Прилив

— Юсси.
Единственное слово, которое он произнес.
Чуть позже его забрали медицинские работники и отвезли в клинику. Умеренные выступили с коротким заявлением, в котором объясняли, что у Эрика Грандена проблемы личного характера и он взял небольшой перерыв.
Больше никаких комментариев они не дали.
* * *
С помощью Метте Стилтону позвонили из центрального архива в Гётеборге. Они разыскали его старый допрос наркомана с Нордкостера. Парня звали Альф Стейн. Украденная лодка принадлежала Еве Ханссон. Метте зашла в реестр судимостей и проверила, что есть на имя Альф Стейн. И много чего нашла. Помимо всего — адрес в Фитье, который она дала Стилтону.
В Фитью они поехали на машине Оливии и припарковались недалеко от центра. Оливия должна была ждать в «мустанге».
Стилтон неплохо представлял нынешнее положение Альфа Стейна. Довольно понятная картина. С большой долей вероятности он найдет Альфа среди других безработных в окрестностях «Систембулагет». Так все и вышло.
Стилтону не составило труда влиться в местный колорит. Он уселся на ту же скамейку, где сидел Альф Стейн, достал бутылку «Эксплорера» и кивнул Альфу:
— Йелле.
— Здорово.
Альф покосился на бутылку. Стилтон протянул ее Альфу, и тот вцепился в нее, словно взбесившаяся кобра.
— Спасибо!.. Аффе Стейн!
Стилтон дернулся.
— Аффе Стейн? — переспросил он.
— Да.
— Черт возьми, ты знал Сверре?
— Какого, к черту, Сверре?
— Сверре Ханссона. Блондина.
— A-а, его… да. Но это охренеть как давно было.
Вдруг на лице Аффе отразилось подозрение.
— Какого хрена ты о нем спрашиваешь?! Он что, всяким дерьмом меня за глаза поливал?!
— Да нет, совсем нет, ты ему нравился, но он коньки отбросил.
— Вот блин.
— Передоз.
— Бедняга. Но он на тяжелых вещах сидел. Стилтон кивнул. Аффе сделал неслабый глоток водки, даже не поморщившись. Стилтон забрал бутылку.
— Но он, мать его, трепался обо мне? — спросил Аффе.
— Да.
— Сказал что-нибудь интересное?
«Что, нервничаешь?» — подумал Стилтон.
— Не, так… рассказал, что вы были корешами, когда были моложе, мутили всякое вместе.
— Что за «всякое»?
— Отрывались. Отдыхали, ну, знаешь…
Аффе слегка расслабился. Стилтон снова протянул ему бутылку, Аффе начал жадно хлебать. «Какая у этого господина жажда», — про себя усмехнулся Стилтон. Аффе, как смог, вытер рот и вернул бутылку Стилтону.
— Да, черт побери, мы отрывались, весело было. Но мы и хреновые поступки совершали. Знаешь, как это бывает…
«Знаю», — думал Стилтон.
— А у него вроде сеструха была, да? — спросил Стилтон.
— А чего? Ты почему спрашиваешь?
Стилтон понял, что поторопился.
— Просто он так много говорил о ней…
— Не хочу трепаться о его гребаной сестрице! — Аффе вскочил и уставился на Стилтона. — Слышал?!
— Спокойно, твою мать! — рявкнул Том. — Извини. Садись.
Он протянул Аффе вожделенную бутылку в знак искупления вины. Краем глаза заметил стоявшую у машины и наблюдавшую за ними Оливию с мороженым в руке. Аффе покачнулся и решил, что лучше будет снова сесть.
— Забудем о его сеструхе, раз это так болезненно, — сказал Стилтон.
Аффе сделал очередной глоток и уставился в землю.
— Она нас так кинула один раз… Сечешь?
— Ага. Никто не хочет, чтобы его обманывали.
— Не, никто.
Стилтон решил поделиться со своим новым приятелем Аффе правдоподобной историей. О том, как его самого развел на избиение другого мужика один приятель-урод. Приятель утверждал, что мужик приставал к его девчонке и они как следует его избили. Потом Стилтон случайно встретил девчонку, которая рассказала, что мужик вовсе к ней не приставал. Парень соврал, он был должен мужику денег и решил от него избавиться.
— Он развел меня на то, чтобы избить мужика до смерти, сечешь?
Аффе молчал и с сочувствием слушал. Двое обманутых товарищей по несчастью. Когда Стилтон закончил, Стейн констатировал:
— Твою мать, какая печальная история.
Аффе умолк. Стилтон выжидал. Наконец Аффе снова заговорил:
 
— Я влип во что-то похожее, вернее, мы со Сверре, его сестра нас втянула в настоящее дерьмо…
Стилтон напряженно слушал.
— Она втянула нас… черт, как бы я хотел забыть всю эту хрень… — Аффе потянулся за бутылкой.
— Это понятно, — сказал Стилтон. — Не хочется помнить всякое дерьмо.
— Не, но оно все равно крепко липнет… знаешь, мы со Сверре с тех пор перестали общаться. Не могли видеть друг друга. Там же, черт возьми, была девчонка!
— Девчонка?
— Да! Мы напали на девчонку!.. Вернее, как «мы»… это она нас натравила, его гребаная сестрица. Только потому, что у нее были какие-то терки с этой несчастной девчонкой. Та вдобавок была на сносях!
— Сестра?
— Нет! Девчонка!
Аффе обмяк. Глаза наполнились слезами.
— Где это случилось?
Стилтон понимал, что давит, но Аффе был погружен в свои пьяные воспоминания и не отреагировал.
— На каком-то паршивом острове… — Стейн резко встал. — К черту, мне пора, не могу больше об этом говорить, все так хреново вышло!
Стилтон протянул ему бутылку:
— Забирай.
Аффе взял бутылку с остатками алкоголя, покачнулся и взглянул на Стилтона.
— И я взял у сеструхи несколько пачек ее гребаных денег, чтобы держать язык за зубами! Сечешь?
— Ага. Тяжело.
Аффе заковылял к тени дерева. Стилтон наблюдал, как тот упал, чтобы во сне отдохнуть от переживаний. Когда Стейн вырубился, Том встал, засунул руку во внутренний карман рваной куртки и отключил функцию записи на мобильнике Оливии.
Он получил то, за чем приходил.
* * *
Метте провела обыск у Евы Карлсен в Бромме. Это заняло время, вилла была немаленькая. Но обыск дал результаты. Помимо прочего — хорошо спрятанный за кухонной полкой конверт.
С надписью «Плайя-дель-Кармен 1985».
* * *
Помещение было небольшим, со скромной отделкой. Стол, три стула, магнитофон. Комната для допросов на Полхемсгатан в Стокгольме. На двух стульях сидели Метте Ольсетер и Том Стилтон. Он занял черную кожаную куртку и свитер у Аббаса. На стуле напротив сидела Ева Карлсен с распущенными волосами и в светло-голубой блузке. На столе между ними лежали различные бумаги и предметы. Метте попросила мощную настольную лампу. Ей хотелось создать интимную атмосферу. Теперь она зажгла свет.
Допрос вела Ольсетер. Она заранее позвонила Оскару Мулину и объяснила ситуацию.
— Я бы хотела, чтобы Том Стилтон присутствовал на допросе.
Мулин понял почему и дал добро.
В соседней комнате сидели и стояли почти все следователи из группы Метте и молодая студентка Оливия Рённинг. Они могли видеть допрос на экране. Многие держали в руках блокноты.
Оливия подняла глаза на экран.
Метте только что продиктовала дату, время и имя. Она посмотрела на Еву Карлсен.
— И вы не хотите, чтобы присутствовал адвокат?
— Не вижу в этом необходимости.
— Хорошо. В восемьдесят седьмом вас допрашивали об убийстве у Хасслевикарны на Нордкостере. Вы сами присутствовали на острове, когда все произошло, верно?
— Да.
— В то время вас звали Ева Ханссон, а это верно?
— Вы знаете; вы же допрашивали меня об исчезновении Нильса в восемьдесят четвертом.
Ева была настроена на защиту. В ее тоне звучала легкая агрессия. Метте вытащила из папки туристическое фото и положила на стол.
— Узнаете вот это?
— Нет.
— На фото — мужчина. Лицо не рассмотреть, но видите родимое пятно?
Метте указала на необычное пятно на левом бедре мужчины. Ева кивнула.
— Буду очень благодарна, если вы будете отвечать, а не просто кивать.
— Я вижу пятно.
— Фото сделано в Мексике почти двадцать шесть лет назад одним туристом, который думал, что это ваш пропавший сожитель Нильс Вент, в то время разыскиваемый. Помните, показывала ли я вам эту фотографию?