Вернись домой (СИ)

– Она исчезла в портале, – не веря себе, сообщил Дашен, запуская в свои пряди руку, пытаясь успокоиться и прийти в себя.
– Такого не бывает! – рык Алана, раздался отовсюду, отражаясь от стен замка.
– Не бывает, такого не бывает, не бывает, – бормотал Налиш, сворачивая вокруг себя кольца в защитном жесте и в каком-то трансе уходя в себя, пытаясь ментально соединиться с сознанием своей истинной.
– Где она? Что вы с ней сделали? – уже оборачиваясь в огромного барса, Денли последние слова рвал пастью.
Алан тут же последовал за братом. А мы с Дашеном стали в оборонительную позицию, защищая своими спинами Налиша. Который, по всей видимости, совершенно никак не мог выйти из своего транса, продолжая все еще что-то тихонечко бормотать.
Быстрый, едва заметный прыжок – и зверь Денли отбрасывает меня в сторону мощным ударом. Тут же золотой хвост Дашена бьет по обезумевшему атакующему барсу. Мой бросок – и я в полете перехватываю лапу с оголившимися саблями когтей, которые уже целятся в горло брата.
Вокруг все буквально замирает, не чувствуется уже легкий ветерок, не слышатся звуки. Охрана оборотней, как и наша, ошарашенно наблюдает за нашей схваткой, не решаясь вступить в бой, когда сражаются главы этого мира. Сильная кровь уже бурлит по нашим венам, давая нам то самое преимущество в силе, что так страшит тут каждое существо.
А мы рвем друг друга – барсы когтями, а мы с братом хвостами, не оставляя друг другу шанса на победу. Это сумасшествие, которое накрыло нас всех от простого осознания, что наша истинная исчезла. Контроль, характерный для существ сильной крови, что так часто воспевается народами, сейчас буквально летит в пропасть.
Денли, не обращая внимания на брата, пропарывает мой хвост когтями. Я знаю эту боль, я помню ее еще с юности, когда наткнулся на обезумевшего оборотня в конце войны.
Вот и они сейчас просто обезумели. Это не просто бой, это путь за грань, только вот кто победит, еще неизвестно. Я вижу, как пасть Денли перекусывает руку Дашена, как Алан уже целится ему в горло. Секунда – и они разорвут его на куски. Мой прыжок – самый быстрый, самый сильный, – и я обхватываю хвостом задние лапы Алана, буквально отдергивая его в последний миг от брата.
Слышу, как мои мышцы раздавливают конечности, с хрустом ломая кости. Но моментальный удар Денли и меня припечатывает к стене замка, меня полосуют когтями, не давая возможности двинуться.
Дашен оттягивает Денли на себя, чтобы сохранить мне жизнь, но попадает в ловушку, его буквально с двух сторон растягивают, чтобы добраться до шеи и перегрызть глотку.
– Стойте! Стойте! – завопил пришедший в себя Налиш. – Наша девочка в опасности! Я нашел ее. Она переместилась в Аргонские горы. Стойте! Ей помощь нужна!
На миг в глазах оборотней промелькнуло сознание, и Денли, выплюнув из пасти хвост Дашена, даже брезгливо сплюнул, а после еще и потер лапой язык.
Мы все вчетвером лежали на окровавленной траве, каждый самостоятельно справляясь с своим отчаяньем. Еле живой Дашен приподнялся на своем окровавленном хвосте и, придерживая искореженную руку, спросил у Налиша.
– Что ты видел, кто ей угрожает?
– Я не знаю, – качался на своем хвосте Налиш, – я видел, как она бежала в панике, а вокруг ее окружали Аргонские горы, только там такие острые и высокие шпили. Нужно спешить.
Он с отчаянием смотрел на нас всех, а прибежавшие лекари, как и наша охрана, просто в ужасе стояли и не решались подойти.
Через несколько минут на поляну пришел король эльфов. Он имел самую сильную живительную магию из своей расы, все же сильная кровь не водица, и он умел творить чудеса. Но даже он поразился, рассматривая наши истерзанные тела, которые находились в плачевном состоянии. Глубокие рваные раны у нас с братом и перемолотые кости у уже принявших человеческую форму Денли и Алана.
– Скажите спасибо, что мы магию не применили, – выплюнул Алан.
– А вы поблагодарите, что яд в ход не пошел, – не остался в долгу Дашен.
– Успокойтесь оба! – гаркнул Денли, у которого было состояние немного лучше, чем у других.
Видимо, он все же начал соображать и теперь не считал, что наша смерть спасет истинную.
Я лежал не шевелясь, стараясь считать про себя удары сердца, потому как боль была непереносимая. И только осознание, что моя птичка сейчас в опасности, меня держало на плаву, чтобы не потеряться в темноте.
  
Глава 20
 
Марина Шиляева
Споткнувшись, я чуть не полетела лицом вниз, но платье затормозило мое падение, и я медленно осела на траву. В груди сердце стучало, словно пыталось вырваться. Я даже подозрительно посмотрела на грудь, ожидая уже увидеть, что ребра гнутся. Но, слава богу, этого не происходило.
Угомонив сердце, я принялась оглядываться по сторонам. Опять лес. Такой же, как я уже видела, когда только попала в этот мир. А вдруг это уже иной мир? Может, меня опять закинуло не пойми куда?
Ледяной страх накрыл меня с головой. Конечно, я злилась на своих котиков, даже считала их предателями, но вот вероятность того, что я их никогда больше не увижу, меня просто убивала. Плакать хотелось очень, глаза уже наливались слезами. Но я держалась, потому как дважды в одну реку не зайти, и сидеть, ожидая, когда меня опять найдут, спасут, да и еще и полюбят, было глупо.
Закусив губу от усердия, я как могла собрала повыше платье и направилась куда глаза глядят. Если мне удастся найти какую-нибудь реку, то я смогу идти вдоль нее. А река – это вода и возможность кого-то повстречать.
В этом мне несказанно повезло: буквально через несколько минут я услышала шум воды. Еще выше подхватив платье, я помчалась туда, но то, что предстало моему зрению, меня поразило. Это была не просто река, это была горная река. Огромная, полноводная, со срывающимся с высокой горы водопадом и бурлящими потоками.
– Где же я? – заскулила, оглядываясь по сторонам. Таких гор я еще не видела ни у оборотней, ни у нагов.
За водопадом виднелся грот, из которого доносилось нарастающее рычание. И чем громче становился этот рык, тем сильнее холодело в душе. С отчаянным воплем я кинулась наутек. Все-таки это была плохая идея – найти реку, ведь именно возле реки обычно обитают крупные хищники.
Выполняя свой фееричный забег с поднятыми юбками, я лихорадочно искала низкие ветки у деревьев, чтобы забраться как можно выше. Но, как назло, все деревья были очень высокими, и их ветки терялись где-то там в вышине.
Хруст разламывающейся древесины позади, очередной рык – и меня валят на траву, громко дыша в шею.
– Мамочки, – я так задрожала, что, если бы от страха умирали, я бы уже, наверное, отдала богу душу. – Божечка, спаси меня, или кто здесь – Богиня. Но все равно спаси, прошу тебя. Я сделаю что угодно, только спаси!
Слезы все же потекли из глаз, и, уже не чувствуя своего тела, я предалась самобичеванию. Это я змеек испугалась, вот наивная! Смотря на кроваво-красную когтистую лапу, с меня в полный рост, и как когти разрывают почву прямо возле моей головы, я продолжала молиться. Наверное, нет более верующего человека, чем тот, у которого на грани жизни и смерти больше нет других вариантов спасения.
– Моя, – этот то ли шум, то ли скрежет, то ли гром пронесся у меня прямо над затылком, а потом меня опять принялись обнюхивать. – Моя!
Сколько я так лежала, поливая травку, я не знаю. Но в какой-то момент я даже умирать устала. Все же человек удивительное существо, ко всему привыкает!
Я осторожно принялась скашивать глаза по сторонам, где стояли, как оказалось, две когтистые лапы по разные стороны от меня, лежащей. За моим затылком я все еще ощущала дыхание, тот, кто меня повалил, не пытался ничего делать, он просто дышал мне в шею, и все. Тогда я рискнула повернуть голову назад, чтобы взглянуть опасности в глаза, ну что тут уж скажешь еще?