Особые обстоятельства (СИ)

— Доказательства им нужны! Где ж вы видели наместника, который не ворует?
Сид Урд посмотрел на жену с видом: "Я же говорил!" — и налил себе вина. Сида Урд обиженно поджала губы. Видимо, присутствие тещи на ужине было предметом семейного спора. Наблюдать за семейством оказалось весьма забавно, и Димитрий решил поучаствовать в разговоре.
— А у вас, значит, намечается семейное торжество?
— Ой, — беспечно засмеялась сида, кокетливо махнув рукой. — Ну какое торжество! Ещё рано говорить об этом. Но у Ладушки есть ухажёр, да. Дон Бойк. Такой серьезный мужчина! Служит у самого вена Кос! Обходительный очень, внимательный, подарки дорогие дарит! Вот обратите внимание, шпильки у Ладушки какие красивые, в камешках все! Это он дарил. Видно, что у мужчины хороший вкус, правда?
— Бесспорно.
— А выглядят как чудесно! И таких — целая коробка! Он, конечно, из торговой семьи, а девочки всё-таки из военной, сиды, однако время на месте не стоит. Да и мы — люди про-г-рес-сив-ные. Вот и сиды уже не только воюют, но и возглавляют правопорядок или служат чиновниками. Век назад об этом никто и помыслить не мог.
Мог.
Димитрий знал, что могли.
А вот века два назад — нет, сочли бы изменой государю.
— Если человек достойный, высокого положения — стоит ли смотреть на приставку к фамилии? Дон наш очень даже храбр, не меньше военных, и награждён особым знаком от вена Кос. Это, знаете ли, большая редкость — особый подарок за службу от самого наместника! Если они с Ладушкой сговорятся, мы препятствовать не будем их счастью. А там, глядишь, дети в столицу переедут.
— Достойным людям — достойная дорога, — признал великолепие жениха Димитрий. — Простите, не расслышал, а в качестве кого служит наместнику столь выдающаяся личность?
Собеседница прикусила язык. Сыщику тут же захотелось по-собачьи дёрнуть носом, принюхиваясь.
Здесь явно крылась какая-то тайна.
— Работает со всякими бумагами, — уточнила сида и рассмеялась. — Знаете ли, это так скучно для женщины, что я не уточняла. А у вас есть невеста?
Вопрос был на грани бестактности. Но Димитрий решил поддержать стремление дамы сменить тему.
— Нет.
Внутри протестующие сжалось сердце.
Да?
Не то.
Что тогда?
Есть… женщина. Не невеста, но..
Есть или была?
— Неужели в столице не нашлось ни одной красавицы, которая бы вам приглянулась?
Ха, кто пойдет замуж за монстра?
Нет, не так.
Или не только это.
А вот:
Кто сможет заинтересовать монстра?
Димитрий поперхнулся, закашлял. Схватил бокал с вином, отпил сразу половину под изумленными взглядами присутствующих. Младшая сида, что-то себе напридумав, решила быть благородной спасительницей гостя и прощебетала:
— Матушка, а правда, что к вене Кос сватался кто-то из столицы?
— Ерунда, — отмахнулась от дочери хозяйка дома. — Пустые сплетни. Просто приезжал гость к вену, а старые кумушку и рады из ничего сделать новость! Если бы это была правда, ее непременно бы описали в газете! Там ищейки работают с поистине звериной хваткой! Современное общество изрядно охоче до всяких скандалов и расследований.
— У вас несколько газет, и они конкурируют, я правильно понял? — уточнил сыщик.
— Да, совершенно верно.
— И что, все правду пишут?
Сида Волох решила, что молчала слишком долго и, опережая дочь, недовольно заметила:
— Смотря какую правду! Лёгкую всякому просто написать. А вот что-то никто не пишет, как нис Бель дочерей запирает и в свет не выпускает. Или как младший вен Кос по борделям да пивным до утра шляется. Как ниса Аль жениха второго заразила тоже никто не напишет, знаете ли. Не город, а пристанище порока! Нет на вас инквизитора!
— Мама родом с севера, — устало вздохнула сида Урд. И, пожалуй, это было самое настоящее в ней за этот вечер. Однако в следующую секунду лицо ее преобразилось: усталость сменилась обходительностью и доброжелательностью, губы растянулись в улыбке.
— Ох уж эти северные сказки! Маме везде мерещатся колдуны и демоны! Но мы люди про-г-рес-сив-ные. Глупо бояться магии или парового двигателя. Это — будущее. Пожалуй, даже не по отдельности, а совокупность этих явлений. Вы не согласны?
 
— Бескомпромиссно согласен! — воскликнул сыщик. — В столице я состоял в одном обществе, где было принято самолично водить новые виды колясок — с безлошадным движением. Стоит отметить, что это занятие оказалось весьма увлекательным.
Димитрий лгал, но какая разница? Ему было просто необходимо увести разговор в другую сторону.
— А у вас имеются какие-нибудь общества? По интересам.
В разговор включились барышни.
— О, у нас есть "дни вышивания", когда мы собираемся вместе…
— И старшая дочь сестры налогового инспектора устроила "Тайное общество поклонения небожителям", но о нем, конечно, все знают. И затея весьма глупая, они там только сказки вроде легенд об Иояэ читают.
Иояэ… Книжка с легендами… Это было… Пряталось в чужой памяти… Давным-давно… Когда он уже был, но его ещё не было…
— А ещё есть Книжный салон, но там скучно.
— И поэтическое общество. Но туда принимают только мужчин.
— И дяденька наш говорит, что молодые люди там не столько стихи пишут, сколько тратят отцовы деньги на игры и вино.
Словесный поток просто вынес все мысли из головы Дмитрия. Однако у него хватило сил вклиниться между репликами сестер:
— А историю кто-нибудь изучает?
Сидящие за столом задумались.
— Наверное… — неуверенно протянула старшая.
— Ну… Кто-нибудь из старик… бабушкиного поколения если только…
— А вы увлекаетесь историей? — спросила сида Урд. Ее муж вдруг внимательнее всмотрелся в гостя.
— Немного.
— В соответствии с делом? — сообразил начальник отдела правопорядка.
— И это тоже.
— Ой, как интересно! — воскликнули одновременно девицы.
У Димитрия был соблазн рассказать о трупах во всех тошнотворных подробностях, но он почти сразу передумал.
— Не стоит дамам слушать кровавые истории. А если кому хочется, лучше сходить в музей, там могут рассказать очень много о войнах разных времён. Кстати, а вы не знаете, с кем дружен хранитель музея?
— Не интересовались, — с достоинством и даже некоторой прохладой ответила сида Урд. — Очень неразговорчивый человек. И странный. Живёт не по приличиям. Служанки у него, представляете, всего две! И приходят два раза в неделю! А ещё нис, называется!
Сид молчал и внимательно рассматривал столичного гостя. Его теща вставила:
— Если вокруг человека мало людей, значит, он что-то скрывает.
— Или он просто пренебрегает своим статусом и положенными по нему обязанностями! — не согласилась с ней дочь.
— Но к нему тоже приезжают друзья из столицы, как и к вену Кос! — со значительной долей злорадства выложила свой козырь сида Волох. — Чем же он тебе не хорош?
— Маменька хотела шкатулку какой-то древней государыни у музея купить, а хранитель музея ей отказал! — наябедничала на мертвого ниса одна из барышень, за что тут же получила от матери недовольный взгляд.
— Прекрасный ужин, — откладывая приборы, сказал сид Урд. — Наш повар сегодня превзошел себя.
— Ужин поистине великолепный, — согласился Димитрий. — И в столице не в каждом доме встретишь такие умелые руки.
— Дамы, благодарю за приятный вечер. Кривз, вы курите?
— Если только за компанию.
Димитрий встал следом за хозяином дома. Они вышли на террасу. Гроза закончилась — и внутри дома, и вовне его.
— Что-то накопали? — спросил сид Урд.
— Ничего конкретного. Несколько версий. Странно, что все убитые, за исключением сына травника и неизвестного бездомного, были весьма добродетельны. Добродетельная жертва — это можно понять. Но последние трупы проводили какой-то забытый ритуал. Служанка из дома нисов Бель — чуть ли не небожительница по рассказам ее окружения. Хранитель музея — тоже. Чудаковатый старик, помешанный на своих исследованиях. Бездомных детей и животных подкармливал, каждый музейный экспонат бережно хранил и лично тряпочкой протирал, неподкупен, даже в посещении бороделей не замечен. Это странно. С чего бы таким хорошим людям браться за проведение смертельно опасного ритуала?