Неприличная любовь
– Так вот, что касается этого Моргана…
Глава 4
Там, за садом, стоит дом
Моего отца.
Ожидают меня в нем
Графы да князья.
Но тебе лишь, милый мой,
Сердце отдано.
Я к тебе ночной порой
Выскользну в окно.
На следующее утро Хелена вошла в небольшое красивое здание в центре Лондона. Записка, которую мистер Бреннан прислал ей в Найтон-Хаус, гласила: «Приходите ко мне в контору сегодня в полдень». Больше там ничего не было сказано, поэтому Хелена с самого утра волновалась. И хотя Бреннан не удосужился сообщить никаких подробностей, все карты были в его руках, и его правилам приходилось подчиняться.
Хелена задержалась в достаточно свободном холле с элегантными стульями и изысканным восточным ковром, усомнившись, что пришла по назначению. Элегантность никак не вязалась в ее сознании с мистером Бреннаном.
В самом углу за большим дубовым столом сидел клерк в очках. Он оторвался от бумаг, окинул ее взглядом и вскочил с места:
– Доброе утро! Вы, должно быть, леди Хелена?
Он засуетился так, будто встречал королеву, и в своем рвении уронил очки на пол.
– Да, это я, – ответила она, с любопытством наблюдая, как парень поднимает очки и водружает их обратно на нос. Выглядели они как-то странно. Но уже через минуту Хелена поняла, в чем дело.
– Мистер Бреннан сказал, что вы должны прийти, – объяснил клерк. – Но если бы он не сообщил, кто вы такая, я бы ни за что не догадался. На свою сестру-то вы мало похожи, у нее волосы не такие темные и…
– Простите, но когда вы уронили очки, из них выпали стекла, – перебила его рассуждения Хелена. – Давайте-ка поищем осколки.
– Стекла? – Он не сразу понял, что она имела в виду. – Ах, вот вы о чем. Не беспокойтесь, у меня в очках стекол нет.
– Тогда зачем вы их носите? – Парень с гордой улыбкой выпрямился:
– Папаша мой говорит, так я больше похож на клерка. Он ужасно умный, мой папаша. Клэнси его зовут, может, слыхали? У него есть свой трактир. И если уж он велит мне носить очки, то я и ношу. – Он доверительно понизил голос. – Раньше-то я пытался носить их со стеклами, но у меня голова все время болела, и видел я в них плохо, все время мимо вещей промахивался. Эти-то получше будут, как вы думаете?
– Гораздо лучше, – согласилась Хелена. Какой странный парнишка. Только мистеру Бреннану могло прийти в голову взять на работу сына трактирщика. – А что мистер Бреннан говорит о ваших очках?
– Что мне они не нужны. Он считает, ежели хорошо делаешь работу клерка, то ты и есть самый настоящий клерк. Но я думаю, он просто не хочет меня обижать.
– А мне кажется, если вам нравятся очки, то нужно их носить, – вежливо сказала Хелена. – Не подскажете, мистер Бреннан здесь?
– Ах да, конечно, я и забыл вам сказать. – Он снова расправил плечи и поднял глаза вверх, как будто припоминая заготовленную речь. – В настоящее время мистер Бреннан занят – у него клиент. Будьте так любезны, присядьте, пожалуйста. Уверяю вас, он скоро придет.
– Благодарю вас.
«У него клиент». Очевидно, мистер Бреннан не понимает, насколько спешно ее дело. Без сомнения, он специально заставляет Хелену ждать, чтобы отомстить ей за вчерашнюю язвительность. И его нельзя винить. Хотя она и не ожидала, что может застать его с женщиной, все же могла бы быть вежливее и воздержаться от едких замечаний.
Сегодня она будет вести себя как настоящая леди. Не станет критиковать его манеры и повышать голос. Покажет ему, насколько ценит его помощь. И все силы пустит на то, чтобы сдерживать свой язык.
«Речь благовоспитанной молодой леди должна быть нежной, как запах цветов», – напомнила себе Хелена. Похоже, в последнее время она подзабыла этикет.
Игнорируя любопытный взгляд юного Клэнси, она, хромая, подошла к ближайшему стулу. Все-таки в жизни в Уорикшире есть свои преимущества. Дома все знают о ее больной ноге, и никто тебя не разглядывает – еще бы, у них было восемь лет, чтобы привыкнуть.
Хелена села, мистер Клэнси тоже. Она открыла сумочку, достала пакетик сушеной гвоздики и начала жевать. Вкус у гвоздики был такой же горький, как и мысли Хелены. Этот проклятый мистер Морган увез ее сестру, а она сидит здесь и теряет драгоценное время. Что, если мистер Бреннан ничего не узнал? Или даже не брался за поиски? Что же тогда делать – пойти на Боу-стрит? Сама мысль о том, что придется, хромая, ходить по офисам и обращаться с просьбами к незнакомым людям, вызывала дрожь. Но еще страшнее представить, что мистер Морган может сделать с ее любимой сестренкой.
Хелена взяла себя в руки. Не надо думать о худшем.
И все же со вчерашнего дня она только этим и занимается. Сначала никак не могла заснуть, волнуясь и предчувствуя различные катастрофы. А потом ей снились сны… Боже, что это были за сны! Один особенно запомнился Хелене. Она стояла одетая посреди публичного дома, а вокруг ходили голые девицы, тормошили ее и уговаривали присоединиться к ним. Она сопротивлялась, но потом появился мистер Бреннан и начал ее раздевать, пока на ней не осталось ничего, кроме голубого шарфика. И когда он наклонился, чтобы его развязать, Хелена проснулась, разгоряченная и беспокойная, а ее руки трогали…
Она покраснела до корней волос и тихо застонала.
Услышав ее стон, молодой Клэнси заволновался:
– С вами все в порядке, миледи? Могу я что-нибудь для вас сделать? Может, подушку принести? Я могу сбегать в магазин и…
– Благодарю вас, мне вполне комфортно. – Она молилась, чтобы румянец на ее лице не выдал ее непристойных мыслей.
В чем не откажешь клерку мистера Бреннана – он очень дружелюбен. Клэнси перескочил на другую тему:
– Мы все были так рады, когда мистер Найтон женился на вашей сестре! Она такая хорошая девушка!
Хелена проглотила свою дробленую гвоздику.
– Спасибо. Я уверена, что ей было бы приятно услышать это.
Вряд ли Розалинд обратила бы внимание на эти похвалы. Ее мысли были целиком заняты Гриффом, больше она ничего вокруг не замечала.
– Она и мистер Грифф выглядели счастливыми, как голубки.
– Так и есть. – Что еще можно на это ответить? Они блаженно, безумно, раздражающе счастливы.
Хелена знала, что похожа на брюзгу, но удачное супружество Розалинд вызывало в ней нестерпимую зависть. И заставляло еще острее чувствовать собственное одиночество. До прошлого лета сестер Лаверик называли старыми девами из Свен-Парка, и единственным утешением было то, что они с Розалинд обе носят это ужасное прозвище. Джульет очень хороша собой, и все понимали, что рано или поздно она обязательно выйдет замуж, но Розалинд, как и Хелена, должна была остаться одинокой до старости. И вот теперь она стала женой Гриффа…
– Они, небось, сейчас наслаждаются отдыхом, – продолжал бубнить Клэнси. – В это время года погода отличная для путешествий. Да молодоженам и дождь не помеха…
– Как давно вы работаете с мистером Бреннаном? – Хелена прервала его, прежде чем он успел продолжить речь о молодоженах.
Клерк, не моргнув глазом, подхватил разговор:
– Не больше двух месяцев. До этого я работал в «Найтон-Трейдинг». Но когда мистер Бреннан в августе открыл свое дело, то взял меня сюда. И я этим ужасно горжусь.
В августе? Как раз после его визита в Свен-Парк? Но ведь не из-за этой поездки их с Гриффом пути разошлись? Она просто не могла себе представить, чтобы мистер Бреннан ушел из «Найтон-Трейдинг» из-за женитьбы начальника.
Когда речь зашла о его работодателе, лицо юного Клэнси просветлело.
– У мистера Бреннана блестящее будущее, уж поверьте мне. До того как он начал свое дело, он многим джентльменам помог заработать целое состояние. Если ваша милость захочет куда-нибудь вложить деньги, попросите совета у мистера Бреннана, уж он-то все знает.
– Буду иметь это в виду. – Легко представить, откуда такой проходимец, как мистер Бреннан, черпает свои знания. И что это за предприятия, в которые он советует вкладывать деньги.