Неприличная любовь
– А еще он жадный, как пират, – проворчал Дэниел. – И такой же беспринципный.
– Похоже, ты его неплохо знаешь, – прокомментировал Уоллас, снова с подозрением уставившись на Дэниела.
– Я о нем много слышал, как и все, – ответил тот. Мистер Уоллас наклонился вперед, его взгляд стал внимательным.
– Погоди-ка, тебя же зовут Бреннан? Как Дикого Дэнни Бреннана, ведь так? И сдается мне, когда-то у Веселого Роджера был…
– Да-да, все так, – внезапно прервал его Дэниел. – Простите, парни, мне пора отвести жену наверх. Хватит с нее веселья на сегодня.
Глава 10
Мы пошли с моей милой на берег у скал,
Трепеща, я сжимал ее руки,
Ее жаркие губы я нежно ласкал,
И птицы нам пели в округе…
Дэниел торопился покинуть зал вместе с Хеленой, до того как они скажут или сделают что-нибудь компрометирующее. До сих пор все складывалось неплохо, но тут оказалось, что в деле замешан Крауч… А Хелена пьяна как сапожник.
Господи, надо же так захмелеть с каких-то двух пинт эля! Дэниел никогда не видел ее нетрезвой и не представлял, что такое возможно. Вот уж настоящая катастрофа.
Он подозвал официантку.
– Сколько мы вам должны за выпивку?
Она быстро взглянула на Уолласа, затем обратилась к Дэниелу:
– Вам надо подойти к стойке, сэр. Хозяин все счета хранит там и не разрешает мне рассчитывать клиентов за столами.
– Я сейчас вернусь, – сказал Дэниел Хелене и направился к стойке.
Хозяин какое-то время возился со счетом, и, бросив взгляд на стол, Дэниел понял, для чего все это было нужно. Очевидно, Уоллас подал знак девушке, чтобы та отказалась брать деньги, а сам усадил Хелену на колени и пытался поцеловать. Она откинулась назад и дала негодяю звонкую пощечину. Но, несмотря на это, Дэниел весь затрясся от ярости.
– За что это? – воскликнул Уоллас, потирая щеку. – Я лишь хотел поцеловать тебя, ты же сама говорила, что не прочь поразвлечься.
– Не таким образом. И не с вами. – Хелена резко встала с его колен и упала на стул рядом, вскрикнув от боли.
Дэниел мигом оказался у стола, схватил Уолласа за лацканы и поднял вверх. Поскольку тот был ниже ростом, он повис в воздухе, как тряпичная кукла.
– Держи свои грязные руки подальше от моей жены, или я тебе их оторву! – прорычал Дэниел. – Тебе все ясно?
Он не отпускал Уолласа, пока тот не кивнул. После этого он усадил его обратно на стул. Уоллас оправил одежду и сказал со смешком:
– Не беспокойся. Никому твоя жена-калека не нужна.
Дэниел услышал, как вскрикнула Хелена, и, не задумываясь, ударил негодяя по лицу так сильно, что тот упал. Глядя сверху вниз на скорчившееся тело, он подытожил:
– Впредь будешь знать, как обижать женщин, чертов подонок.
Остальные контрабандисты привстали со своих стульев, но Дэниел погрозил им кулаком:
– Что, кто-нибудь еще хочет отведать моей пятерни?
Один за другим мужчины спокойно вернулись на свои места и вновь взялись за кружки. Конечно, их было больше, но Дэниел казался гораздо трезвее их. А, кроме того, все понимали, что он прав: никто не имеет права приставать к чужой жене.
Дэниел повернулся к Хелене:
– С тобой все в порядке?
– Да, – прошептала она, не отрывая взгляда от Уолласа.
– Тогда пойдем. – Он подхватил ее за талию и направился к двери. Вряд ли она смогла бы идти сама, учитывая ее состояние и боль в ноге.
Когда они добрались до лестницы, он пробурчал:
– Умеешь ты перевернуть все вверх дном, девочка.
– Так же, как и ты.
Дэниел посмотрел на нее сверху вниз и увидел, что она смеется. Вот маленькая негодница!
– Отчего это тебе так весело?
Она обхватила его руками за шею и растянула губы в хмельной улыбке:
–.А ты боялся, что я буду обижать людей! А сам бьешь их по голове. Может, тебе стоит прислушаться к собственным советам, Дэнни?
– Если бы ты не была так чертовски дружелюбна с этим мерзавцем и не хлебнула лишнего, мне бы не пришлось с ним драться.
– Знаешь, я тебе очень благодарна, что ты меня спас. Мне этот Уоллас совсем не нравится. – Она ласково посмотрела на него. – Ты мне куда больше по вкусу.
Хотя эти слова были сказаны небрежно, словно невзначай, они взволновали Дэниела, и его раздражение сменилось горячим желанием. Он ощущал ее легкое тело в своих руках, и его неуправляемый «дружок» снова поднялся. Господи, лучше бы он был пьян. Может быть, тогда его желание не было бы таким острым.
Дэниел заспешил наверх, стараясь не думать о ее груди, которая находилась в нескольких сантиметрах от него, о ее ногах и маленькой аккуратной попке, которая билась о его бедра при ходьбе.
Хелена посмотрела на него мутным взглядом:
– Дэнни?
– Да? – Странно, но Дэниела совсем не раздражало, когда она называла его Дэнни. С ее стороны это было проявление нежности, она не старалась напомнить ему о папаше-разбойнике, и поэтому в ее устах пресловутая кличка ласкала слух.
– А ты ведь злишься на меня, правда? – Он взглянул на нее и приподнял бровь:
– Разве похоже, что я на тебя сердит? – Она закивала головой:
– Ты выглядишь о-о-о-очень недовольным.
Он подавил улыбку. Похоже, завтра ее ждет адская головная боль.
– Нет, я совсем на тебя не злюсь, хотя, видит Бог, есть за что. Я тебе велел остаться в комнате, а ты не послушалась. Мы договаривались, что ты будешь мне повиноваться во всем, а ты нарушаешь договор.
Хелена нахмурилась:
– Наш договор заключался в том, что ты узнаешь, куда отправилась Джульет… А если бы не я, ты бы так ничего и не узнал!
– Я как раз собирался. Просто не хотел будить в них подозрения. – «Которые, похоже, у них возникли теперь».
– Фу-ты ну-ты! – Ее губы вытянулись в трубочку, и Дэниелу нестерпимо захотелось их поцеловать. – Спасибо мне, мы теперь знаем, куда направились Прайс и Джульет… И все-таки ты сердишься!
– Да не сержусь я, черт возьми! – прорычал он, когда они уже подходили к дверям комнаты. И, понизив голос, добавил: – Во всяком случае, не на тебя.
Гораздо больше он был зол на самого себя. За то, что не понял очевидного – в дело вовлечен Крауч. Что позволил ей ехать вместе с ним и хотел ее так сильно, до боли.
– Так на кого же ты сердит?
– Не важно. Поговорим об этом утром. – Конечно, ему не хотелось рассказывать ей про Крауча, но она должна знать о его подозрениях. – Сейчас ты не в состоянии ничего обсуждать.
– Я прекрасно себя чувствую! – надменно сказала Хелена, и Дэниел рассмеялся. Как это на нее похоже!
– Да уж, вижу.
– Может, я и выпила лишнего, но как чудесно все закончилось!
– Тебя чуть не поколотил какой-то подонок – уж куда лучше! – пробормотал Дэниел, пока они шли по освещенному холлу.
Хелена ткнула пальцем ему в грудь:
– Да тебе просто не понравилось, что все эти мужчины были милы со мной! Сам-то ты любишь, когда вокруг тебя скачут голые красотки, а стоит мне немного повеселиться, и ты превращаешься в… отчаянного головореза!
– Отчаянный головорез? – повторил Дэниел с удивлением. – Откуда ты взяла это выражение?
– Этот ужасный мистер Уоллас так говорил. – Он нахмурился:
– А ты знаешь, что это значит?
– А что тут знать? Ты же отчаянный. И резвый. А когда злишься, теряешь голову.
– Нет. Так называют разбойника, который слишком жесток со своими жертвами. Прежде чем разбрасываться словами, постарайся выяснить их смысл.
– Ой! – Она опять нахмурилась, обдумывая новую информацию. Потом ее лицо просветлело. – Но ты же был груб с теми мужчинами!
– Ничего, они это переживут. Внезапно Хелена погрустнела:
– А они оказались совсем не такими, какими я представляла контрабандистов. Кроме мистера Уолласа, они все были очень милы.
Они уже подходили к комнате. Дэниел усмехнулся:
– А ты, моя дорогая, здорово пьяна.