Учитель. Назад в СССР 3 (СИ)
— Юрий Ильич, я правильно поняла из нашего разговора, что идея принадлежит нашему молодому специалисту? Именно Егор Александрович выступал идейным вдохновителем и сам разрабатывал сценарий, — Аделаида Артуровна посмотрела на директора.
— Да-да, Егор Александрович, — машинально ответил Свиридов, пытаясь вернуть очки на место. Но окуляры не хотели цепляться за нос, поскольку Юрий Ильич, не ожидавшей похвалы в адрес мероприятия, перевернул вверх ногами.
— Сценарий мы писали вместе с Ниной Валентиновной, — я счел нужным подать голос. — Нина Валентиновна принимала деятельное участие в написание текста. Зоя Аркадьевна редактировала. Мы учли все замечания, которые сделала завуч.
Ну а что, своих не бросаем, а Шпынько, хоть и вредная тетка, но тетка своя. Нам с ней еще работать и работать, потому не стоит упускать повод привлечь ее на свою сторону. Вряд ли получится с первого раза. Но хотя бы мешать не будет, и спорить долго не придется по разным вопросам. Если товарищ Григорян так благосклонно оценила нашу работу, значит, продолжим в том же духе. И завучу некуда будет деваться.
— Тамара Игнатьевна не просто связь поколений. Товарищ Звягинцева прекрасный режиссер-постановщик, — продолжил я тем временем. — Подбирка ребят на главные роли, репетиции, постановка на сцене… Без ее помощи мы бы с товарищем Кудрявцевой не справились настолько хорошо.
— Да-да, — директорские очки, наконец, сели как надо и Юрий Ильич включился в диалог. — Да-да, работали командой. Так сказать связь поколений в действии… — сориентировался Свиридов.
— Хорошая работа! — сдержанно похвалила Аделаида Артуровна.
В этот момент, совсем как недавно в школьном дворе, раздались громкие четкие три хлопка. Через секунду мы все сообразили: строгая дама из роно снова, как и на линейке, выразила свое отношение к празднику аплодисментами.
«Ну и слава школе, можно выдохнуть и спокойной жить и работать дальше», — довольно подумал я, незаметно подмигнул Ниночке и улыбнулся Тамаре Игнатьевне. Напарницы мои сидели с растерянными выражениями на лицах и явно не понимали, что происходит: хвалят, или ругают, или и то и другое одновременно.
— Так вот, Юрий Ильич. Как вы знаете, через две недели в Новосибирске пройдет плановое заседание директоров всех учебных заведений области. Я настоятельно рекомендую подготовить товарища Зверева к выступлению.
— К какому выступлению? — вырвалось у меня.
Свиридов кинул на меня укоризненный взгляд, но повторил вслед за мной:
— Про совещание, безусловно, помню. Но каким боком оно касается учителя географии? О каком выступлении идет речь, Аделаида Артуровна? Тематика? Выступление согласовано?
— Согласую, за это можете не переживать, — заверила товарищ Григорян, чем еще больше всполошила не только директора, но и завуча. Честно говоря, даже я пребывал в недоумение: какое совещание? Где я и где директора? О чем нам с ними разговаривать? Мне, без году неделя, учителю.
— Егор Александрович у нас человек новый, — издалека начал Юрий Ильич. — Может, стоит на время оставить его в покое? Пусть молодой специалист освоиться, вольется в коллектив, в учебный процесс, так сказать, почувствует, что такое работать учителем… Привыкнет.
— Позвольте, я не понимаю, какое выступление? — внезапно в разговор включилась завуч. — У меня нет этого в планах! — нервно перебирая свои бумаги, просипела Зоя Аркадьевна.
— Товарищ Шпынько, не волнуйтесь, — успокоила Григорян. — Свои рекомендации я озвучу в докладной… — Аделаида Артуровна оборвала себя на полуслове и переключила внимание на директора. — Юрий Ильич, я вас понимаю, — мягка начала гостья. — Но категорически не согласна, — в голосе появилась жесткость. — нельзя зарывать такой талант! Я буду рекомендовать товарища Зверева к переводу в городскую школу.
— Категорически не согласен, — негромко, но четко выдал я. — У нас учителей не хватает, нельзя вот так с бухты-барахты решать…
— Товарищ Зверев, — Григорян окинула меня снисходительным взглядом. — Об этом поговорим позже. Что касается выступления, Юрий Ильич, я настаиваю. И буду настаивать там.
Аделаида Артуровна многозначительно приподняла брови. Свиридов кивнул, признавая поражение.
— Уточните, будьте любезны, тематику выступления, чтобы мы смогли организовать Егору Александровичу необходимую методическую помощь, — поспросил директор, пододвигая к себе блокнот.
— Тему вам пришлют после согласования, — деловито начал распоряжаться товарищ Григорян. — Но могу обозначить общие черты.
— Пожалуйста, — согласился Свиридов.
— Необходимо подготовить презентацию вашего мероприятия, поделиться опытом с коллегами. Может быть даже показать фрагменты… — задумчиво протянула важная гостья. — Это мы обсудим. В своей докладной записке начальству я буду настоятельно рекомендовать внедрить новый, не побоюсь этого слова, передовой опыт, наглядно и успешно продемонстрированный в отдельной школе, во все учебные заведения Новосибирской области! И товарищ Зверев просто обязан подготовить методичку, наглядный материал!
Товарищ Григорян снова вспомнила обо мне, развернулась с доброй улыбкой на лице. Теперь я в полной мере осознал реакцию Шпынько на ласковое обращение высокого начальства.
— Егор Александрович, дорогой вы мой товарищ… — проворковала Григорян.
От этого воркования у меня волосы на руках стали дыбом, а Ниночка еще сильнее втянула голову в плечи, стараясь стать как можно незаметней. Зато Тамара Григорьевна с довольной улыбкой что-то уверенно строчила с своем блокноте.
— Егор Александрович, необходимо в короткие сроки помочь коллегам уяснить суть мероприятия. С целями и задачами, с обоснованием и прочим, думаю, вам с удовольствием поможет Зоя Аркадьевна.
— Конечно, Аделаида Артуровна, — закивала Шпынько, делая пометку в бумагах.
У меня в голове зазвучала переделанная строчка из некогда популярной песенки из будущего «Круто ты попал в передряг, ты звезда, ну держись…» События набирали оборот и я никак не мог остановить снежный ком, брошенный тяжелой рукой товарища Григорян.
— Товарищи! — Аделаида строго на нас посмотрела. — Седьмое ноября отнюдь не з горами, кто бы что там себе не думал по этому поводу.
Отчего-то Григорян при этом посмотрела на Нину Валентиновну. Девушка вздрогнула, но головы не подняла.
— Готовиться нужно уже сейчас! Торжественные линейки, посвященные Великому Октябрю, пройдут во всех школах. И во всех школах, я подчеркиваю, во всех! Мероприятия необходимо вывести на принципиально новый уровень. Качественный! Коммунистический! Высокий!
— Жаркие, зимние, твои, — проворчал я себе под нос.
— Вы что-то желаете добавить, товарищ Зверев? — обратилась ко мне Григорян.
— Ничего, — заверил я даму.
— Хорошо. Так вот для того, чтобы в школах празднование Октября прошло достойно с высоким образовательно-познавательным эффектом, в правильном русле, товарищ Зверев обязан поделиться с коллегами новыми тенденциям в образовательных мероприятиях.
Я посмотрел на директора, Юрий Ильич одобряюще мне кивнул и произнес:
— Надо, значит, сделаем. На какое число назначено совещание?
— Об этом вам сообщат, товарищ Свиридов, — довольно произнесла Григорян. — Вы уже начали готовиться? — поинтересовалась Аделаида Артуровна, почему-то при этом посмотрела ни на завуча, ни на директора, а именно на меня. Благосклонно.
От ее благодушной улыбки у меня свело челюсти. Кажется, я не просто попал. Я попал в любимчики к номенклатурной акуле. Вот уж правда, никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь.
— Я? — переспросил у Григорян. — К чему?
Брови Аделаиды Артуровны стремительно поползли на лоб. Зоя Аркадьевна едва не зашипела как змея. Положение спас директор.
— Конечно, товарищ Григорян, — уверенно начал Свиридов. — Наш макет уже утвердили в роно. На этой недели приступим к созданию полномасштабной модели. Собственно, этим займется товарищ Зверев вместе со своим десятым классом поскольку идея и реализация принадлежат Егору Александровичу.