Попаданка для дракона. Истинная (не) кусается (СИ)
Я взглянула на лягушку с воротником из позолоченной чешуи — очевидно, она была зачарована для распознавания лжи. Нужно быть очень осторожной в словах!
Давай, Бренна, соберись! Как ты всегда делала — во лжи должна быть часть правды, тогда она будет на нее похожа.
— Я… Я хочу отомстить ректору академии тьмаловцев Киану, — выдавила я. — Он отдал меня вампиру. А дракон… он… он меня так ненавидел, не раз грозился убить!
Лягушка даже не пошевелилась, принимая мои слова за чистую монету.
— А ну про ребенка рассказывай! — потребовала ведьма. — Не верю, что ты хочешь от него избавиться!
Я сглотнула. А тут придется сказать правду.
— Не хочу! Но без вас мне с ним не выжить… Но если стану вашей ученицей, то ребенок останется со мной, верно? И… и я из другого мира, моя душа переместилась в это тело… м-мне нужно найти способ выжить!
Старуха прищурилась, раздумывая.
— Верно, — буркнула она наконец. — Хм, похоже, правду говоришь… Жаба молчит.
— Что ж, оставайся пока, — промямлила старуха, — но не надейся выведать у меня рецепт спасительного отвара! Без него далеко не уйдешь, ох не уйдешь… Чем больше дитя, тем сильнее оно тебя истощает!
Она вдруг замолчала и уставилась в одну точку невидящим взглядом. Будто её прервали на полуслове и поставили на паузу.
— Эй, бабушка! — позвала я, пытаясь привести её в чувство.
— А? Что? — очнулась ведьма. — О чём это я? К-киан… Я знала одного Киана, но… это было очень давно!
Вот оно что, возраст берёт своё. Её старческое слабоумие может сыграть мне на руку. Вдруг она случайно выдаст мне рецепт спасительного отвара? И я смогу сбежать…
— Бабушка, вы только что рассказывали, как мне стать ведьмой! — соврала я.
— Молчи! Не ведьма я! — ощетинилась старуха. — Раз старая, значит ведьма⁈ Я Мелина! В своё время могущественная колдунья!
Она гордо выпрямилась, словно вспоминая минувшее величие. В её потухших глазах мелькнул огонёк. Я почуяла слабину — возможно, лесть и уговоры заставят эту старую колдунью выдать свои секреты…
* * *
Три долгих месяца я провела в лесной хижине Мелины. Её подводящая память так ни разу и не выдала мне тайну спасительного отвара. Но я прониклась симпатией к этой странной старухе с непростой судьбой. Она часто гладила мои длинные волосы и тихо молвила: «Словно вижу себя в молодости… Смотрю на тебя, будто гляжусь в зеркало». После этих слов Мелина обычно впадала в печаль.
Тем временем в округе продолжал кружить Рейн, в облике дракона, высматривая меня издалека, пытаясь почуять мой запах. За мою поимку, была объявлена немалая награда — ещё одна помеха для побега. Хорошо, что в этот лес люди не ходили. Все бояться колдунью! К н и г о е д. н е т
И вот, в один промозглый день Мелина выглядела особенно бледной и слабой. Она позвала меня к себе сиплым голосом. Я поспешила к её ложу и ахнула.
Зеленоватая кожа обтягивала череп, глаза ввалились, губы потрескались. Она тяжело дышала, хватая ртом воздух. Простыня под ней промокла от пота. Я в ужасе сжала её тонкую руку своей ладонью…
Дрожащей рукой Мелина занырнула под складки изношенного платья и достала небольшой сверток.
— Возьми, здесь рецепт и все ингредиенты для отвара, — прошептала она. — И выпей это! Это зелье изменит твою внешность, пока кто-нибудь не разгадает твоё истинное имя за чужой маской…
Она кивнула в сторону мешка с травами:
— Там запас на весь срок беременности. Беги, Бренна! Будь счастлива…
Слезы навернулись мне на глаза. Эта странная старуха и впрямь спасла мне жизнь!
— С-спасибо! — выдавила я, проглатывая ком в горле.
Я выпила горьковатое зелье Мелины, по телу разлилось странное ощущение, как будто тысячи мурашек забегали по коже. Я бросилась к запыленному зеркалу в углу хижины и ахнула — моё отражение постепенно менялось на глазах.
Волосы, ещё минуту назад длинные и эбеново — чёрные, начали стремительно светлеть, превращаясь в пепельные кудри чуть ниже плеч. Заострённые скулы и изящный разлёт бровей сменились обычными, ничем не примечательными чертами лица. Глаза из зеленых стали серо — голубыми, а кожа приобрела лёгкий загар, скрыв былую бледность. Даже рост, кажется, немного уменьшился.
Я с восторгом разглядывала новое отражение, едва узнавая себя. Теперь, если кто-то и встретит Бренну по пути в лесу, он и внимания не обратит на эту сероглазую кудрявую девушку в потёртом платье. Превосходное зелье! Я спасена.
Схватив мешок с травами, я подбежала поцеловать напоследок дрожащую руку Мелины. Она улыбнулась мне на прощание.
— Постой! Если встретишь Киана… отдай ему вот это, — она кивнула на запечатанный конверт. — Скажи, я умирала, думая о нём…
Я молча кивнула, слёзы душили меня и не стала вдаваться в подробности. Пора бежать к Спиро!
Глава 50
Дрожащими руками я открыла дверь и выбежала из хижины Мелины в заросли мрачного леса. Под ногами хрустели сухие ветки, над головой сплетались голые деревья, закрывая небо серой пеленой. Ни птиц, ни зверей — лишь гнетущая тишина, изредка прерываемая хриплым карканьем ворон.
Я бежала по едва заметной тропинке, спотыкаясь о коряги, пока не увидела вдали просвет меж деревьев — окраину леса!
И вдруг мир вокруг словно ожил — листва взорвалась яркой зеленью, разлился бодрящий запах хвои и медуницы, над головой запели птицы в кронах… Будто невидимая тяжесть разом слетела с леса вместе с магией Мелины! Значит… значит, она умерла…
Я выбралась из мрачного леса и оказалась на пыльной просёлочной дороге. Мимо как раз прокатывала телега, нагруженная сеном, которую тянула пегая кобыла. На облучке сидел пожилой крестьянин в заплатанной рубахе, понукая лошадь лёгким хлыстом.
— Добрый человек! — окликнула я его. — Не подвезёте ли до ближайшего портового города?
Мужичок недоверчиво сощурился, разглядывая мою запылённую одежду и взъерошенные кудри.
— А чего тебе там надобно, девка? — буркнул он. — Что, сбежала из дому, вот и мыкаться теперича приходится?
— Да нет же! Мой жених… он моряк, ждёт меня в порту, — соврала я. — Мы сбились по дороге. Ох, помогите добраться! Нечем заплатить, только мольбами!
Крестьянин что-то ворчливо проворчал в бороду, но махнул рукой.
— Ладно уж, залезай на сено. Только не шуми по дороге, а то Зорька испугается.
Он похлопал кобылу по шее. Я с облегчением устроилась на сене, изредка поглядывая по сторонам. Главное, что этот добряк везёт меня к морю, всё ближе к цели. Скоро я опять увижу своего Спиро! Только бы хватило мне сил…
Мы ехали около часа, пока вдалеке не показались мачты прибрежных судов. Сердце моё забилось чаще при виде развевающихся флагов — я на месте!
Поблагодарив крестьянина, я спрыгнула с телеги и побежала к причалам.
— Эй, капитан! Возьмите на борт! Я прекрасно готовлю! — окликала я проходящих моряков.
Один лишь здоровяк с седой бородой и в потрёпанной шляпе остановился и уставился на меня исподлобья:
— А чего это вдруг бабёнка напрашивается на корабль? Еще и с пузом наперевес!
— Старый кок то сбежал в прошлом порту! — подсказал ему щуплый матрос рядом. — Вроде как полюбил трактирную девку, вот и остался с ней. Может возьмем?
— А, точно! А ну-ка, девица, что там умеешь? — капитан с интересом уставился на меня.
— Всё умею! Супы, рагу, жаркое! Вы не пожалеете, капитан! — заверила я, строя ему глазки. — Только возьмите меня с собой!
Моряк задумчиво почесал бороду, разглядывая мою фигуру.
— Хм… ну, ладно, присмотрим за тобой. Готовить-то в самом деле некому. Только без глупостей, а не то за борт выкину и не посмотрю, что ты беременная!
Я с облегчением выдохнула и взбежала по трапу следом за ним, не обращая внимания на окрики и свист матросов позади…
У самого трапа на ящике сидел худощавый мужичонка в заплатанной одежде. Он пристально уставился на меня, а когда услышал разговор о том, что я беременна, тут же вскочил и куда-то умчался прочь.