Страшно Упрямый (СИ)

И даже когда поднимались на лифте, и Бейрут сделал неприличный комплимент горничной, сопровождавшей нас до номера, приторная улыбка не спала с моего лица.
Мне было неприятно наблюдать за тем, как Бейрут клеит горничную, при мне, как бы его невесте. Конечно же, ревностно оценила ее с ног до головы. И про себя поплевалась.
И что в ней такого, что Бейрут ее комплиментами задавил? Не считая того, что она чистая и причесанная, в отличие от меня. Ничего же в ней нет. Ни мордашки, ни фигуры. Я лучше нее. По всем параметрам. Определенно я лучше.
В общем, я вытерпела все, что от меня требовалось. Сыграла роль на пять с плюсом. Но стоило зайти в номер — первое, что взбесило меня — это наличие всего одного спального места.
— А мы что… Вместе спим? На одной кровати?
С придиркой поинтересовалась я, облюбовав угол у входной двери.
Бейрут бросил у стола спортивную сумку и заявил настолько уверенно, будто это в порядке вещей.
— Конечно вместе. Теперь мы всегда будем спать вместе.
— Ну уж нет! — нервно покачав головой в знак того, что не согласна делить с ним полутораспальное ложе, я жестким тоном потребовала. — Вернись и попроси, чтобы поменяли на номер с раздельными кроватями!
— Не могу. Все номера заняты. — безразлично пожал плечами Бейрут, даже не намекая, что не соизволит исполнить мою просьбу, а прямо указывая на это.
— Тогда распорядись, чтобы принесли хотя бы раскладушку. Мы банально не поместимся на этой кровати. Она слишком узкая для двоих.
— Поместимся. Ляжем боком, обнимемся. Места хватит.
— Нет, не ляжем. — не согласилась я. — Я не лягу с тобой так близко. Мне необходимо личное пространство.
— Ты спишь со мной здесь, и это бессмысленно оспаривать.
— Что ж! Бессмысленно, да? — взбунтовалась я, поставив руки на талию. — Хочешь сказать, у меня нет выхода?
— Очевидно, нет.
— Ха! Хрен ты угадал! Выход есть всегда! Я буду спать в ванне! — злобно посмеявшись, я тряхнула головой и задрала нос кверху, словно победительница.
— Не будешь.
— Буду.
— Нет, не будешь.
— Нет, буду!
— Ох, какая ты несносная… Будешь ужинать?
Я топнула ногой.
— Ты… ты… Ты невыносим! Бабуин самонадеянный!!!
Высказав все, что думаю, я шустро направилась в ванную комнату в надежде, что Бейруту не придет в голову лишать меня возможности уединиться хотя бы там. Пусть только попробует. В ванной я по-любому найду, чем отбиваться. Лейкой его атакую, и шлангом придушу, на худой конец.
— Ничего, ничего… Привыкнешь, детка. — подтрунивал надо мной Бейрут, до скрежета в зубах уверенный в себе. — Ты меня еще полюбишь. Я это точно знаю. Да так полюбишь, что захочешь быть со мной 24/7. Да что там, тебе и суток будет мало.
Едко хмыкнув вместо резкого ответа, в котором однозначно прозвучало бы «бабуин» и матерное направление, куда ему следует пойти раз и навсегда, я замкнулась в ванной комнате.
Пусть не надеется, что я способна привыкнуть, и более того, полюбить того, кто меня похитил, и кто обращается со мной как с собакой. Этого не будет. Никогда. Я пока что в своем уме. Да даже если он сведет меня с ума, ни за что не стану испытывать к нему такое чувство, как любовь. Что угодно только не любовь. Про любовь пусть даже и не думает.
Подойдя к зеркалу, я взглянула на свое отражение и ужаснулась. Такой неухоженной и грязной я созерцала себя впервые. Только бы прыщами не покрыться. И блохами. Чем черт не шутит.
— Мария. — Бейрут постучал в дверь буквально спустя минуту. Я даже не успела умыться. — Есть предложение.
— Чего тебе? Я не буду жрать твою еду, отвали!
Он назвал меня Мария? Впервые? Не детка? Не как-то там… А Мария. МАРИЯ.
Кто его подменил?
Сначала украл меня и чуть не убил, потом за малым не изнасиловал, теперь по имени зовет. Что это с ним? Явно подменили Бейрута.
— Не хочешь прогуляться по отелю? Я видел, там есть бильярд. — предложил Бейрут вежливо и на первый взгляд ненавязчиво.
— Не хочу! Уйди от меня! Я требую побыть наедине с собой!
После недолгого молчания Бейрут настойчиво добавил.
 
— Если выиграешь, я исполню твое желание.
Полагаю, он прислонился к двери, потому что я услышала характерный шорох.
— Любое желание? — я тоже прислонилась к двери в ожидании услышать заветное «да».
— Любое. — подтвердил Бейрут.
Недолго думая, я отомкнула дверь и вышла.
— А если проиграю?
— Тогда ты исполнишь моё.
— Какое? — недоверчиво прищурилась я.
— Любое.
Хм, справедливо, хоть и рискованно. Если Бейрут исполнит любое мое желание, неправильно с моей стороны придумывать какие-то ограничения. Баш на баш.
— Соглашайся, Мария. — Бейрут вальяжно качнул головой. — Вдруг удача тебе улыбнется.
Конечно же, ему верить нельзя. Само собой, он сделает все, чтобы проиграла я. Но… А вдруг удача и вправду мне улыбнется?
— Если выиграю я, мое желание — чтобы ты купил мне одежду. Фирменную. Не с рынка. И — чтобы меня отпустил. — я чуть не забыла о главном.
— Уже два желания. Выбери одно.
— Отпустишь.
— Заметано. Но ты не выиграешь.
— Еще как выиграю. Вот увидишь.
По хитрому выражению лица Бейрута я сообразила, что он сто пудово будет жульничать. Значит, я буду глядеть в оба. Меня так просто не проведешь.
— А если проиграю? — на всякий случай полюбопытствовала я, так, про между прочим.
Прекратив подпирать собой дверную раму, Бейрут медленно приблизился ко мне.
— Тверк без трусиков в твоем исполнении. — его прищур стал в разы хитрее, а расстояние между нами — скоро станет нулевым.
— Нет. Ни за что. — с ходу обозначила я свою позицию и прижалась спиной к стене.
— Ладно, в трусиках. Но чтоб только в трусиках. Больше ничего на тебе не будет надето.
— Ага. Размечтался! — фыркнула я, скрестив руки на груди и тем самым не давая ему подойти ко мне впритык. — Ты мне сперва их купи. Чтобы не распугала твое, так сказать, мужское начало. Мои трусы "прощай молодость" мало того не первой свежести, так еще и в дырках. И все ты виноват! Ты их порвать тужился.
Бейрут задумался и загадочно поглядел в потолок.
— Тогда бассейн. — предложил он новый вариант на замену.
— Тоже в трусы упирается.
— Что упирается в твои трусы? — коварно улыбаясь, прошептал Бейрут.
— Носить мне нечего, говорю. — буркнула я и отстранилась, чтобы не чувствовать на себе его дыхание.
— Так это… из скотча тебе сбацаю. Хочешь?
— Нет спасибо. Лучше уж как есть.
— М-да. Снимать будет больно. Тогда — как есть. Голая поплаваешь.
— Нет.
— Да. И не спорь. Это мое желание. На случай, если выиграю я. Если выиграешь ты — я тебя отпущу. Сегодня же поедешь домой.
— По рукам.
Я просто уверена, что обыграю его, иначе бы не ввязывалась. В бильярде мне нет равных. По крайней мере, лет пять назад не было — тогда я забивала шары в лунки в последний раз, причем трезвой — ни разу.
Но сегодня я обязательно выйду победителем. Осталось только вспомнить правила игры…
Глава 9
Я была уверена в собственных игральных навыках более чем, потому и повелась на эту авантюру, заведомо провальную.
Я рассчитывала уделать Бейрута. Ведь в конце концов, загонять шары в лунки — не мешки ворочать, наивно полагала я. Что там сложного — целься да толкай. А с меткостью у меня все в порядке.
Но у Бейрута имелись свои козыри в рукаве, которые мне перебить оказалось практически нереально.
«Он слишком виртуозно забивает шары в лунки, черт возьми! И так сексуально его пальцы обхватывают кий, что невозможно ни отвернуться, ни подумать о чем-либо другом, приличном. Еще немного, и я потеку. Была бы пьяная, уже бы разделась…»
С этими мыслями и простояла всю игру, наблюдая за Бейрутом.
Но не за шарами.
Я залипала на его завораживающих движениях, за игрой особо не следила. Так, краем глаза быстренько посчитала шары, и снова за свое, наблюдательское.