Вернись домой (СИ)

– Как где? – растерялся черненький, который представился Аланом.
– В Кении и находится, – помог беленький Денли, теперь уже интенсивнее переглядываясь с черненьким.
– Хорошо, – как учительница, добивающаяся ответа от нерадивого ученика, я попыталась еще раз. – А где находится эта ваша Кения?
– На Расшарде, – тоже как дурочке стал говорить Алан, правда при этом не переставал смотреть на беленького. – А ты думала где?
Я хмыкнула и нервно почесала лоб. Все, что со мной вчера происходило, было очень странно. Но вот то, что сегодня странности не закончились, – это уже начинало беспокоить.
– Я вообще-то думала, что нахожусь в своем городе на Земле, – ляпнула не подумав. – А вот смотря на вас, уже совсем ничего не понимаю.
– На Земле? – задумался Денли, и желваки на его лице заходили от явного переживания. – Что ты помнишь перед тем, как оказалась на той поляне, где мы встретились?
Я помнила все, но вот то, что это помнить нельзя (во всяком случае, врачам в белых халатах лучше об этом не говорить), я тоже хорошо помнила.
– Я шла на вокзал, – стала я скармливать самую обыденную историю, чтобы ни в коем случае обо мне не подумали не пойми что. – Решила пройти через парк, чтобы срезать дорогу. А там, видимо, прорвало газовую трубу, вот я и надышалась этой дрянью.
Я возмущенно посмотрела на своих собеседников, ожидая, что они меня поддержат и скажут: мол, кто же трубы оставляет в таком состоянии? Но они молчали, и лишь их удивленные мордашки выдавали что они меня слушают.
– Ну а потом было что-то странное, и когда я пришла в себя, то оказалась на той поляне. Хотя нет, – я задумчиво побарабанила указательным пальчиком по нижней губе. Она всегда было немного пухлее верхней, и мне нравилось ее трогать. – Я сначала долго шла по тропинке, пытаясь выйти из парка, а потом уже нашла эту поляну. Да, так все и было.
Рассказывать дальше – что я представила их вчера котами, да еще укусила, – не стала, а то вдруг на смех подымут, не хотелось перед ними краснеть. Мне они уж очень понравились, а предстать перед ними шизофреничкой не хотелось. Хотя укус на шее увидела и у второго мужчины, и услужливая память тут же подкинула мне картинки, как я его кусаю и при этом еще и наслаждаюсь. А ведь там, в воспоминаниях, и они меня кусали.
Скорее всего, я становлюсь извращенкой, это все стресс от расставания. Мужчины все еще молчали и задумчиво поглядывали на меня.
– Кто твоя мать, Мари? – первый отмер беленький.
– Екатерина Степановна Шиляева, – тут же выдала я нужную им информацию. – Отец – Борис Анатольевич Шиляев.
Не знаю зачем, но я решила сразу все рассказать, чтобы у них не возникло никакого сомнения в моей адекватности, потому как у меня сомнения уже появлялись.
– А где ты родилась? – тут же спросил меня Алан.
Он продолжал нежно улыбаться и при этом играл мышцами – видимо, все-таки заметили, как долго я пялилась на кубики пресса Денли.
– В селе Черемушки.
– Это такой край? – уточнил Алан.
– Вы что, с луны свалились? – тут уж я не выдержала и засмеялась – значит, не одной мне до сих пор плохо. – Вы еще спросите, с какой я планеты.
– С какой? – тут же включился в игру Денли и тоже стал улыбаться, давая мне вволю высмеяться.
– Ну вы, парни, даете! – давно я так не смеялась. Демонстративно осторожно вытерла набежавшую влагу на глаза. – С вами, конечно, очень весело, но мне правда пора. Может, все же скажете мне адрес? Я сейчас такси вызову.
Увидев свою сумку, одиноко стоявшую на одном из кресел, я вскочила с постели и красивой походкой (ну, я на это надеялась) пошла к креслам. Сумку мою не трогали, все было на местах, как я и складывала, и моя ветровка тоже лежала рядом. И это очень радовало: я не люблю, когда нарушают мои границы, все же личное всегда должно оставаться личным.
Найдя телефон, я включила его и открыла карту, чтобы самой посмотреть, куда меня вчера занесло.
Мужчины так и остались полулежать на постели, настороженно наблюдая за мной. Хотя я и чувствовала общую напряженность, я улыбнулась им и принялась дальше копаться в телефоне. Но интернет почему-то вообще не работал – видимо, нахожусь в глуши, похуже, чем у меня в селе. И это заставило напрячься: все же, как я тут оказалась и что вообще происходило вчера, а главное, для чего они приволокли меня сюда, оставалось загадкой.
– А пароль на вай-фай не подскажете? – я уже даже не ожидала, что они ответят, потому как они смотрели на меня, как на зверушку из зоопарка – умиляясь мне, но с сожалением и состраданием в глазах.
Странные они все же. Проверив связь, я поняла, что и дозвониться ни до кого не смогу, потому как телефон не ловит ни одну из вышек. Я подошла к окну – может, там я поймаю хоть что-то. И отодвинув шторы, просто обомлела. Вокруг, сколько хватало глаз, были леса, а за ними – снежные пики гор. Такой красоты я не видела никогда в жизни. На картинках, конечно, видела, но вот вживую никогда.
А тот факт, что у меня в стране такого вида на горы просто не бывает, меня уже не просто напряг, а вогнал в панику.
– Где я? – у меня уже не получалось улыбаться, не хотелось даже играть какие-то роли.
Я всегда была очень серьезной, ответственной и умненькой девочкой. Лучшая в школе, лучшая на потоке, староста, профорг. Я всегда была лидером, самым лучшим лидером. В спорте мне не было равных, даже в школе я обгоняла по бегу всех мальчиков, вплоть до девятого класса. Потом мне стало стыдно, и я намеренно их пропускала, чтобы хоть кому-то понравиться, ведь мальчики любят слабых.
А сейчас я отбросила всю наигранность и маски и прямо посмотрела на этих мужчин. Они уже оба встали, и каждый замер недалеко от меня. Уже поняли меня и тоже максимально серьезно смотрели.
– Это мир Расшард, в нем находится четыре края, – серьезно смотря в глаза мне, стал говорить Денли. – Аргония, Шелини, Лариония и Кения, там, где мы сейчас и находимся. Замок, который ты сейчас можешь частично увидеть в окне, – это главный оплот нашего края, родовой замок альф. А я и мой брат являемся главами своего народа.
Все, что он говорил, было как продолжение все той же нереальности, что вчера так бурно ворвалась в мою жизнь. Но вот принять ее как реальность мне никак не удавалось.
Если бы они сказали, что маньяки и похитили меня, увезя в страшную глушь, где нет ни связи, ни электричества (а теперь я явно находила и отличия в обстановке, которым первое время не придала значения), то я бы даже больше поверила. А вот то, что говорил сейчас Денли, меня не то что пугало, а вводило в ступор.
– Я не могла с ума сойти, – прошептала я скорее себе, чем им, но они услышали и тут же обхватили меня с двух сторон, заключая в объятия.
– Ты не сошла с ума, – тут же стал успокаивать меня Алан. – Все, что Денли сказал, – это правда. Мы и сами не знаем, как так вышло, но ты пришла в наш мир, и мы очень благодарны за это Богине.
– Какой Богине? – истерика начинала подкатывать к самому горлу.
– Нашей Богине Энелии, она праматерь всего живого, – быстро ответил Алан, поглаживая мне все, куда мог дотянуться, а мог он много куда.
Его брат, как я поняла из сказанного, не отставал и поглаживал со спины, без конца зарываясь в мои волосы и глубоко вдыхая воздух.
– Мне нужно в ванную, – а то меня стало напрягать это сосисочно-булочное изделие, как-то не готова я к такому.
– Пойдем я все покажу, –потянул меня за руку Алан и направился к одной из дверей.
За дверью действительно оказалась ванная, да не просто как у брата в квартирке. А целый зал, уставленный фонтанами, водопадами, цветами и украшениями. В одном из углов я увидела что-то наподобие джакузи, только размерами с небольшой бассейн, а за ним были полностью стеклянные панорамные окна.
И вообще, для ванной тут было слишком много окон. Еще тут был настоящий бассейн, большой душ на несколько человек сразу, туалет и даже зеркала, где можно было со всех сторон себя разглядывать, одеваясь.