Академия безмолвия (СИ)

Ты мог бы и помочь
"Расскажи мне про Корнелию "
"Я твой внутренний голос, а не потомственная гадалка в десятом поколении, три золотых за сеанс, между прочим"
На пятое моё посещение я по привычке проверила пустые места от взятых ректором книг -и чуть не завопила - беззвучно, конечно, - от радости. Книги стояли на своих местах, ровнехонько, совершенно никак не демонстрируя стороннему наблюдателю, что кто-то недавно ими интересовался. Я вытащила их и села в облюбованный в предыдущий раз уголок - оказывается, между стеной под окном и портьерой было небольшое расстояние, как раз вмещающее тощего адепта Ласки. Правда, от окна немного дуло, но меня это не смущало. Книги были старые и очень зачитанные - с загнутыми уголками, помятыми и лоснящимися страницами. Одна из них вызвала во мне некоторую оторопь. Она оказалась не научной, а скорее религиозной. Любые массовые религии отменил на государственном уровне еще прадед нашего короля Гриона, поэтому подобное издание было воистину раритетом. Я полистала книгу - м-да, ничего особенного. Как поддерживать стойкость духа и верить в загробную жизнь. Странное чтение для человека, в чьей Академии зомби принимают на работу...
А вот вторая книга заинтересовала меня куда больше. Это была книга о практическом возвращении души в мёртвое тело.
Как я уже смогла понять по кратким и отрывистым оговоркам преподавателей - это был краеугольный камень всего обучения в Академии. Многие - ну, относительно многие, конечно, - умели осуществлять зомбирование, в том числе и людей. Поднятие тела без души. Были и те, кто мог вернуть жизнь мелким и недавно убитым животным. Но вернуть человека из-за грани с душой, полноценно, не смог еще никто и никогда.
Я прочитала всего несколько страниц и с огромным сожалением отложила книгу, на всякий случай, запомнив ее автора. Сегодня у меня было совсем немного времени, лимит опозданий на эту неделю был исчерпан.
Я торопливо шла по пустому коридору северного крыла, как вдруг тёмная фигура профессора Элфанта преградила мне путь.
"Демоны!"
Если бы я могла говорить, то, конечно, придумала бы с десяток оправданий моего нахождения здесь - но до разговорного часа было еще далеко. Сэр Джордас тоже молчал, но не уходил с дороги, а просто смотрел на меня. А потом вдруг схватил за руку, и я почувствовала, как его рука проскользнула под довольно-таки свободный рукав моей рубашки. Несколько мгновений вообще не понимала, что происходит - это выглядело как...ласка? Неуместная совершенно, но парализующая тело, выбивающая все мысли из головы. Но в следующий миг короткая боль обожгла то место на предплечье, где была нанесена магическая печать.
- Я не знаю, как и откуда вы о ней узнали и каким образом поставили, Джеймс, но не стоит лезть туда, куда вас не приглашали. Мне импонирует ваша изобретательность и смелость, но вы закончите Академию, даже при всем вашем стремлении быть отчисленным. Давайте договоримся, Джеймс, - боль утихла, но профессор все еще держал
меня за руку. - Если у вас возникнут вопросы, я попробую на них ответить, хотя и не обещаю. Печать я вам удалил, поверьте, о ней бы быстро узнали и вы и ваши друзья имели бы массу проблем. Я надеюсь, вы убедите их прийти ко мне на аналогичную процедуру.
Он всмотрелся в мое лицо, пристально и как-то устало, читая невысказанный вопрос.
-Если бы я знал, почему, Джеймс. Если бы я знал...
  
Глава 42.
 
"Да чем вы там вообще занимаетесь, ребят? Невозможность проявить ваш главный дар, то есть способность бесконечно базарить по поводу и без, явно не идет вам на пользу. Если бы мне пришла в голову идея искать адрес фамильного особняка ректора нашей академии, я бы отправилась в приют смятенных духом им. св. Тимиона самостоятельно, не дожидаясь, пока меня отправят туда принудительно..."
Даже от письменных строк Гриэлы веяло ее всегдашней бесшабашной разбитной уверенностью и мне отчего-то захотелось улыбнуться. Как жаль, что ее здесь нет. Отчего-то она всегда - за исключением самой первой встречи, конечно - дарила мне чувство какой-то надежности, словно к нам - детям, попавшим в сложное положение - приходил спокойный решительный взрослый, готовый разрешить все проблемы.
 
Только Гриэла была далеко и все, на что мы могли рассчитывать от нее - это письмо. Я посмотрела на крупные размашистые буквы и почувствовала то, что не ощущала уже много месяцев. Веселье. Веселье и предвкушение приключения.
***
По сведениям, полученным от Гриэлы, выходило, что фамильный дом весьма уважаемой семьи Лаэнов, построенный еще два столетия назад, находится примерно в полутора часах езды от Торона - того самого городка, в который мы выбирались на пару с Габриэлем. Пару строк Эла чиркнула и о семье сэра Лаэна - его жена, мать и брат погибли почти тридцать семь лет назад. Спустя три года умер маленький сын. Причин этих трагических событий Гриэла узнать не смогла. Заброшен ли дом, продан, сдается или передан каким-то другим родственникам также осталось неизвестным. Впрочем, возможно, там живут слуги, а сэр Лаэн возвращается туда на каникулы.
Так или иначе, но на эту экспедицию требовалось не менее суток и основная загвоздка заключалась в том, чтобы найти возможность безнаказанно покинуть Академию на целые сутки.
Ларс сказал, что дело это гиблое. Внутренний голос интригующе молчал. Когда ему нечего было сказать, он предпочитал вспоминать старые обиды.
- Я мог бы договориться с родителями, чтобы они вызвали меня отсюда на день, -задумчиво произнес Габриэль. - Но, боюсь, что только меня.
- У меня есть идея, - вздохнула я. - Не уверен, что сработает, но попробовать можно.
- Да? - парни посмотрели на меня. Я пожалела, что проговорилась. Сначала надо было сделать, а потом уже болтать, Эла, как всегда, права.
- На этот раз я бы хотел, чтобы все было законно и открыто. Я собираюсь отпроситься у Элфанта, ну, то есть не рассказывать ему правды, конечно. В конце концов, за стертую метку он обещал помощь, то есть информацию. Пусть отвечает за свои слова.
- Стор, - Габриэль снял очки и стряхнул со лба светлые пряди волос. На секунду я почувствовала острую зависть. Зачем ему такие красивые волосы? Мои обкорнанные жалкие лохмы даже не отросли за эти несколько месяцев, а его, совершенно точно, стали длиннее минимум на полпальца. Если есть объективная и не мистическая причина, почему увиденная каким-то образом Корнелия запомнилась мне, то это несомненно, ее яркая красота, по которой я так по-девичьи тосковала все эти годы. Так тосковала, что во сне увидела себя становящейся похожей на нее. Какая глупость. Для чего мое сознание выделывает эти глупые шутки? Порой мне казалось, что я чувствую фантомную боль от отсутствия этих тяжелых прядей медных волос на плечах и спине, как ветераны войны, у которых болят оторванные ноги и руки.
Интересно, а не умеют ли в академии приживлять оторванные конечности..?
- Джейми? - Габ смотрел на меня настороженно. - Ты там уснул что ли? С чего это сэру Элфанту оказывать тебе такую услугу? Вообще-то, за то, что он не наябедничал ректору про печать, мы ему должны, а никак не наоборот.
Я только пожала плечами.
- Тебе не кажется, что он...относится к тебе как-то...странно?
- В смысле?
- Слишком...выделяет.
"Да твойразноглазик деликатен, как лебединое перышко. Не парень, а сокровище. Нет, чтобы сказать напрямую: дорогой, наш препод неровно к тебе дышит, а поскольку я страдаю тем же недугом, то не очень-то хотел бы, чтобы ты..."
 
"Заткнись. Если запас твоей обиды закончился, я могу еще раз тебя обидеть'
- Какая-то причина тому, безусловно, есть, но явно не та, о которой ты подумал, -тихо сказала я. - Что-то, связанное с моим...даром. Кажется, сэр Джордас думает, что он...слишком сильный. И ему кажется, что это нужно скрывать.
Ларс резко обернулся ко мне.