По ту сторону Забвенья (СИ)

- Все там окажемся, - заметил Паж.
- Так что, ты хочешь прямо сейчас? – зло уточнила Маска и вплотную подошла к Пажу.
Лера вскрикнула и втиснулась между спорщиками. Она оказалась прижатой с двух сторон. Хоть Маски не имели плоти, но эта обладала мощью Золотой карты, а потому была вполне осязаемой.
- Прошу тебя, не трогай его, - она умоляюще смотрела в пустые глазницы Маски, и взглядом просила пощадить друга. – Он оказался здесь из-за меня. Он создал сквозную карту, но я уцепилась за него и мы попали сюда. Он не виноват.
- Не оправдывайся перед Маской! – скомандовал Паж. Он, как и все члены Ордена, считал их призраками замка, не имеющими права голоса.
Лера развернулась и теперь прижалась грудью к Пажу. Она положила руки на его плечи и сказала:
- Тебе лучше уйти.
- Но я не оставлю тебя одну! – вскипел он.
- Не бойся за меня, - попросила она.
Тут стеллажи разъехались, образовав проём, и в нём возник мужской силуэт. Маска тут же ретировалась, словно её и не было. А Лера осталась стоять, тесно прижавшись к Пажу Кубков.
- Надо же, какая трогательная сцена! – воскликнул Дамиано и ступил внутрь зала. Как всегда, во всём чёрном: чёрные джинсы и чёрная шёлковая рубашка. Элегантен и красив, но невероятно зол… – Паж и Двойка Кубков нашли подходящее место для пылких объятий!
Глава 24
Прошлое, переплетённое с настоящим
Появление Дамиано застигло врасплох.
- Вот уж не подумал бы, что ты станешь обниматься с другим мужчиной в нашей уединённой комнате, - продолжил Дамиано бросаться обвинениями.
- Мы не обнимались, - огрызнулась Лера, но от Пажа всё же отпрянула. Так будет спокойнее всем. Да и Паж ни в чём не виноват. Не для того она его только что спасла от карт, чтобы он тут же познакомился с гневом Дьявола. – К тому же я могу обниматься с кем хочу и где хочу. А «нашей уединённой комнаты», - девушка сделала ударение на последние три слова, - давно уже нет. Или эти развалины ты можешь назвать уютным гнёздышком?
Дамиано обвёл комнату печальным взглядом.
- Давно я здесь не был, - отметил он. – Ты права, маленькая Двойка Кубков, это не рай для влюблённых. Это руины нашего счастья.
Было видно, как тяжело для Дамиано находиться тут. Но, похоже, Пажу Кубков, было ещё хуже – ему совсем не хотелось стать свидетелем размолвки двух бывших влюблённых.
- Ну, раз Маска ушла, а ты, Дьявол, здесь, то не смею вам мешать, - Паж направился к проёму, из которого появился Дамиано.
- Только смотри, не выдавай нас, - как-то по-доброму бросил ему вслед Дамиано. – Сам понимаешь, этой комнаты не должно быть в замке, да и нас в ней тоже…
- Не дурак. Понял, - откликнулся Паж. – Будем считать, что я ничего не видел и не знаю.
- Правильно мыслишь, - одобрил Дамиано. – Я её не обижу, - он кивнул на Леру, - так что не переживай за подругу. Я знаю, что ты всегда оберегаешь…
- Анну, - закончила за него Лера и впилась в парня взглядом.
Дамиано замер. Он настолько изменился в лице, что девушка пожалела о сказанном.
- Откуда ты знаешь? – взревел он. И тут же понял, что кроме Пажа Кубков сказать это некому. Дамиано метнулся к нему. Ухватил за грудки и дёрнул вверх. – Зачем ты ей сказал?
 
- Я ничего не говорил! – отнекивался тот, болтая ногами в воздухе – Она нашла свои карты.
Дамиано резко выдохнул и так же резко поставил Пажа на пол.
- Иди, - велел он.
Паж, было, двинулся к проёму между стеллажами, но его остановил голос Дамиано.
- Ты там не пройдёшь.
Дамиано достал свои карты, подкинул и выкрикнул:
- Паж Кубков!
Названная карта вырвалась из колоды, взмыла ввысь, а когда опустилась, то стала безликой сквозной картой.
- Ты попадёшь в свои покои, - пояснил Дамиано. – Не стоит, чтобы тебя видели в подобном виде. Кстати, кто изодрал твою одежду?
- Мои карты, - ответила вместо друга Лера. – Они набросились на него, как сумасшедшие и стали избивать и резать. Они изгоняли другого мужчину из нашей комнаты.
Дамиано ничего не ответил, а Паж, не дожидаясь, когда ему ещё раз скажут, чтобы он уходил, ринулся в карту. Она тут же захлопнулась, уменьшившись до прежних размеров, и легла в колоду.
- Теперь мы вдвоём, - заметила Дамиано, и развернулся к Лере.
Она замерла в нерешительности. Его близость невероятно волновала девушку. Это просто мучительно находиться рядом с таким парнем! Дамиано шагнул к ней и обнял. Лера испуганно сглотнула, не смея вырываться. Только что она видела его в гневе, и вдруг такие перемены!
Его ладони нежно обняли её лицо, зарывшись пальцами в золоте волос. Он осторожно коснулся губами её губ. Лера закрыла глаза, и волна счастья прошлась по её телу. Его поцелуй такой нежный и тёплый становился всё настойчивее. Губы парня не знали пощады. Они безжалостно завоёвывали девушку, покрывая поцелуями щёки, веки, лоб: всё, куда могли добраться.
От неожиданного натиска Лера растерялась. Прикосновения Дамиано дарили ей удовольствие, от которого кружилась голова, и подкашивались ноги. И если бы одна из рук парня не переместились на её талию, Лера бы упала. Она попыталась прекратить поцелуи, но вторая рука Дамиано всё ещё держала её голову. Казалось, он обезумел. Его губы стали настойчивыми, а руки бесстыжими.
- Отпусти меня, - затрепыхалась Лера, когда он перешёл рамки приличия и опустил руку ниже талии.
Дамиано на секунду замер, а потом нехотя оторвал губы от девушки. Но из объятий так и не выпустил.
- Я не могу без тебя жить, - выдохнул он. – Ты нужна мне, как воздух.
Лера промолчала, уткнувшись взглядом в его грудь.
И тут случилось нечто невообразимое: люстры запылали ярче. В них уже были не оплывшие огарки, а новые большие свечи. Сами люстры засияли чистотой. Паутина со стен и потолка исчезла, пыль тоже. Опрокинутые стулья стали на место. Глобус прокатился обратно до того места, где стоял прежде и поднялся. Диван освежил свой чехол, спрятав пружины под толстый слой мягкой набивки. Рыцарские доспехи заблестели, окна и канделябры тоже. В них загорелись свечи, наполнив комнату запахом воска и тихим потрескиванием. Камин полыхнул теплом, и мягкое пламя заплясало внутри его чрева. На пол лёг ворсистый ковёр, внося уют. И только Мгла за окнами продолжала клубиться, напоминая, что этой комнаты не должно быть в замке.
 
- О, господи! – изумлённо воскликнула Лера, разглядывая преобразившуюся комнату.