Маджериум. Инициация тьмой

– О, принцесса, да ты покраснела!
Уж не знаю, как Рэнкс это заметил, учитывая, что мы шли полутемными коридорами, где ночники горели через раз. Но мне стало вдвойне неловко. Щеки и правда пылали, как раскаленные угли. Казалось, брызни воды, и зашипят.
Я приложила прохладные ладони к лицу и прибавила шага, стараясь укрыться от пытивого взгляда Рэнкса. Но тот словно видел меня насквозь.
Питер рассмеялся, заметив мое смятение.
– Папочка Рэнкс в таких делах шарит. Не удивлюсь, если вы с Монтего еще и в «поцелуй в темноте» вляпались. Да? Да? Я прав? Признавайся!
Рэнкс обогнал меня и резко развернулся, продолжая шагать по коридору спиной вперед. А я поняла, что краска залила не только мои щеки, но и уши, и шею. Я не знала, куда себя деть, и была в ужасе от того, что кто-то посторонний мог заметить, что между мной и Монтего что-то есть.
– Что? Но как ты?..
– О да! Я прав! – победно воскликнул Питер, глядя в мое растерянное лицо. – Я ж говорил, мы в эту игру не первый год играем. И никогда не бывало такого, чтобы кто-то остался без пары.
Рэнкс вновь развернулся и теперь уже шел нормально, пристроившись по правую руку от меня. Мне стало спокойнее и волнительнее одновременно. Ведь я не собиралась никому рассказывать про поцелуй. Это была наша со Скаем тайна. И то, что Рэнкс смог так легко нас раскусить, означало, что и остальные могут сложить два и два.
– Знаешь, дверь ведь… она, как бы это сказать, подыгрывает нам. В тот вечер я загадал попасть к тебе. Так надеялся на поцелуй. Но… видимо, кто-то хотел этого больше. – Питер хмыкнул и озорно подмигнул мне. Я же почувствовала, как сердце ускорило свой бег, мощно толкаясь о клетку ребер.
Мысль о том, что Скай мог желать поцелуя еще тогда, в самом начале нашего знакомства, когда мы толком не знали друг друга – да что там, мы терпеть друг друга не могли, – жаркой волной прокатилась по телу. Это было так странно, непонятно, но в то же время приятно, что я окончательно запуталась. Как ни крути, но понять его логики и мотивов мне было не суждено. Или не было там никакой логики?
– Монтего в этом плане всегда был везунчиком, – продолжал Рэнкс, и в его голосе проскользнула напускная обида. – Вот скажи, почему все самые классные девчонки всегда достаются ему, а? Ну чем я хуже?
– Ты просто очень много болтаешь, Рэнкс! – не удержалась я, в глубине души очень надеясь, что он не разболтает нашу тайну каждому встречному загонщику. Тогда я его точно убью. Своими же руками.
– Да, серьезно? Стоит напустить на себя таинственности? – заговорщическим тоном прошептал парень и поиграл бровями.
– Стоит подрезать тебе язык.
– Фу, какая ты недальновидная. С отрезанным языком я не смогу целоваться. Уж в чем в чем, а в этом я мастер. Хочешь, докажу?
Питер вновь попытался повернуться ко мне, перегородив дорогу. И хоть я понимала, что все это шутка, на которую не стоит обращать внимания, но решила, что лучше сразу пресечь любые поползновения. Поэтому нарочно толкнула его плечом, освобождая проход, и выскользнула в двери, для весомости добавив:
– Вот за это Монтего тебе точно голову открутит!
В итоге на улицу я вышла с горящими щеками и глупой улыбкой на губах. Но тут же обо всем забыла, стоило почувствовать прохладу ночи. И без того мерзкая погода к ночи только ухудшилась. Промозглый ветер бросал в лицо мелкие колючие брызги. А темнота стояла такая, что хоть глаз выколи. Единственным источником света был фонарь над входными дверями, а дальше полигон буквально утопал в темноте. Кромки леса – и той было не видать в густом мраке ночи.
– У тебя есть магический светлячок? – обратилась я к Питеру, понадеявшись, что парень оказался дальновиднее меня и прихватил что-то для освещения.
– Нет, – вопреки ожиданиям, расстроил Питер. – Но у меня есть кое-что другое.
Загонщик полез в карман куртки и достал оттуда что-то мелкое. Лишь когда он стал надевать это что-то на пальцы, я поняла, что это кольца. По одному на каждую руку.
– А сейчас будет магия! – предупредил Рэнкс и по касательной ударил ладонь о ладонь.
 
Я услышала металлический звон столкновения колец, а между мужских ладоней проскользнула вполне заметная искра. Еще одно такое же движение по касательной – и высеченная искра вспыхнула огоньком в руке парня.
– Видела? – самодовольно улыбнулся Питер, демонстрируя огонек. И, словно в насмешку, крохотное пламя погасло, а парень ругнулся сквозь зубы.
Видимо, огненная стихия была отнюдь не близка загонщику. Но покрасоваться, бесспорно, хотелось. Впрочем, через пару попыток Рэнкс все-таки справился с непокорной стихией, и мы двинулись вдоль полигона с крохотным огоньком, освещающим путь.
Спустя пару минут мы, пронизываемые всеми ветрами, дошли до ангара с полночниками. Ровно, как и над входом в корпус, над широкими двустворчатыми воротами мерно мерцал фонарь.
– Наверное, надо захватить что-то из дичи, – предложил Питер и дернул на себя кольцо, проверяя не заперт ли ангар. Дверь с тихим скрипом поддалась, и парень шагнул внутрь.
Из ангара веяло теплом и сухостью. Запахом сушеного сена и трав. И мне так хотелось последовать за Рэнксом. Но я задержалась снаружи.
– Ты иди. А я проверю, как там Драг.
– Опять собралась геройствовать? – цыкнул парень.
– Нет. Просто хочу убедится, что все в порядке, и он не агрессивен. Если явимся вдвоем, зверь точно станет нервничать. – И на осуждающий взгляд парня добавила: – Не беспокойся, близко подходить не буду. Даже в загон не войду.
Питер лишь покачал головой, тяжело вздыхая, но все же сдался.
– Ладно. Жди меня у загона. И смотри не заблудись.
Ну, заблудиться у меня вряд ли бы получилось – стоило обогнуть ангар, как я оказалась у заветного загона. Повыше подняв воротник и закутавшись в куртку с чужого плеча, я бесшумно двинулась к ограде. Свет от ворот сюда почти не проникал, но я все равно смогла различить очертания навеса, сооруженного Скаем. А потом, не дойдя десятка шагов до ограды, услышала звериный рык.
Неужели драггаст почуял меня на таком расстоянии? Но если почуял, должен был узнать. Даже я отчетливо различала, как от воротника куртки тянуло знакомым мужским ароматом. Терпким, приятным, призывающим прикрыть глаза и представить, что Монтего рядом. Сжимает в своих объятиях.
Но Драг рычал. И я не понимала причины его агрессии. В тишине ночи звякнула металлическая цепь аркана.
– Эй, дружок, не бойся, это я, – ласково позвала зверя. Хотя называть подобного хищника «дружком» было весьма опрометчиво, если не сказать смешно.
Но стоило мне подать голос, как в глубине загона что-то шевельнулось.
Я несколько раз моргнула.
– Драг…
От невысокого навеса отделилась тень и метнулась куда-то в сторону. Я различила быстрые удаляющиеся шаги, звук глухого прыжка, словно кто-то перемахнул через ограду, и испуганно отпрянула.
– Кто здесь?
Сердце тут же подскочило к самому горлу. Я изо всех сил всматривалась в темноту, но это было бесполезно.
Драггаст недовольно ворчал, шуршал сеном под навесом, словно пытался копать. Я уже хотела бросится наутек, как различила шаги за спиной.
Резко обернулась и увидела знакомый огонек, плывущий в темноте.
– И чего ты сюда поперлась, не видно же ни зги! – прокомментировал Питер.
– Рэнкс, там кто-то есть!
– Что?
– Там, в загоне! Там кто-то был! Я видела чей-то силуэт, слышала шаги! – Я схватила парня за куртку, потрясла, не в силах совладать с эмоциями.
– Что за бред, зачем кому-то среди ночи лезть в загон к драггасту?
– Я не знаю! Но там точно кто-то был!
– Эй! – громко крикнул парень и поднял огонек чуть выше над головой. – Есть кто?
Но ответом ему была тишина и завывание ветра под козырьком крыши. Драггаст вновь заворчал, недовольный присутствием людей.
– Вроде все тихо. Наверное, тебе показалось.
– Я еще не совсем из ума выжила, – рассердилась я на парня.
Даже если мелькнувшую тень я могла с чем-то спутать, то быстрые шаги точно принадлежали человеку. И этот кто-то явно приходил не кормить бестиаллию. Иначе зачем бы ему было сбегать?