Время возрождения (СИ)

— Он всё-таки тебе позвонил! — радостно выдохнула Кари, догадавшись о причине счастья своей подруги.
— Так вот оно в чём дело, — довольно протянул Урси, усмехаясь заулыбавшейся лисице, — влюблённые души…
— Не, давай без этой размазни, — прервала его Хара, сердито потрепав за волосы. Как и у всех анимагенов, у Урси они стали куда длиннее и темнее, чем раньше.
— Так, а чего мы до сих пор тут стоим? — засуетилась Кари, заметив, что даже оставшиеся на вокзале анроты уже разошлись. — Время-то позднее, пойдёмте по домам.
И хотя в Сольтене все трудились не покладая рук, для неё рабочее время ещё не наступило. Её работа в новой лаборатории начиналась только завтра, но вот Урси и Арги уже скоро нужно было идти на свои места. Все понимали, что их труд не пропадает зря и каждое достижение, каждый созданный химикат, механизм или собранный файл могут послужить во благо нового мира и их нового дома.
— Арги, — тихонько позвала её Хара, когда остальные ушли вперёд по одному из основных коридоров, — можно тебя спросить?
— М? — удивилась та, остановившись.
— В общем это, — зайчиха ещё никогда так не смущалась, — как сделать так, чтобы выглядеть так же клёво как ты? — и её уши опустились к затылку.
— Ох, моя ты оголодавшая воительница, — звонко рассмеялась лисица, обнимая её, — я уж думала, что ты никогда не спросишь.
— Ну, я ж грязная после дороги, — ещё больше сконфузилась та, неловко переминаясь с ноги на ногу, — ты ж запачкаешься.
— Думаешь, мне что-то жалко для друзей? — покачала головой та. — Завтра приходи ко мне в технический сектор в мой цех.
— Ты… не злишься на Лункса? За то, что он не звонил?
— Конечно, злюсь. Но я уже его простила, и я знаю, что он вернётся.
«Обязательно вернётся, — договорила про себя Арги, когда Хара ушла к лифту наверх, — иначе я сама верну его. Чего бы мне это ни стоило».
  
Глава III. Мысли вслух
 
Запах свежесрубленной ели ещё не выветрился из комнаты, несмотря на открытое настежь окно и мысленные проклятия светловолосой девушки, которая зябко куталась в монохромное одеяло на старом диване. Держа в руках белую кружку с дымящимся горячим чаем, Ани поджала под себя ноги в шерстяных носках и сердито шмыгнула носом. За день её отсутствия помещение наполнилось резким запахом хвои и еловой смолы, и теперь ей приходилось мёрзнуть, чтобы хоть как-то избавиться от него. Непритязательная обстановка одной из восемнадцати однокомнатных квартирок немного напоминала Ани её дом в Рахнаке, где она жила с матерью и Фиделитой. Серпообразный столик с простой скатертью, желтоватые обои с цветочками, которые услужливо поклеили строительные роботы, маленький кулер, да пара навесных ящиков с посудой и мелкой техникой над ним — вот и всё хозяйство. Она никогда не жила с роскошью, да и какая могла быть роскошь в Рахнаке?
— Так, есть два пути, — вслух произнесла девушка, нехотя опуская ноги на дощатый крашеный пол, — либо я замёрзну из-за открытого окна, либо я задохнусь от этой вони, — поёжившись и накинув на плечи своё оделяло, она подошла к окну и захлопнула его пластиковые рамы.
Обогреватели под подоконником сразу же начали прогревать воздух, и Ани, чтобы согреться, положила руки на их гладкие белые бока.
— Ур-р, почему ж зима не кончается? — протянула она, содрогнувшись всем телом. Серый пушистый свитер, что ей принёс Брон, вкупе с теплом от плоского устройства, быстро согрел Ани, и она, с довольным видом потянувшись, распрямилась.
— И что, интересно, у нас есть перекусить? — спросила она сама себя, направляясь к шкафчикам. Там, занимая половину одного из них, разместился маленький холодильник, на котором уже красовался рисунок большого красного цветка неизвестного науке растения. — Хотя, на ночь есть вредно… но кому-какое до этого дело? — рассуждала девушка, вынимая шоколадное масло и варенье.
Привычка разговаривать сама с собой у Ани появилась после Аполотона. Она не помнила, как выбралась оттуда — воспоминания были расплывчатыми и смутными. Единственное, что ей врезалось в память — это смерть её любимой и единственной верной подруги — Фиды, милой жизнерадостной лайки, что поддерживала в ней настроение после гибели матери и целого города. Воспоминания о погибшем питомце стёрли улыбку с лица Ани, а слёзы сами навернулись на глаза. «Нет, надо быть сильной, — сердита стёрла она их рукавом, — жизнь продолжается, да и не до скорби сейчас…» Другой причиной её новой странности стало открытие, что она, оказывается, новус-телекинетик, по крайней мере, так ей сказали друзья и ноты. Ани и раньше подозревала, что с ней что-то не так, особенно, когда желаемые предметы неожиданно оказывались рядом, а двери иногда закрывались сами собой. Однако истинным проявлением её силы стала гибель Фиделиты. Яркие эмоции настолько сильно захлестнули мысли девушки, что скрытая в ней энергия выплеснулась наружу разрушительным вихрем, который спас их от «падальщиков». И, как только они прибыли в Тунгар, её тут же забрали ноты, чтобы обучить управлять этой силой.
 
Наскоро размазав шоколадное масло по ломтику белого хлеба, Ани забралась с ногами на диван и, отхлебнув из кружки малость остывшего чая, вытащила из-под лежащей рядом подушки электронную книжку. Плоское устройство мигнуло зелёным светом голограммы и проявило внутри жёлтые страницы с чёрным текстом. Визуально было похоже на то, что девушка держит в руках светящуюся бумажную книгу, только излучаемую из плоского белого проектора на диване. Однако, несмотря на лёгкость данного произведения, чтение не пошло. Марнена Энегер, авторша, которая написала известную «Сагу о Драконе» и всегда вдохновляла её своими сюжетными поворотами и необычными персонажами, сейчас оказалась бессильна перед душевным смятением Ани. Поняв, что читать ей сейчас совсем не хочется, она, с унынием откусив от бутерброда приличный кусок, выключила книжку. «Я для него просто подруга, — тоскливо подумала девушка, пережёвывая душистую пищу, — и он счастлив с Эри. А она тоже моя подруга. Блин, как же… глупость какая!»
— Ани, ты не спишь? — голос Брона за дверью заставил её вздрогнуть, а полупережёванный кусок застрять в горле. Закашлявшись, она поспешно потянулась к чашке с чаем, но нечаянно толкнула её рукой и опрокинула на пол. — Судя по всему нет.
— Я сейчас! — попыталась ответить несчётная любительница шоколадного масла, кое-как выбравшись из одеяла и бросившись к висящему под ящиками кулеру с чистой водой.
Слушая странные звуки, приглушённые толстыми досками двери, Брон удивлённо приподнял бровь, и уже хотел было спросить, не нужна ли помощь, когда Ани, наконец, добралась до входа и отперла замок.
— Что с тобой? — поинтересовался он, увидев её залитые чаем синие трико и свитер.
— Ну, скажем так — я неудачно поужинала, — нервно рассмеялась та, торопливо стирая рукавом остатки воды на губах, — я не ждала гостей в такое-то время, и ты застал меня врасплох.
«Дура, веди себя естественно! — отчаянно ругала себя Ани, чувствуя, что краснеет. — Ну почему я такая идиотка?!» Диггер, как и всегда, был одет в серую куртку и штаны, лишь бандану сменила непритязательная вязаная шапка.
— Ясно, — кивнул Брон, отводя взгляд, — я зашёл попрощаться.
— Попрощаться? — только сейчас она заметила на его плечах ремни походного рюкзака, а на поясе оружейную кобуру. — Ты уходишь? На задание?
— Угу, — тот слегка нахмурился, зачем-то поправив беспальцовки на руках, — мы летим к Кольцу Мерати, искать пропавшую группу из «Купола».
— И Эри тоже?
— Нет, Эри не допустили к заданию — слишком мало опыта, — он хмыкнул и посмотрел Ани в глаза, — как твои тренировки?
— Тренировки? — от его взгляда внутри молодой новус всё сжалось. — Да нормально! Отлично, я бы сказала! Ты проходи, не стой в дверях, — засуетилась она, сообразив, что невежливо держать гостя на пороге, — чаю хочешь?
— Саганакс ещё только взлетает, десять минут у меня есть, — кивнул тот, проходя в квартиру. Лежащий на полу бордовый половичок мерно зажужжал, когда он наступил на него, и быстро счистил грязь с его подошв.