность, и она, поморщившись, приподнялась с койки, осматривая заживлённые участки. «Даже шрамов не осталось, — невольно удивилась беот, ощупывая гладкую поверхность на животе без шерсти, куда вонзился острый осколок разбитой панели, — даже не знала, что такие устройства существуют». Шерсть отрастала со временем, но её рост прекращался, когда она достигала определённого процента.
— Ваш комбинезон, — анрот услужливо протянул ей аккуратно сложенную одежду, — показатели вашего механизма уже почти вернулись в норму.
— Можете отвернуться? — сердито попросила Лупо, свесив ноги с койки. Анрот, сообразив, что она имеет в виду, быстро развернулся в сторону приборов и принялся делать вид, что что-то набирает на голографической панели. Не желая больше находиться под его взглядом, волчица быстро натянула на себя пахнущую свежестью одежду и, вытащив хвост через прорезь, потянулась за левесами.
— Сейчас вам нужно восполнить уровень смоула, — напомнил ей врач, заметив, что она собирается уходить, — я провожу вас до медицинской столовой, если пожелаете.
— Буду рада, — возвращая своему голосу прежнюю интонацию, кивнула Лупо, рукой пригладив растрепавшиеся волосы и шерсть. Только сейчас она почувствовала, что ужасно хочет есть и пить.
Когда они вышли из-за ширмы, то она заметила, как к отсекам с Корво и Драго подъехали крупные детали механизмов анимагенов, включая новые крылья и пальцы. «Им досталось куда сильнее, чем мне, — подумала чёрная беот, смущённо нахмурившись. В отличие от неё, над телами ворона и дракона трудился не один, а целых три врача, то и дело уносящих за ширмы деталей, которые не могли воспроизвести нано-роботы, — надеюсь, они быстро поправятся». За белыми лепестками створки открывался широкий коридор медицинского центра, дугой огибающий основные помещения ординаторских. Но не успела Лупо сделать и двух шагов, как её оглушил радостный девчачий визг и чья-то меховая манишка закрыла нос.
— Мама! Мама вернулась! — тараторила Бэтли, покрывая её глаза и лоб поцелуями. — Мам, ты зачем от меня убежала?! Я же чуть с ума не сошла!
— Всё хорошо, моя Ночная Тень, — дрогнувшим голосом ответила она, закрыв глаза и прижав свою дочь к груди. Именно этого ей не хватало всё это время.
— Лупо… — лающий голос, до дрожи знакомый и такой же родной, заставил её вздрогнуть. Кано стоял рядом, не зная, что сказать. Он многое хотел высказать только что прибывшей волчице, но лишь взглянув в её холодные жёлтые глаза забыл все слова.
— Командир! — Лиззи буквально сияла зелёным светом от счастья, мерцая тремя прямыми линиями на экране. — Я так рада, что вы вернулись! Я рада, что не пришлось исполнить ваш приказ!..
— Вы с нами, командир, — прогремел Минот, и впервые все увидели, как он улыбнулся.
— Нет… это вы всегда со мной, — Лупо не могла больше сдерживаться и тихо рассмеялась, тронутая до глубины души верностью своей команды, — слабость в силу обратив…
— Единой командой идём в бой!
Глава XIII. Тёмная ночь
Даже несмотря на действие аптечки, состояние Саганакса оставалось крайне тяжёлым. Импульс задел генератор и позвоночник, пробив бастум и повредив файларовый стержень. Кастамарк остался далеко позади, но карательный отряд из Хендалака всё ещё преследовал их, следуя по оставленным следам. Наскоро свернув палатку и оборудование, они бросились бежать, однако усталость дала о себе знать — Кэнлус то и дело останавливался чтобы перевести дыхание, да и Лункс с Саганаксом на плечах, чувствовал, что его ноги гудят от напряжения.
— Мы так далеко не уйдём, — крикнул он срывающимся голосом, остановившись и приложив руку к ближайшему дереву. Шлем пришлось оставить на голове, чтобы видеть через приборы деревья в темноте.
Позади сверкал рыжим светом антигравов Каллидус, держащий рядом с собой в телекинетической хватке их рюкзаки. Взглянув на рыся зелёными глазами, он кивнул и повернулся к остальным. Возвышающаяся четырёхрукая фигура Консенты с Сайнаом за спиной быстро и бесшумно подлетела к ним, леветируя на куске обшивки какого-то механизма.
— Я больше не могу… — выдохнул позади них Кэнлус, едва перебирая ногами. На его спине, закреплённый ремнями, висел Брон. Диггер всё ещё находился без сознания, но, по словам Сайана, препарат должен исцелить его рану.
— Не думал, что Вестник пошлёт людей, — скривив губы, высказался Каллидус, — неужели «Рассвет» перебил весь механизированный спецназ?
Лункс не ответил. «И вправду, почему они не послали кого-то из отрядов беотов? — нахмурился он, слушая, как пытается перевести дыхание Кэнлус. — Это было бы куда надёжнее и быстрее».
— Думаю, они не хотели потерять целый отряд, — негромко произнесла Консента, белея в темноте своими конечностями и лицом с красными глазами, — да и вряд ли они рассчитывали, что мы выжили.
— Корво надеялся на ваше возвращение, — сердито ответил ей рысь, — он…
— Надеялся — да. Но он понимал, что, скорее всего, меня уже нет в живых, — парировала нот, снисходительно улыбнувшись, — и если бы не Сайан, то так бы и было.
— Я всего лишь обесточил базу, — скромно пожал плечами тот. Сквозь прибор ночного видения Лункс, наконец, смог рассмотреть его. Долговязый робототехник выглядел очень молодо, даже слишком. Короткая стрижка тёмно-русых волос вкупе с почти мальчишечьим лицом создавала впечатление, что он недавний школьник или студент. Лишь уверенный тон в голосе и знания об анимагенах выдавали в нём взрослого робототехника-учёного «Рассвета». В темноте чащобы, куда они удалялись спасаясь от преследования, он единственный из них, кто явно выделялся белым защитным халатом на фоне чёрных деревьев.
«Как у Мастера, — Лункс вспомнил одеяние своего старого хозяина, — по крайней мере, он не проклинает всё на свете и не пытается геройствовать». Ему показалось, что позади них, вдалеке, мелькнул какой-то огонёк, но, присмотревшись, беот больше ничего не увидел. За его спиной тихо застонал Саганакс, безвольно опустив руки через ремни.
— Повернись, — властно приказал рысю Каллидус, заметив, что рыжеволосый нот очнулся, — нехорошо… его файлар разрушается, — с серьёзным видом оповестил он их, почти опустившись на землю, чтобы разглядеть страшную рану на худом теле.
— Зачем же ты подставился, Саганакс? — тихо спросил Кэнлус, перестав тяжело дышать и понемногу приходя в себя.
— Кстати, а с кем вы сражались? — Лункс недовольно дёрнул ушами, рассерженный высокомерным поведением нотов. — Она тоже «клеймённая»?
— Лучше бы она ею была, — Консента поднялась немного выше, высматривая впереди дорогу, — полагаю, ты из Шести Неизвестных, так?
— Ненавижу это прозвище…
— Когда вы одолели Шута в Рахнаке, Эксплару пришлось вернуть прежнего начальника штаба, и имя ей Аркания. Она одна из лучших псиоников, наряду со мной и Каллидусом, но оставшись верной «Новому Рассвету» она получила ещё и должность старшего помощника, вместо Вестника, и всю власть, что та даёт. Пока вы не пришли в город, там находился хорошо вооружённый отряд «клеймённых», подчиняющийся непосредственно ей. Однако для неё это лишь пешки, главное оружие это она сама и её кинжалы. К тому же, на ней броня оснащённая маскировкой — в общем, всё, чтобы уничтожить любого противника.
— То есть эта бирюзовая болванка ещё и невидимой может стать? — Лункс не выдержал и развернулся к ним лицом. — А, чисто гипотетически, она не может прямо сейчас следовать за нами?