Неприличная любовь

И сегодняшний вечер не исключение. Хелене приходилось слушать сплетни матрон об очередной помолвке. Розалинд тоже принимала участие в беседе. Хелена улыбнулась, когда сестра начала с воодушевлением описывать бескрайние просторы Уорикшира, откуда якобы неделю назад приехали Хелена и Джульет. Похоже, пробыв совсем недолго в этом театре, Розалинд успешно освоила профессию актрисы.
  
– А вы слышали об этом новом бароне Темплморе? – обратилась к Розалинд очередная собеседница. – Он едва принял титул, а леди Федеринг уже прямо-таки сватает ему своих дочерей. Правда, он такой красивый и загадочный молодой человек. Вы с ним встречались?
Розалинд и Хелена обменялись взглядами. Красивые и загадочные молодые люди в последнее время были у них не в чести.
– Не имели удовольствия, – отозвалась Розалинд. – За прошедшую неделю я много раз слышала о бароне Темплморе, но мы так и не увиделись с ним ни на одном рауте.
Матрона лукаво посмотрела на Хелену:
– Я с удовольствием представлю его вам и вашим очаровательным сестрам. Правда, едва ли они нуждаются в моей помощи. У этих молодых леди появилась целая толпа поклонников.
Когда матрона отошла, Розалинд со смехом обратилась к Хелене:
– Пойдем, отведаем миндального ликеру, пока толпа твоих поклонников не преградила нам путь?
– Эта дама явно склонна к преувеличениям.
– Не слишком. Признай, что из джентльменов, которые хотели тебе представиться, можно выстроить очередь.
А сколько из них предлагали принести тебе пунш или пытались вовлечь в разговор! Вы с Джульет произвели фурор.
– Джульет – может быть, но не я. Трудно произвести фурор на балу, когда не можешь танцевать.
– Однако это никого из них не остановило. – К удивлению Хелены, это было правдой.
– Ну, поскольку Грифф дает за нами хорошее приданое…
– Об этом еще никто не знает. Я была так занята заботами о вашей репутации, что забыла упомянуть о приданом.
– Правда? – Хелена увидела, как в их сторону направляются два знакомых джентльмена, и застонала. Она была не готова прерывать этот интересный разговор. Притворившись, что не заметила ухажеров, Хелена быстро увела Розалинд в ближайшую нишу. – Почему же тогда все эти мужчины так добиваются моего внимания? После стольких лет… А ведь публика в Лондоне куда более привередливая, чем в Стратфорде.
– Дело не в мужчинах, глупенькая, а в тебе, – рассмеялась Розалинд. – Ты так ужасно обращалась со стратфордскими джентльменами! Стоило кому-нибудь из них с тобой заговорить, ты обдавала несчастного ледяным взглядом. Ты была настолько убеждена в том, что все они подлецы, что у них не было шанса тебе понравиться.
– Забавно, но Дэниел однажды сказал мне то же самое.
– Неужели? – Взгляд Розалинд стал любопытным. – Похоже, он тебе много интересного порассказал за время вашей поездки. Никогда не слышала, чтобы ты так много говорила о ком-нибудь еще. Даже о лорде Фарнсуэрте ты упоминала не так часто.
– Поверь мне, Дэниел в десять раз лучше, чем этот Фарнсуэрт.
– Ну, теперь я вижу, что ты изменилась! – воскликнула Розалинд. – Раньше ты бы ни за что не стала говорить о его светлости в таком тоне. – Она внимательно посмотрела Хелене в лицо: – И полагаю, это связано с Дэниелом.
Хелена покраснела и наклонила голову:
– И в чем же перемена?
– Ты стала более раскрепощенной. Правила миссис Нанли нарушаешь направо и налево. Вчера на званом обеде попросила эля! Грифф даже подавился куском баранины.
– Да, я получила немало удовольствия от этой проделки, – засмеялась Хелена.
– И с мужчинами ты чувствуешь себя более свободно, – улыбнулась Розалинд. – Конечно, ты все еще можешь поставить зарвавшегося наглеца на место, но с остальными теперь ведешь себя дружелюбно и не обдаешь всех подряд холодом.
У Хелены подступил комок к горлу – все эти годы чувствовать такое смертельное одиночество, и все из-за собственной слепоты, из-за страха, что не только ее нога, она сама недостойна мужского внимания. Подлое поведение Фарнсуэрта заставило ее поверить в то, что никто не захочет на ней жениться, и из-за этого она успела обидеть немало достойных джентльменов, ищущих ее расположения.
Она должна быть благодарна Дэниелу за то, что он раскрыл ей глаза. И за многое другое. Только бы он побыстрее вернулся.
Розалинд покинула их укрытие.
– Пошли. Мы не можем прятаться здесь весь вечер.
– Почему? – проворчала Хелена, следуя за сестрой. Теперь, когда она знала, что многие джентльмены ищут ее внимания, она поняла, что ей нужен только один. Конечно, эти знатные вельможи очень милы и воспитанны, но по сравнению с Дэниелом это всего лишь чопорные зануды, такие же бесцветные, как карандашные наброски. Ей же нужны яркие впечатления, сильные чувства, а все это возможно, только если рядом будет Дэниел. Без него даже нарушать приличия оказалось не слишком весело.
Когда они пересекали комнату, к ним направился молодой человек, лицо которого показалось Хелене странно знакомым. И только когда он подошел совсем близко, она поняла почему. Боже милосердный, это же герцог из офиса Дэниела! Ему-то известно, что Хелена приехала в Лондон вовсе не неделю назад. Но может быть, он ее не узнает?
– Леди Розалинд! – обратился герцог к ее сестре. – Как приятно видеть вас снова!
– Я тоже очень рада встрече, ваша светлость, – ответила Розалинд. – Полагаю, вы еще не знакомы с моей сестрой. Хелена, это герцог Монтфорт.
– Добрый вечер. – Хелена протянула ему руку.
– Я почти уверен, что мы знакомы, – ответил сэр Монтфорт, целуя ее запястье. – Возможно, мы встречались на завтраке у графини Мальборо в прошлом месяце? Мне кажется, я видел вас тогда.
– Не может быть, – отозвалась Розалинд. – Хелена приехала в Лондон только неделю назад.
Герцог на секунду заколебался. Затем он бросил взгляд на трость Хелены и нахмурился:
– Но у меня прекрасная память… – Он все еще не отпускал ее руку. – Леди Хелена, вы уже видели оранжерею леди Раштон?
– К сожалению, не имела такого удовольствия, – отозвалась она, пытаясь подавить волнение.
– В таком случае позвольте вам ее показать. Может быть, нам удастся вспомнить, где мы встречались.
Хелена внутренне содрогнулась. Все-таки нашелся человек, который может положить конец всем усилиям Розалинд. И, судя по тому, что о нем рассказывал Дэниел, это не составит герцогу труда. Ради своих сестер она должна сделать так, чтобы он ни о чем не вспомнил.
Взяв герцога под руку, Хелена ответила:
– С удовольствием, ваша светлость. Почту за честь.
Дэниел приехал во дворец леди Раштон, после того как лакей Гриффа рассказал ему, где искать семейство Найтонов и Хелену. Все, что ему хотелось, – это поскорее найти ее и заключить в свои объятия где-нибудь в укромном уголке, где можно целоваться до потери сознания.
Возможно, не стоило здесь появляться. Благородный джентльмен не стал бы носиться как полоумный по чужому особняку в поисках любимой, а подождал бы до завтра и нанес утренний визит ее семье. Но Дэниел не благородный джентльмен, и, похоже, он выбрал подходящее место для того, чтобы напомнить себе об этом. Несмотря на изысканную одежду, в которую он впопыхах вырядился, в этом доме Дэниел чувствовал себя, как гончая в обществе комнатных пудельков.
Он вздохнул. Придется к этому привыкнуть. Так выглядит мир Хелены, и если они поженятся, то ему предстоит проводить в нем немало времени.
Что ж, он не против. За последнюю сумасшедшую неделю Дэниел понял только одно – что бы ни случилось, Хелена должна быть всегда рядом с ним. Он любил в ней все – ее силу и отвагу, отношение к его прошлому, даже ее упрямство. И если, женившись на ней, Дэниелу придется посещать балы, он готов подвергать себя этой пытке.
  
Однако он все еще не был уверен в том, что Хелена согласится выйти за него замуж. Может быть, вернувшись в привычную обстановку, она решила, что ей не нужен такой неотесанный чурбан, как Дэниел? Находясь среди джентльменов, равных ей по положению, она могла не торопясь взвесить все недостатки брака с человеком, у которого нет ни титула, ни приличной семьи.