Прилив

— Да.
— Есть что-то ценное?
— Можно сказать, что да.
«Мягко сказано», — констатировала Метте, бегло просмотрев отчет. Помимо прочего, он включал в себя подробный список разговоров. С датой и точным временем.
* * *
Уве Гардман позвонил Оливии поздно вечером накануне и рассказал о найденной им заколке. Заколке с черным волосом. Могла ли она представлять интерес?
Конечно, могла.
К тому же Гардмана срочно пригласили на завтрашнее заседание морских биологов в Стокгольме, и он решил приехать на утреннем поезде.
— Лобби-бар в «Ройал Викинг». У Центрального вокзала. Подойдет? — предложила Оливия.
— Отлично.
Гардман в выцветших синих джинсах и черной футболке неторопливо вошел в бар. Загорелый, с выгоревшими от солнца волосами. Оливия изучила вошедшего парня и задумалась, свободен ли он. За-тем отвела от него взгляд. Гардман подошел к стойке и заказал эспрессо. Получив кофе, он обернулся, посмотрел на часы и заметил темноволосую девушку, сидевшую у панорамного окна. Гардман глотнул кофе и стал ждать. Спустя еще один глоток Оливия подняла голову и снова засекла парня у стойки.
— Оливия Рённинг? — спросил он.
Она совсем растерялась, но кивнула. Гардман подошел к ней.
— Уве Гардман, — представился он.
— Здравствуйте.
Гардман сел.
— Какая вы молодая, — сказал он.
— Да? Почему?
— Нет, ну знаете, когда слышишь в трубке голос и представляешь человека… да… я думал, что вы старше.
— Мне двадцать три. Вы взяли заколку?
— Да.
Уве достал прозрачный пакетик с заколкой. Оливия рассматривала ее, а Гардман рассказывал, где ее нашел. Как. И прежде всего где.
— Прямо перед тем, как вы услышали голоса?
— Да. Она запуталась в водорослях рядом со свежими следами на песке. Я проследил за следами и тут увидел тех людей, услышал их и тогда спрятался.
— И вы все помните!
— Да, все-таки событие было особенным… Я бы не вспомнил всех деталей, если бы не наткнулся на заколку.
— Могу я оставить ее у себя на время? — Оливия приподняла пакетик и посмотрела на Гардмана.
— Да, конечно. Кстати, вам привет от Акселя Нурдемана, он подвозил меня до Стрёмстада утром.
— Спасибо.
Гардман покосился на часы.
— Черт, мне надо бежать.
«Уже?» — подумала Оливия.
Уве встал и взглянул на нее:
— Встреча начинается через полчаса. Было приятно познакомиться! Звоните, если что-то выясните.
— Договорились.
Гардман кивнул и ушел. Оливия проводила его взглядом. Почему она не предложила ему выпить пива до его отъезда домой? Ленни бы не растерялась.
* * *
Молодому полицейскому Янне Клинге не без трудностей удалось выяснить, где проживает Стилтон. В фургоне в лесу Небытия. Где точно, он не знал. Так что Янне пришлось покружить среди владельцев собак и любителей утреннего солнца, прежде чем он заметил фургон. Вот он уже стучал в дверь. Стилтон подошел к окну, исчез и отворил.
Клинга кивнул:
— Я не помешаю?
— Что ты хотел?
— Мне кажется, что в вашем вчерашнем рассказе что-то есть. О Kid Fighters.
— Руне Форс тоже так думает?
— Нет.
— Заходи.
Клинга вошел и оценил обстановку.
— Вы тут и раньше жили?
— Когда?
— Когда здесь жила Вера Ларссон.
— Нет.
Стилтон не собирался раскрывать карты. Он был начеку. Возможно, Форс что-то задумал, он не знает. Он ничего не знает и о Янне Клинге.
— Форс в курсе, что ты здесь?
— Нет… пусть это останется между нами? Стилтон рассматривал юного полицейского.
Может, он хороший парень, попавший к плохому парню? Стилтон указал на одну из коек. Клинга сел.
— Зачем ты пришел сюда?
— Затем, что мне кажется, вы на верном пути. Мы скачали фильмы с Trashkick. Я просмотрел их сегодня ночью и у одного нападавшего увидел эту татуировку. «KF», обведенные кружком. Как вы и сказали.
Стилтон молчал.
— Потом я прочитал про бои в клетках, нашел разные случаи, больше всего в Англии — дерущиеся молодые ребята, — хотя чаще всего там присутствовали родители.
— Едва ли родители присутствовали, когда я там был.
 
— В Оште?
— Ага.
— Я ездил туда утром, в этот грот, он пуст.
— Наверняка я спугнул их, внезапно появившись и разоблачив всю шарашку.
— Вполне возможно. Кстати, там остались следы деятельности: куски изоленты, болты, красная разбитая лампа и куча всяких токсикоманских штучек. Хотя их нельзя связывать именно с боями в клетках.
— Нельзя.
— Но я оставил там слежку.
— За спиной у Форса?
— Я сказал, что вас избили именно в том месте и что, возможно, стоит держать его на контроле.
— И он клюнул?
— Да. Думаю, он говорил с кем-то из управления и теперь хочет показать, что что-то делает.
Стилтон сразу догадался с кем. «Она свой шанс не упустит», — думал Стилтон.
— Потом я связался с нашей молодежной группой. Они ничего не слышали об этом, но обещали послушать, что говорят вокруг.
— Хорошо.
В этот момент Стилтон забыл об осторожности. Он верил Янне Клинге. Настолько, что достал карту Стокгольма и развернул между ними:
— Видишь крестики?
— Да.
— Это места, где произошли нападения и убийство. Я пытался найти географическую закономерность.
— Нашли что-нибудь?
— Не между самими нападениями, но трое из жертв, включая Веру Ларссон, находились около торгового центра «Сёдерхалларна» и продавали газеты незадолго до избиений. Вот этот крестик.
Стилтон утаил тот факт, что на самом деле Вера не стояла там и не торговала в тот вечер: делал это он, а она пришла туда, и они ушли вместе.
— Так какова ваша теория? — спросил Клинга.
— Это не теория, а гипотеза. Возможно, парни выслеживают своих жертв именно у «Сёдерхалларна» и следуют за ними.
— А еще двое избитых — всего же их пять — там не стояли.
— Про одного я ничего не знаю, другой был в другом месте — около «Ринген» на Гётгатан.
— Это же недалеко от площади Медборйарплатсен.
— Да. К тому же он проходил мимо «Сёдерхалларна» по пути к «Ринген».
— То есть нам нужно установить дополнительное наблюдение за «Сёдерхалларна»?
— Может быть. Не я принимаю решения.
«Да, — думал Клинга. — Решения принимаю я или Форс». Клинга поймал себя на мысли, что хотел бы, чтобы Форс был похож на Стилтона. Был готов действовать.
Янне встал.
— Если появятся еще соображения, можете напрямую связываться со мной. Я собираюсь вести это дело немного в стороне.
В стороне от кого, было легко догадаться.
— Вот моя визитка, — сказал Клинга.
Стилтон взял карточку.
— Ну и, как мы уже говорили, пусть это останется между…
— Без проблем.
Клинга кивнул и пошел к двери. Уже выходя, он обернулся:
— Там было еще кое-что. В фильме, снятом у этого фургона, с избиением Веры Ларссон, есть кадры до нападения, сделанные ими через окошко… должно быть, вот это… на них голый мужчина занимается сексом с ней на вот этой койке.
— Да?
— Вы не знаете, кто это?
— Это был я.
Клинга вздрогнул. Стилтон смотрел ему прямо в глаза.
— Только между нами.
Клинга кивнул и вышел, едва не столкнувшись с необычайно воодушевленной Оливией Рённинг. Она бегло взглянула на него, вошла в фургон и захлопнула дверь.
— Кто это?
— Из муниципалитета.
— A-а. Знаешь, что это такое?
Оливия достала пакетик с заколкой.
— Заколка, — ответил Стилтон.
— Из Хасслевикарны! Найдена Уве Гардманом в тот же вечер, когда совершили убийство, у одного из следов преступников или жертвы!
Стилтон смотрел на пакетик.
— А почему он не отдал ее нам? Тогда, в восемьдесят седьмом?
— Вот этого я не знаю. Ему было всего девять, и он не знал, что она может представлять какую-то ценность. Он воспринимал ее просто как находку на берегу.
Стилтон потянулся за заколкой.
— На ней остался волос, — сообщила Оливия. — Черный.