Преследуемая квотербеком (ЛП)

Мое сердце бешено заколотилось, и я облизнул губы. Не было никакого переосмысления того, что я собирался сделать. Что я должен сделать. Я поднес шорты к лицу и вдохнул их. Персиковый аромат, исходивший от нее, был слабым, едва уловимым, но я мог его разобрать. Недолго думая, я вытащил свой член из-под моих спортивных шорт и ухватился за основание. Пытаться снять напряжение, находясь в ее пространстве, стоя перед кроватью, где мы целовались, где она почти прижала свой сладкий, тугой маленький кусочек к моему члену. Возможно, мы были полностью одеты и далеки от соприкосновения кожа к коже, но, черт возьми, это была самая эротичная вещь, которую я когда-либо делал.
Учитывая мое неприглядное прошлое, это о чем-то говорило. Но опять же, с того момента, как я увидел своего милого Чемпиона, все из моего прошлого исчезло.
Мой член начал выделять сперму, и я использовал жидкость в качестве смазки, когда гладил себя. Стянув ее шорты, я завернул свой член в мягкость ткани.
— Черт, — простонал я, когда мои глаза закрылись сами по себе, и я позволил своему воображению взять верх. Она была бы мягче. Шелковистое, влажное тепло охватило бы меня в тот момент, когда я погрузился бы в нее. Она бы стояла на четвереньках, тяжело дыша, умоляя о большем. И я бы отдал это ей.
Я бы дал ей все, что она когда-либо хотела.
Я глубоко вдохнул, когда знакомое покалывание обожгло основание моего позвоночника и яички. Кислород, настоянный на Миле, не помог тому спусковому крючку, на котором я балансировал. Моя челюсть сжалась, когда я сжал себя сильнее. Поглаживание стало более грубым. Я пытался позволить боли удержать меня от того, чтобы перейти границу. Я собирался стать тупицей, просто дроча на ее вещи. Каким бы я был, на что бы я надеялся, когда бы я действительно взял ее?
Потому что я бы так и сделал.
Она была бы моей.
Я бы хотел, чтобы она лежала подо мной. Я бы приказал ей не отрывать от меня взгляда. Я бы наблюдал, как я заставляю ее кончать. Этот прелестный ротик в идеальной букве "О", когда я низвергал ее в бездну, ее лицо было бы залито наслаждением, которое только я когда-либо мог ей подарить.
Мысль о том, что я буду ее единственным, заставляла меня пылать к ней еще жарче.
Это было нечестно. Я понятия не имел о ее прошлом. Но к черту прошлое. Это было у всех. Что бы это ни было, я бы смирился, потому что отныне и до вечности она будет знать меня только как того, кто доставляет ей удовольствие. Наполнить ее до краев и смазать спермой эту сладкую маленькую киску, чтобы посмотреть, как она вытекает. Образы затопили мой разум, когда я застонал, мое тело напряглось, когда я излил свое освобождение в ее шорты для сна. Тяжело дыша, я открыл глаза и посмотрел на промежность шорт, заполненную моей липкой спермой.
— Черт, — выругался я, когда глубоко вдохнул, и мой член начал возвращаться к жизни, он никогда полностью не становился мягким. Ее запах заполнил мои легкие, но прежде чем я смог сделать что-то безумное, например, найти пару ее трусиков, чтобы отметить их своей следующей порцией, я услышал это.
Ее дверная ручка звякнула, когда кто-то попытался ее открыть, и я двигался так быстро, как только мог. Мои глаза осматривали студию в поисках места, где можно было бы спрятаться, но единственное место было под ее кроватью. Я наблюдал, как дверь слегка приоткрылась, и я услышал голоса.
Голос Маршалла в коридоре, разговаривающего с ней.
Спасибо моим гребаным звездам за то, что мой лучший друг дал мне более чем достаточно времени, чтобы запихнуть мое огромное тело под ее полноразмерную кровать.
ГЛАВА 5
Мила
Я была измотана.
Занятия и короткая трехчасовая смена в кофейне, только для того, чтобы вернуться домой, оставить свои вещи и, надеюсь, вздремнуть двадцать минут перед закрытием кофейни. Что-то должно было измениться в моем расписании.
Ты почти закончила. Напомнила я себе, подходя к своей входной двери.
— Эй! — раздался низкий голос. — Мила, верно? — сосед Джеймса по комнате окликнул меня в тот момент, когда я открыла свою дверь. Я повернулась, чтобы посмотреть на него. Он был высоким, вероятно, на пару дюймов выше своего друга, шире в плечах, с более рельефными мышцами. Густые каштановые волосы с ярко-голубыми глазами, которые, казалось, почти светились.
  
— Д-да, — я сжала губы, ненавидя то, как я заикаюсь. Особенно когда я была застигнута врасплох.
— Как у тебя дела?
Я моргнула.
Один.
Два.
В третий раз, пока я пялилась. Он действительно спрашивал, как у меня дела? Я уже видела его в холле раньше, он приходил, когда я уходила, или наоборот. Обычно все, что он делал, это вздергивал подбородок вверх, как обычно здороваются парни.
— Я-я… — я вдохнула и медленно выдохнула, вспоминая технику, которую Джеймс показал мне это ранее этим утром. — Я в порядке. Как у тебя дела? — настойчиво спросила я. Его взгляд смягчился.
— Я в порядке. Сегодня футбольный матч, — выпалил он, и мои губы дрогнули. Почему он вел светскую беседу?
— Я-я слышала.
— Ты придешь?
— Нет, — я покачала головой. Мои глаза опустились к верхним частям моих ног и мельком увидели его, обутого в дизайнерские слайды. Мои собственные ботинки были поношенными и старыми, подошва истончилась.
— Мила? — он позвал, и моя голова вскинулась.
— Мне нужно работать, — я пожала плечами.
— Попалась. Попалась. Ты знаешь, в случае, если что-то изменится, мы получаем бесплатные билеты.
— Мы?
— О, эммм, извини, — он покраснел. — Футболисты. Подожди секунду, — он поднял палец вверх и вбежал внутрь.
Шум в моей квартире привлек мое внимание, но прежде чем я смогла пойти посмотреть, что это было, вернулся сосед Джеймса по комнате.
— Вот, — он ухмыльнулся, держа в руках что-то похожее на пригоршню билетов.
— Что это? — спросила я. Я ахнула, когда он вложил их мне в руку и улыбнулся.
— Мои родители уехали из штата. Они всегда пропадают даром. Ты должна взять их.
— Я не могу, — я покачала головой, возвращая их обратно. — Ты должен пожертвовать их, — его глаза расширились от удивления при моем предложении. — Я просто, — глубокий вдох. — Знаю, что есть пара организаций, которым, вероятно, они могли бы принести много пользы.
— Какие из них нравятся? — спросил он, изучая меня, глядя на меня в новом свете.
— Местные школы. Ты мог бы пожертвовать их, и, возможно, они смогут разыграть их, чтобы собрать деньги на программу искусств или спортивную программу, — поправила я. — Kappa Sweets делает много замечательных вещей. Ты мог бы поразить их!
— Женское общество?
— Да, — я улыбнулась. Я знала, что не похожа на человека, который знает, что происходит в такой группе, но я знала многих девушек. На самом деле они были очень милыми. Пара из них работала со мной в кофейне, и они всегда рассказывали о своей благотворительности для местной организации.
— Или ты могла бы продать их, — предложил он, оглядывая меня с ног до головы, его взгляд остановился на моих старых ботинках, прежде чем встретиться со мной взглядом. Теперь я была той, кто хмурился, когда мои плечи напряглись.
— Э-прости меня?
— Ничего, — он покачал головой, в его голубых глазах было сожаление. — Мне жаль. Это не то…
— Не беспокойся, — мои щеки горели от стыда, когда я прервала его. Было очевидно, что мне приходится нелегко. Так же очевидно, как легко это было у них с Джеймсом. — Я д-должна подготовиться к своей смене. До свидания, — я быстро проскользнула в свою квартиру, закрыв за собой дверь и оставив большого великана, стоящего там.
— Большой модный придурок, — пробормотала я себе под нос, когда положила рюкзак на диван, скинула туфли и села. Я подняла их, посмотрела на подошвы своих кроссовок и поморщилась.
— Черт, — прошептал я сама себе. — Это еще одно, о покупке чего стоит побеспокоиться, — я застонала, откинув голову на спинку дивана и закрыв глаза. Я отметала все без исключения мысли о финансовых вещах. Список приоритетов, который у меня был, а также плата за обучение и книги на следующий семестр, которые витали у меня в голове. Числа. Так много цифр и денег, которые нужно заработать.