Аристократ на отдыхе. Том 5 (СИ)

— Отлично! Тогда я обязательно тебя дождусь. Даже если глаза будут очень сильно слипаться. Никита…
— Что? — спросил я.
— Я тебя люблю, — тихо сказала Кира. — Ты такой замечательный. Спасибо тебе, и приезжай скорее!
Она повесила трубку прежде, чем я успел ответить.
— Вот так вот, парни! — с улыбкой сказал я каменным львам, которые уже успели занять свои места на постаментах. — Завидуйте!
А потом сунул магофон в карман и шагнул в Тень.
* * *
Я вышел из тени рядом с той самой лавкой, где мы с Кирой покупали продукты. Решил все же пройти несколько шагов пешком по пустой набережной, подышать ночным воздухом.
Это и стало моей ошибкой.
Но понял я это слишком поздно.
Напротив дома Киры, прислонясь к перилам набережной, стояли трое. Два усатых плечистых жандарма в белых мундирах, вооруженные саблями. И третий — тоже в мундире, только синем, с крупными позолоченными пуговицами.
На вид он был моим ровесником. Светловолосый, с приятной уверенной улыбкой на гладко выбритом лице.
Увидев меня, он шагнул мне навстречу.
— Доброй ночи, ваша милость!
Я удивленно взглянул на него.
— Не удивляйтесь, — вежливо улыбнулся он. — Я вас знаю.
— А я тебя — нет, — обрадовал я его.
Мой сарказм нисколько его не смутил, светловолосый принял его как должное.
— Позвольте представиться — Геннадий Петрович Прокудин, помощник прокурора. С сегодняшнего дня я веду дело профессора Лабуаля.
Он взглянул на массивные золотые часы на запястье и с улыбкой поправился:
— Со вчерашнего дня.
Так. Значит, это и был тот самый помощник прокурора, о котором говорила Кира.
Мерзкий тип?
Я внимательнее взглянул на Прокудина.
Нет, он не производил впечатление мерзавца. Выглядел практичным человеком, понимающим свое место в жизни.
— Чего ты хочешь, Геннадий Петрович? — спросил я. — Только давай покороче, я спешу.
— Собственно говоря, я здесь ждал Киру Андреевну, — объяснил Прокудин.
— Зачем? — нахмурился я. — И почему с жандармами?
— Это просто охрана, — усмехнулся Прокудин. — По должности положено. Государство заботится о своих чиновниках.
— Зачем тебе Кира?
— Я хочу ей помочь. Вы, наверное, знаете, где она?
Я не стал спешить и посылать Прокудина к демонам. Раз уж сам пришел — так почему не узнать, что он замышляет?
— Отойдем? — кивнул я помощнику прокурора и пошел вдоль канала.
Прокудин поспешил за мной, а жандармы грузно затопали следом, позвякивая саблями.
Прямо почетный эскорт.
— Я правильно понимаю, что ты звонил Кире, но она тебе не ответила? — прямо спросил я.
— Да, — не смутившись, кивнул Прокудин. — Поэтому я и ждал ее здесь. Между нами сейчас небольшие сложности.
Он снова улыбнулся.
— Сложности? — уточнил я. — Насколько я знаю, она тебе все ясно объяснила.
— Что вы, ваша милость! — улыбнулся Прокудин. — Это временно. И я не сержусь ни на Киру, ни на вас.
В этот момент мне захотелось стукнуть его по голове. Не от злости, а чтобы привести в чувство. Но по опыту я знал, что это не поможет.
— Поймите меня правильно, — тем временем объяснил Прокудин. — Я совершенно не против, что Кира Андреевна сейчас с вами. Кто я? Небольшой чиновник, из бедных дворян. А вы — барон, имперская знаменитость!
Он сказал это абсолютно серьезно, даже не попытавшись вложить в свои слова издевку. А я ведь слушал его очень внимательно.
— Но ведь вы в Столице ненадолго? И вряд ли вы собираетесь увезти Киру Андреевну с собой. Она сирота, без Дара и перспектив. Зачем она вам?
Прокудин кивнул сам себе, подтверждая собственные слова.
— Когда вы уедете, я предложу ей стать моей официальной любовницей. Уверен, она будет рада.
Он поймал мой грозный взгляд и торопливо добавил:
— Поймите правильно, я прекрасно отношусь к Кире Андреевне! Она чудесная девушка и хороший адвокат. Очень жаль, что у нее нет настоящих перспектив. А мне нужна супруга, которая поможет войти в общество. Но у меня есть деньги, и я смогу достойно содержать Киру, не беспокойтесь. Да и вы, наверняка, что-то ей выделите, правда? Впрочем, это меня не касается.
 
Он снова улыбнулся.
Я внимательно посмотрел на Прокудина и окончательно убедился, что передо мной самоуверенный идиот, не желающий видеть реальное положение вещей.
А это очень упрощало для Киры победу в суде. Если, конечно, до суда вообще дойдет дело.
Можно было прямо сейчас сбросить Прокудина вниз головой в Крюков канал. Даже несмотря на его охрану из жандармов.
Можно было разбудить его величество и потребовать для Лабуаля другого обвинителя. Но где гарантия, что он не создаст больше помех?
Все, чего нужно было ожидать от Прокудина — глупой подлости исподтишка. Другой обвинитель мог оказаться умнее.
Да, Прокудин был мне невероятно противен. Но я давно научился держать себя в руках, когда это нужно.
Сейчас это было нужно. Не мне, а Кире.
Кроме того, Прокудин и после освобождения Лабуаля никуда от меня не денется.
При мысли об этом я предвкушающе улыбнулся.
Прокудин принял мою улыбку за знак расположения.
— Так вы поможете мне встретиться с Кирой, господин барон?
Я задумчиво нахмурился.
— Мне нужно больше объяснений. Пока я не понимаю, зачем вам встречаться.
— Конечно, я буду откровенен, — кивнул помощник прокурора. — Кира Андреевна взялась не за свое дело. Она проиграет процесс, и это плохо скажется на ее репутации.
— А почему ты так уверен, что Лабуаль виновен? — спросил я.
— Все улики указывают на него, — торжественно заявил Прокудин. — Кроме того, он признался. Это зафиксировано в протоколе.
— Весомо, — согласился я. — Но меня интересует и другой вопрос.
Я посмотрел прямо в глаза Прокудину.
— Как вышло, что тебя только сейчас назначили обвинителем? После того, как Кира взялась за это дело.
Взгляд помощника прокурора метнулся в сторону.
— Это внутреннее дело прокуратуры.
— Не ври, — надавил я. — У меня достаточно связей, чтобы узнать правду.
Прокудин на шаг отступил от меня.
— Да! — с вызовом сказал он. — Я специально попросил это дело. Оно уже подняло шумиху в газетах. Это важно для моей карьеры!
Я недоверчиво прищурился.
— Что же ты не ухватился за него сразу?
Наверное, у меня был очень тяжелый взгляд. Потому что Прокудина заметно затрясло. Но на глазах у жандармов он не мог отступить.
— Вы правы, господин барон! Я взял это дело из-за Киры. Она… она не имела права так поступить со мной! Я был первым!
— Хорошо, что ты сказал правду, Прокудин, — кивнул я. — Отплачу тебе тем же. Я собираюсь сделать Кире Андреевне предложение. И уверен, что она его примет. Так что сейчас ты пытаешься нагадить не просто адвокату Беловой. Ты собираешься причинить вред моей будущей жене. И я не советую тебе это делать. Ты меня понял?
— Я действую в рамках закона! — отважно заявил Прокудин. — Вы не имеете права меня запугивать.
Жандармы шагнули к нам.
— Я знаю, что вы сильнее меня, господин барон! — продолжал Прокудин. — И у вас больше связей! Но и вам не все позволено. Я знаю, что меня не пускают к Лабуалю по вашему распоряжению. Но я добьюсь разрешения его допросить. И он подтвердит, что убил Трубецкого. А если я не смогу поговорить с Кирой, ей же будет хуже. Пусть проиграет процесс. Думаю, тогда многие богатые клиенты перестанут вести с ней дела.
Одним движением я схватил Прокудина за шиворот.
Он не сопротивлялся, только смотрел на меня бешеным взглядом загнанной в угол крысы.
— Ваша милость! — предостерегающе сказал один из жандармов. — Извольте отпустить его благородие. Это не по закону.
Он не двинулся к нам, по его лицу я видел, что жандарму совершенно неохота вмешиваться в нашу ссору. Но долг службы приказывал ему защищать Прокудина.