Неприличная любовь

– В твоем доме? – с удивлением спросил Дэниел. Он тоже выбрался наружу и помог выйти Хелене.
– Никто в Гастингсе про это не прознает. И потом, с тех пор как Бесси… ушла, парни проводят здесь свободное время, ожидая темных лошадок.
– Темных лошадок? – шепотом переспросила Хелена у Дэниела.
– Ночных рейдов. – Он обнял ее за талию, стараясь успокоить. – Так это зовется у контрабандистов.
  
Боже правый, эти люди осторожны, как пауки, со всеми их условными знаками и странными словечками. Неудивительно, что полиция не может их поймать. Если бы Дэниел не взял на себя роль Вергилия [3], в этом аду она бы уже давно заблудилась. Остается надеяться, они смогут добраться хотя бы до чистилища, о рае и мечтать не стоит.
Мистер Сьюард повел их к входу.
– А ежели захотите позавтракать, мой мальчик, только скажите.
Хелена слабо улыбнулась. Она никак не могла привыкнуть к тому, что Сьюард называл Дэниела «мой мальчик», как будто тот все еще был несмышленым ребенком.
Как только они переступили через порог, отовсюду раздались голоса: «Малыш Дэнни! Это Малыш Дэнни!» Хелена почувствовала, как напряглась рука Дэниела, и ее сердце сжалось. Бедный, ему так же трудно находиться здесь, как и ей.
Посреди комнаты, которая когда-то была холлом, стоял дубовый стол, за ним сидело много людей. Несмотря на то, что на стенах все еще висели вышитые картины в рамках, а каминную полку украшали оловянные тарелки, было очевидно, что в этом доме теперь обитают только мужчины. Повсюду валялись грязная посуда и мешки с порохом, контрабандисты за столом играли в карты, пили и громко смеялись.
– Вы садитесь, а я принесу вам что-нибудь поесть, – бросил на ходу Сьюард и скрылся в другой комнате.
Дэниел нашел два места за столом, и уже через минуту к ним вернулся хозяин, неся поднос с едой. Пока они поглощали завтрак, Хелена внимательно всматривалась в лица сидящих рядом людей. Конечно, миссис Нанли этого бы не одобрила: благовоспитанной молодой леди не пристало разглядывать окружающих. Но поскольку эта дама не удосужилась написать книгу о правилах поведения при захвате в плен, Хелене пришлось импровизировать. Никто не обращал на нее внимания, все взгляды были обращены на Дэниела, на него же сыпался град вопросов – где он так долго пропадал и чем занимался в Лондоне.
Значит, она сможет без помех запомнить внешность этих мужчин. Высокий рыжий человек со шрамом на виске. Мужчина с кривыми зубами и светло-голубыми глазами. Хвастливый кокетливый паренек по имени Нед. Хелена старалась заметить каждую деталь – если они с Дэниелом когда-нибудь выберутся из этого ужаса, она должна будет их всех узнать.
Ах, только бы нарисовать их портреты! У нее все еще были с собой альбомный лист с изображением Дэниела и карандаш. И если она ухитрится передать кому-нибудь свои наброски и попросит отправить их Гриффу в Лондон, он им поможет… Конечно, пока такой возможности не было. Очевидно, им с Дэниелом придется какое-то время находиться в компании этих людей.
Хелена обратила внимание на то, что среди них не было мистера Прайса. Неужели они с Джульет находятся в другом месте? Эта мысль вызвала у нее тревогу. Хелена быстро закончила завтрак, отправила в рот щепотку сушеной гвоздики и шепотом обратилась к Дэниелу:
– Прайса здесь нет. А значит, и Джульет тоже. – Он кивнул и прошептал в ответ:
– Я попытаюсь что-нибудь выяснить, а ты молчи. Я не хочу, чтобы они узнали, кто ты такая.
– О чем вы там шепчетесь? – нахмурившись, спросил Сьюард.
Дэниел пожал Хелене руку, подавая знак молчать.
– Моя жена немного устала – и неудивительно, сегодня утром ее грубо разбудили. У тебя есть комната, где бы она могла отдохнуть?
Хелена удивленно взглянула на Дэниела. Ей совсем не хотелось оставаться одной, без его поддержки.
– Да, наверху для вас обоих комнатка найдется. – Сьюард поднялся из-за стола, подошел к лестнице и жестом пригласил следовать за ним. – Я вас туда отведу.
– Спасибо, Джек. – Дэниел кивнул Хелене, взглядом прося ее уйти.
Наверное, так действительно будет лучше. Дэниел без помех пообщается со старыми приятелями, и, может быть, ему удастся что-нибудь выведать. А она тем временем сделает наброски их лиц. Хелена встала, и мистер Сьюард галантно предложил ей руку. Они поднялись наверх. Здесь была не одна комната, а целых три. Сьюард поймал ее взгляд.
– Девчонки здесь нет, ежели вы об этом думаете. Я ж вам говорил, она в другом месте.
– Я помню. – Хелена постаралась скрыть разочарование.
Отведенная ей комната оказалась большой и хорошо обставленной, но не слишком чистой. Сьюард начал суетливо прибираться.
– Прошу прощения, мэм. У меня не было времени навести тут порядок, мы ведь рано сегодня уехали. И по правде говоря, не очень-то я хороший хозяин.
– Это ваша комната?
– Не-ет, одного из моих сыновей. У меня их трое, и все такие же неряхи, как их папаша.
Хелена невольно прониклась к нему симпатией. Презирать такого мерзавца, как Уоллас, было несложно, но мистер Сьюард с его покойной женой и неопрятными сыновьями был не похож на негодяя. Взглядом художника Хелена окинула его с ног до головы, пытаясь понять, отчего это. Может быть, из-за возраста – его волосы уже покрылись сединой, а вокруг глаз появилось множество мелких морщинок. Сьюарду было около пятидесяти, многовато для контрабандиста, если вспомнить все то, с чем им приходится сталкиваться. И конечно, он нравился Хелене, потому что любил Дэниела.
Но, несмотря на это, он их не отпустил, напомнила она себе. Никому из этих людей доверять нельзя, даже если у них есть семьи. Хелена припомнила, как настороженно вел себя среди них Дэниел. На дружелюбие контрабандистов рассчитывать не стоит.
Мистер Сьюард с улыбкой обратился к ней:
– А теперь я вас оставлю, миссис Бреннан. Располагайтесь, как вам удобно, и отдыхайте. Обедать мы еще не скоро будем – нам еду из гостиницы «Олений рог» приносят. Так что выспаться времени хватит.
– Благодарю вас.
Как только он ушел, Хелена подбежала к окну, но оказалось, что оно наглухо заколочено. Можно было попытаться бесшумно выставить раму, но даже если бы ей это удалось, больная нога и люди, охраняющие дом снаружи, сделали бы побег невозможным.
Хелена разочарованно села за стол и достала листок и карандаш. Развернув рисунок, она начала рассматривать лицо Дэниела. Этот кошмар не пройдет для нее даром. Теперь она точно знает, кто ей нужен. Утренние события заставили ее задуматься о том, что жизнь слишком коротка и времени тешить свою гордость не так уж много. Дэниел прав: пора начать жить в полную силу, идти на риск. У него-то это отлично получается. Несмотря на свое происхождение и репутацию, он смог добиться определенного положения в обществе, стал уважаемым человеком.
Если они когда-нибудь из этого выберутся, она выйдет за него замуж. Она ведь любит его, любит по-настоящему. Восхищается его силой, проглядывающей из-под маски беспечности, обезоруживающей прямотой, нежностью, спрятанной за грубоватыми манерами.
Он хочет на ней жениться, а это что-нибудь да значит. Даже если Дэниел ее еще не любит, она может подождать. Он обещал быть ей верным, и Хелена почему-то не сомневалась в этом.
Только бы спастись! Она перевернула лист и на обороте начала делать наброски. Ей надо многое успеть – коротко описать ситуацию, указать места, назвать имена. И нарисовать действующих лиц.
Дэниел сидел за столом в окружении контрабандистов и старался не думать о том, что Хелена осталась одна, испуганная и расстроенная. Ему было очень нелегко отправить ее наверх; он все еще ощущал ее запах – гвоздики и нежной туалетной воды. Если с ней что-нибудь случится…
  
Он сжал кулаки и тут вспомнил, что рассказал ему Джек. Значит, Крауч – его дядя. Как же он раньше не догадался? Джек прав: давно пора понять, что Веселый Роджер не стал бы просто так забирать мальчишку из работного дома, находящегося в другом графстве.