Великий друг хоббитов (СИ)
В идеале я хочу сделать из хоббитов супер-технологическую расу, чтобы они начали запускать ракеты в космос, строили атомные электростанции и все в этом духе. Но путь будет долог и тернист, и даже не знаю, необходимо ли это. Кроме того, мне нужно попасть на третий пласт, а там далее я отправлюсь на поиски землян. Не знаю, будет ли у меня время заниматься хоббитами. Впрочем, к тому моменту, возможно, я уже не буду связываться с жителями планеты Зонгта, и враги мои перестанут беспокоить маленьких друзей из-за меня.
Тем временем, я довел количество своих внешних тел до трех сотен. И изначально с этим не было никаких проблем. Однако, вскоре после работы сразу с шестью сотнями рук, я отключился.
— Пришел в себя, наконец, — где-то рядом я слышу недовольный голос Лолы. — Дядя, ты — придурок!
— Что происходит? Где я? — сознание проясняется, я не сразу вспоминаю, как говорить. Да, и зрение восстанавливается не сразу.
— У тебя шарики за ролики заехали, вот что происходит! — не унимается девчонка.
— Не понял! — мотаю я головой. — Объясни более внятно. У меня, кажется, провал в памяти.
— В общем так, дядя, — состроив недовольную гримасу, начала объяснять Лола. — Сначала все было нормально. Но в какой-то момент все твои аватары прекратили работу, а затем они начали говорить какую-то речь о справедливости, равенстве и братстве. Ее начали слушать хоббиты и другие игроки. Но… это касается только тех, кто снаружи. Мы с Одой все время сидели здесь. И ты нам по секрету начал рассказывать, что тебя с заданием отправил Империум Человечества, что Галактика в опасности, и что настоящий Темный Властелин — это ты! Тот, кто правит сейчас в землях орков — самозванец! Ему просто повезло прибыть на Зонгта немного раньше из-за ошибки в пространственно-временных координатах. Однако, это только начало.
Рассказав нам о своей чрезвычайно важной миссии то ли по завоеванию, то ли по спасению Галактики, ты обратил внимание на Оду. Затем призвал сюда Мартина и через его тело начал читать стихи о любви и красоте…
На этом моменте рассказчица запинается и неожиданно недовольно и обиженно смотрит на меня. Я только и делаю, что хлопаю глазками. Лоля закидывает голову назад, перемещает взгляд в небо, разводит руками и продолжает.
— Сразу же после стихов ты через тело Мартина нагло полез обниматься и целоваться с нашей красавицей-навигатором, — девочка стреляет покрасневшими очами в мою сторону, я прикидываюсь кирпичом. — Может, и чего большего хотел, да, вот только не успел. От такой наглости и неожиданности Ода не контролировала свою силу, когда отпихнула от себя аватара.
Я оглядываюсь по сторонам и действительно замечаю у стены рядом робо-тело, лежащее на полу изломанной куклой. Приглядевшись внимательнее, я даже замечаю неясный силуэт, отпечатавшийся на стене. Я мысленно сглатываю подступившую к горлу слюну. Благо, я не совсем сбрендил и не полез к моей горничной своим настоящим телом.
— Только в этот момент мы поняли, что что-то не так, — еще раз разводит руками Лола. — Ода подошла к тебе ближе и аккуратно ударила по лбу ладонью, а потом отключила твои внешние тела.
Я тянусь своим вниманием к паукам-детекторам, подключаюсь к одному из них и оглядываю самого себя через его глаза. Ага, на лбу действительно красуется отпечаток ладони. Благо, не слишком глубокий. На всякий случай я произвожу самопроверку, дабы убедиться, что воспоминания о Земле не пропали. Наиболее важные из них — о своей семье я задублировал, на всякий случай. Но вроде, все в норме. Смотрю на Оду, которая молча глядит куда-то в сторону. Ее робот практически во всем имитирует человека. Лицо ее залилось краской, а грудь высоко вздымается и опускается. Она так сильно разгневана?
— Ода, извини… — обращаюсь я к ней.
Та только отворачивается еще сильнее, показывая мне свою точеную спинку. Лола закатывает глаза.
— Ода, милая, прости, пожалуйста! — настаиваю я. — Я больше так не буду!
Проходят несколько тягостных секунд. Я чувствую, что надо мной висит дамоклов меч, но надеюсь на лучшее. Наконец, не поворачиваясь, красавица медленно кивает, и я могу расслабиться.
Затем мы опытным путем выясняем, что происходит. Девушки немного опасаются таких экспериментов, но я руководствуюсь поговоркой «тяжело в учении — легко в бою» и настаиваю на проведении опытов. В общем, я вплотную подошел к своему нынешнему пределу. При управлении 290 аватарами со мной все в порядке. Когда их от 291 до 299, то я начинаю отвлекаться и время от времени теряю мысль, а также забываю о каком-то начатом деле на долгое время. На трех сотнях аватаров сначала все нормально сначала, а потом мое самосознание, иначе говоря — Эго, куда-то пропадает, и я начинаю нести случайную околесицу. Правда, подсознание мое все еще удерживает меня от раскрытия любой достоверной информации о планете Земля и моем настоящем происхождении, зато я начинаю сыпать случайными фактами и сведениями, в основном, из игр или фильмов. Также мы выясняем самый простой способ вывести меня из этого состояния — ударить по голове. Отключение от внешних тел не исправляет ситуации, разум продолжает блуждать в собственном измерении, и мне необходима жесткая перезагрузка. Ода слишком сильна, и в какой-то момент она может случайным образом не сдержать свою мощь, просто-напросто пробив мне голову. Поэтому задача по приведению меня в порядок падает на Лолу, я даже делаю для нее специальный большой молоток — кувалду. Конечно, от греха подальше я устанавливаю себе верхний предел в двести девяноста тел. Это — не дело, конечно. Я хочу иметь больше сил! Но пока что мне нужно учиться довольствоваться этим.
Члены моего отряда, конечно, оказались в легком шоке из-за моих внезапных порывов по рассуждать о высоком. Больше всего моим парням понравилась речь Рокки Бальбоа из фильма. Мне даже пришлось повторить ее на бис уже в здравом уме. Мужчины были в восторге, да, и наши боевые подруги тоже. В моем боевом отряде много молодых хоббитов, которым и двадцати нет. Молодые мозги, оказалось, намного лучше адаптируются к игровой реальности. И культура хоббитов не предполагает занятия жесткой мужской позиции, этакого выброса тестостерона. Речь про жестокий внешний мир и умение держать удар предельно точно вошла в их нынешнее положение. Веками они жили в мире, словно тепличные растения, но пришло время великих бедствий, и на чувства и интересы хоббитов всем резко стало наплевать. Народы, что клялись в верности и взаимовыручке сотни лет, неожиданно отвернулись от моих маленьких друзей, когда для сохранения клятвы стало необходимо не просто чесать языком, а сделать что-то реальное, даже где-то поступиться собственными нуждами. Это нанесло сильный удар по общине хоббитов. Но я думаю, что пройдя через испытание, они станут только сильнее.
Понимая, что теперь не могу бесконечно расширять свою личную боевую силу, я начал консолидировать свои силы. Часть дуплексов и других джипов в бронепоезде мне пришлось вывести на периферию и передать хоббитам, оставив в них только коробки водителей и усеченные версии пулеметчиков. Оставшейся частью джипов теперь пользуются маленькие друзья. Может быть, в будущем я даже полностью передам джипы внешним подразделениям. А сам я концентрирую больше усилий на мини-БТР и другой тяжелой технике. И раз внешних тел теперь у меня не бесконечное число, мне нужно улучшить контроль над ними. Пепелац пришлось сделать шире и сократить его длину. В нынешнем построении в самой узкой его части у бронепоезда два мини-БТР бок о бок и еще по два дуплекса по бокам, либо два БТР в центре и два мини-БТР на краях.
После небольшой стычки с гоблинами я решаю снова атаковать города орков. И не просто так. Я начал брать небольшую плату за защиту с эльфов, гномов или даже человеческих аристократов. Если они узнают, что на них движется армия Темного Властелина, но не имеют достаточно сил, чтобы дать отпор, они обращаются ко мне. Плату за защиту я мотивирую тем, что при быстрых переездах на дальние расстояния мы теряем дополнительный доход с добычи минералов и охоты на мех-зверей, который получали ранее. На самом деле, с Одой у нас практически нет таких проблем, но получать дополнительную денежку приятно.