Прилив

Не менее жутким выглядел тот факт, что все пострадавшие торговали «Ситуашун Стокгольм». Совпадение? В городе около пяти тысяч бездомных, и лишь маленькая толика занимается торговлей.
— Они что, выбирают именно нас?
— На кой черт им это?
Неудивительно, что все эти вопросы остались без ответа. Пока. Ситуация и так достаточно напряженная, чтобы пугать и без того потрясенную толпу в комнате.
— У меня теперь есть газовый баллончик, — вставил свое слово Бу Фаст, [4] и все взоры устремились на него.
Люди уже давно перестали обращать внимание на замысловатость его имени. Бу приподнял свой увесистый баллончик, чтобы все желающие могли его разглядеть.
— Ты в курсе, что это незаконно? — спросил Йелле.
— Что незаконно?
— Вот эта штука.
— В самом деле? А быть избитым — это законно?
Йелле не нашелся, что ответить. Он стоял возле стены рядом с Арво Пяртом. Вера стояла чуть поодаль. На этот раз она решила промолчать. Ее шокировал звонок Пярта, когда тот сообщил о том, что случилось с Бенсеманом всего лишь через несколько минут, после того как они с Йелле покинули парк. Она была уверена, что, оставшись, смогла бы предотвратить нападение. Йелле придерживался другого мнения.
— Ну и что бы ты сделала?
— Дралась бы! Ты же знаешь, как я вмазала тем, кто пытался спереть наши мобильники в районе Мидсоммаркрансен!
— Они были в стельку бухие, а один из них был почти карликом.
— Так ты бы помог мне, правда же?
Потом они разошлись на ночь, а теперь стояли тут. Вера молчала. Она купила стопку газет, Пярт тоже, у Йелле денег хватило лишь на пять штук.
Вместе они вышли на улицу. Вдруг Пярт заплакал. Он прислонился к обшарпанному фасаду и закрыл лицо грязной ладонью. Йелле с Верой посмотрели на него. Они все поняли. Он был там и видел, что происходит, но не мог ничего сделать.
И вот снова те события встали перед глазами.
Вера осторожно приобняла Пярта и прижала его голову к своему плечу. Пярт был субтильным мужчиной. На самом деле его звали Силон Карп, и родился он в городе Эскильстуна в семье эстонских эмигрантов. Но однажды ночью в героиновом дурмане на чердаке на улице Брунсгатан ему попалась старая газета с фотографией скромного композитора, которая поразила его невероятным сходством. Между Карпом и Пяртом. Он просто-напросто увидел свою копию. После следующей дозы он слился с двойником, и двое превратились в одного. Теперь его звали Арво Пярт. С того момента представлялся он так. А поскольку люди из его окружения по большому счету плевали на то, как кого зовут, он стал Пяртом. Арво Пяртом.
Много лет Пярт работал курьером, разносил почту по южным районам, но слабые нервы и сильная зависимость от опиатов затянули его в то, что теперь превратилось в неприкаянное существование. В жизнь бездомного продавца «Ситуашун Стокгольм».
Сейчас он стоял тут и плакал, уткнувшись в плечо Одноглазой Веры, безутешно рыдал из-за несчастья, постигшего Бенсемана, из-за всеобщей жестокости и насилия. Но больше всего из-за того, какой была его жизнь сегодня.
Вера гладила его спутанные волосы и смотрела на Йелле, а тот не сводил глаз со своей стопки газет.
Потом он ушел.
* * *
Оливия свернула в ворота Академии и припарковалась с правой стороны. Машина немного торчала из-за серых седанов различных марок. Оливию это не смущало. Она взглянула на небо, размышляя, стоит ли поднимать крышу, и передумала.
— А вдруг пойдет дождь?
Оливия обернулась. Ульф Мулин. Ровесник из ее группы. Парень с удивительной способностью всегда появляться незамеченным рядом с Оливией. В этот раз он оказался за ее машиной. «Может, он следит за мной?» — подумала девушка.
— Тогда я, пожалуй, подниму.
— Посреди лекции?
Оливии порядком надоели подобные бессмысленные диалоги. Она взяла сумку и пошла к зданию. Ульф последовал за ней.
— Ты видела вот это? — Парень шел сбоку, держа сверкающий планшет. — Это сегодняшнее ночное нападение на бездомного.
 
Оливия покосилась на экран и увидела, как били окровавленного Бенсемана.
— Видео есть на том сайте, — сказал Ульф.
— Trashkick?
— Да.
Они вчера обсуждали этот сайт на занятиях и очень возмущались. Один из преподавателей рассказал, что первый фильм и интернет-адрес появились на странице сайта 4chan.org, куда заходят миллионы молодых людей. Фильм и адрес быстро убрали, но многие успели запомнить ссылку, и она получила широкое распространение. Ссылка вела на сайт Trashkick.com.
— Они что, не могут его закрыть?
— Вероятно, сервер находится в каком-нибудь неприметном веб-отеле, и полиции не так просто его найти и отключить.
Так объяснил преподаватель.
Ульф выключил планшет.
— Они публикуют уже четвертое видео… Полный беспредел.
— Избиение людей или публикация видео?
— Хм… и то и другое.
— А что из этого хуже, по-твоему?
Оливия знала, что не стоило провоцировать диалог, но до университета оставалась пара сотен метров и им с Ульфом все равно по пути. К тому же она любила заставлять людей размышлять. Почему, Оливия не знала. Может, это способ держать дистанцию. Своего рода нападение.
— Мне кажется, это одно и то же, — ответил Ульф. — Они бьют, чтобы выложить результат в Интернет. Возможно, если бы им негде было публиковать видео, они бы не стали избивать.
«Неплохо», — подумала Оливия. Длинное предложение, связные мысли, разумное рассуждение.
Подкрадывайся Ульф пореже и шевели мозгами почаще, он бы точно поднялся на несколько ступенек среди ее избирательных знакомств. Вдобавок ко всему этот парень в отличной форме и на полголовы выше ее.
— Что делаешь сегодня вечером? Может, выпьем пива или сходим куда-нибудь?
Нет, он остался на прежней ступени.
В аудитории почти не было свободных мест. Группа Оливии состояла из двадцати четырех человек и разделялась на четыре подгруппы. Ульф и Оливия учились в разных подгруппах. У доски стоял Оке Густафссон, их научный руководитель. Мужчина чуть за пятьдесят, с долгой карьерой полицейского за плечами. Он пользовался популярностью среди студентов. Некоторые считали его немного высокомерным, Оливия — обаятельным. Ей нравились его брови, производящие удивительное впечатление: казалось, что они живут своей собственной жизнью. В руке он держал папку. Другая такая же лежала на столе.
— Так как мы с вами расстанемся уже через несколько дней, я придумал вам небольшое задание вне курса, по желанию. В этой папке — некоторые из старых нераскрытых убийств в Швеции, я подобрал их сам. Вы можете выбрать какое-нибудь и предпринять собственный анализ расследования, посмотреть, что можно было бы сделать иначе, учитывая современные методы: исследование ДНК, топографический анализ, прослушка… и так далее и тому подобное. Это маленькое упражнение на то, как ведется работа над «висяками» — нераскрытыми преступлениями. Вопросы есть?
— То есть это задание не обязательно для выполнения?
Оливия покосилась на Ульфа. Вот всегда ему лишь бы спросить. Оке же сказал, что по желанию.
— Совсем не обязательно.
— Но если мы его выполним, это будет дополнительным плюсом?
Когда лекция закончилась, Оливия взяла папку. Оке подошел к ней и кивнул на бумаги у нее в руках:
— Твой отец участвовал в одном из расследований.
— Правда?
— Да. Я подумал, что неплохо было бы включить сюда это дело.
Оливия присела на скамейку на приличном расстоянии от школы. Компанию ей составляли трое мужчин. Все они молчали, как и полагается бронзовым фигурам. Одна из них изображала Бенгтсона Великолепного — легендарного дамского угодника. Оливия никогда о нем не слышала. Две другие — Тумбу-Тарзана [5] и констебля Бьёрка. [6] У последнего на коленях лежала полицейская фуражка. Кто-то поставил на нее пустую пивную банку.