Когда уже не ждёшь (СИ)
— Алиса, ты какого числа уходишь на каникулы? — мама оторвалась от планшета.
— Двадцать девятого у нас новогодняя вечеринка, а тридцатого начинаются каникулы, — после моей вечерней пробежки мы с мамой и отчимом собрались на кухне за ужином.
— Отлично, тогда тридцатого вылетаем в горы. Жень, планы же не изменились?
— Нет, Лар, — ответил ей Евгений.
Ехать куда-то за три-девять земель на новый год ужасно не хотелось, но мама вряд ли разрешит мне остаться, даже со Стасом, особенно с ним, если об этом узнает его отец. Я кинула взгляд на отчима, он сосредоточенно уплетал приготовленный Галиной Юрьевной бифштекс, запивая яблочным соком.
Стас очень похож на своего отца, телосложением, мимикой, жестами, чертами лицами и цветом волос, только разрезом и цветом глаз — на маму, у Евгения глаза темно-карие, а у Стаса они — насыщенно-зелёные.
В последнее время я пыталась найти в поведении и словах отчима что-то такое, из чего я смогла бы понять, догадывается он о наших со Стасом отношениях или нет, но он вёл себя, как обычно. Понимаю, что рано или поздно нам нужно будет всё рассказать родителям, но на данный момент я не была готова это сделать, и радовалась тому, что Стас поддержал меня в этом.
И если о том, что думает об этом обо всем отчим, я знаю со слов его сына, то о том, как отреагирует мама, я не имею ни малейшего представления. Она очень хорошо относится к сыну своего мужа, но, как она посмотрит на то, что пасынок встречается с её несовершеннолетней дочерью? Я перевела взгляд на маму, она уже принесла наши паспорта для брони билетов и номеров в гостинице, и теперь, отодвинув от себя тарелку, вводила наши паспортные данные, периодически заправляя непослушный короткий локон за ухо.
Наверняка она сначала удивится, мама до сих пор считает меня маленькой девочкой, посмотрит на Стаса и на его ко мне отношение под другим углом. А каков будет её вердикт? Думаю, мама всё поймёт и в любом случае примет моё решение.
А для того, чтобы и мама, и отчим не были против, нужно показать им, что Стас настроен решительно и серьёзно. Потому что, если у нас что-то пойдёт не так, то разлада в семье не избежать, в этом отчим прав.
Часть 50
Стас приехал перед самым новым годом и остался у нас, не торопясь ехать в свою квартиру. Я украдкой проникла в его комнату, когда он принимал душ, а мама с отчимом уехали в торговый центр, чтобы прикупить что-то к отпуску. В том, что нам приходилось прятаться, было какое-то очарование, но и минусов было много. При встрече не смогла его поцеловать, так как к нему было приковано внимание родителей, а я стояла молча, переминаясь с ноги на ногу, от желания коснуться его зудели пальцы рук, и от улыбки, словно спазмом, свело щёки.
Проходя мимо меня, Стас незаметно от всех сжал мою ладонь, нежно погладив руку большим пальцем, быстро наклонился и оставил лёгкий поцелуй на виске. Скучал, видела это по его глазам, и ждала момента, когда мы сможем остаться наедине, чтобы он подтвердил мне это.
Подошла к окну, слегка отодвинула шторы и присела на широкий подоконник. За окном — самая настоящая зима, с пушистым белым снегом и небольшим морозом, и небо — звёздное и ясное. За спиной скрипнула дверь, и я обернулась. Стас, в одном полотенце на бёдрах, неспеша шёл в мою сторону, хищно улыбаясь.
— Попалась? — заключив в объятия, прошептал.
— Стас, — возмущённо прошипела, — ты же мокрый!
— И ты сейчас будешь, — от двусмысленности прозвучавшего обещания в животе стянуло узлом, я перестала вырываться, когда его губы накрыли мои. Он стиснул меня, сжимая крепче, оторвался от моих губ и проложил дорожку поцелуев до шеи. Я откинула голову назад, открывая доступ, и уперлась затылком в стекло, а Стас подтянул меня за бёдра ближе к себе. Мои ладони поглаживали его влажную после душа кожу, цепляясь ноготками в те моменты, когда чувствовала лёгкие укусы.
Его пальцы пробежались по талии и проникли под футболку, слегка приподняв её, и выше, к кромке нижнего белья. Я выгнулась, приблизившись к Стасу и обвивая ногами его талию, он положил руки на поясницу и надавил так, что я плотно прижалась к его животу. В какой-то момент он расслабил хватку, но не выпустил меня из объятий, я обвила его шею руками и положила голову на его плечо.
— Не могу держать себя в руках, когда дело касается тебя, — прошептал хрипло, оставляя поцелуй на виске.
Я спрятала лицо в изгибе его шеи, потерлась носом и притихла, упиваясь желанной близостью любимого человека.
— Ты решил, где будешь встречать новый год?
— Ещё нет. А ты не передумала ехать с родителями?
— Ты же знаешь, я не могу отказаться от этой поездки, — глубоко вздохнула.
— Знаю, — Стас отошёл от меня, заставив поёжиться, — нужно одеться, — прокомментировал свои дальнейшие действия и потянул руки к полотенцу, не отводя при этом от меня игривый взгляд. Я среагировала моментально, прикрыла глаза руками и отвернулась к окну, чтоб наверняка, и услышала его смех.
— Как дела у твоего друга?
— Какого именно?
— Того, кто попал в беду, — уточнила, глядя в окно, ладони с глаз всё же решила убрать.
— Всё хорошо, вроде, было, — неуверенно ответил Стас, на несколько секунд перестав шуршать одеждой.
— Ты помог ему? — сама не понимаю, зачем решила углубиться в эту тему, но несмелый тон, который использовал Стас, отвечая на вопрос, насторожил.
— Эмм… Там непростая ситуация, — я не слышала больше никаких движений за спиной, словно Стас замер в одном положении. А потом зазвонил телефон, не мой, и я прислушалась, ожидая дальнейших действий парня. Он сделал пару шагов, судя по шороху, достал телефон и ответил на звонок:
— Да, Тох, — а я выдохнула, как оказалось, я даже не дышала, и расслабила плечи. Абстрагировалась, чтобы не подслушивать разговор.
За окном уже стемнело, и улицы освещались неяркими фонарями. В нашем дворе стояла наряжённая елка, украшенная гирляндой с разноцветными огоньками. Подтянула колени и, скрестив на них руки, положила подбородок сверху, устремив взор вдаль, в темноту вечерней улицы.
На стоянке напротив подъезда остановился, моргнув фарами, мерседес отчима, и из него вышел Евгений, обошёл машину и выпустил из салона маму, открыв ей дверь и подав руку. Отчим достал из багажника несколько пакетов, пока мама ждала его в нескольких шагах от подъезда, и они направились в дом.
Я спрыгнула с подоконника, надеясь, что Стас успел одеться.
— Ты куда? — убрал от уха телефон, прикрыв микрофон, одетый в спортивные шорты и футболку, Стас.
— Родители вернулись, уже поднимаются.
— Чуть позже зайду к тебе, — взял меня за руку, когда проходила мимо, и не отпускал до тех пор, пока я не отошла на приличное расстояние, и моя рука не выскользнула из его.
Выйдя из комнаты Стаса, пошла на кухню. И только успела налить себе воду в стакан, как открылась входная дверь, и из прихожей послышались голоса. Пока пила воду, на кухне появилась довольная мама и принялась описывать покупки, которые они сделали с мужем. Я слушала молча, иногда кивала, но в основном только делала вид, что мне интересно, сама же мыслями была в комнате Стаса и пытала его, чтобы он рассказал всю правду о друге, которую держит от меня в секрете по какой-то причине.
Вечер прошёл в тихом семейном кругу, родители решили посмотреть новогоднюю комедию, приобщив к этому делу и нас со Стасом. Он сидел почти напротив, в большом кожанном кресле, и я периодически ловила на себе его задумчивый взгляд. Сразу после фильма я ушла в комнату, пожелав своим домашним спокойной ночи. От Стаса через какое-то время пришло сообщение:
"Малыш, не смогу к тебе зайти, родители засели на кухне. У них, похоже, романтик. Не получится пройти незамеченным. Спокойной ночи."
"Спокойной ночи, Стас:-*", — отправила в ответ и отложила телефон.
За завтраком обсуждалась наша поездка, в которую мы отправляемся уже через два дня. Я не принимала участия в беседе, так как горнолыжный отдых для меня — это что-то неизвестное. Я вообще сомневалась, что смогу за такой короткий срок освоить что-то, кроме подъёмника и тюбинга. Пожалуй, на этом варианте и остановлюсь, думала про себя, пока мама перечисляла преимущества выбранного ей курорта.