Попаданка для дракона. Истинная (не) кусается (СИ)
Глава 47
Наконец телега тронулась, слегка покачнувшись на ухабистой булыжной мостовой внутреннего двора замка. Я затаила дыхание, вцепившись пальцами в грубую ткань мешков с зерном, чтобы не выдать своё присутствие ни единым звуком. Колёса жалобно скрипели и подпрыгивали на каждом камне, отчего моё укрытие вздрагивало, а я внутри кувыркалась, то ударяясь локтями, то коленями.
В лицо дул прохладный ветер, доносящий свежие ароматы цветущих лугов — запахи клевера, ромашки и васильков. Этот ветер был для меня вестником долгожданной свободы после долгих лет заточения в каменных стенах.
Мы проехали под громыхающим механизмом подъёмного моста и выкатили за высокие кованые ворота замка на простор широкой зелёной долины. По обеим сторонам тянулись волнующиеся золотые хлеба, искрящиеся в лучах летнего солнца — такие яркие на фоне голубого неба, что казалось, будто мы плывём по золотому морю.
Вдали виднелась аккуратная деревенька с невысокими домиками под соломенными крышами, утопающими в зелени садов. Воздух был напоен ароматами спелых яблок, груш и слив.
Пусть моё убежище было тесным и неудобным, мне приходилось ёрзать, скрючившись в неестественных позах, чтобы уместиться между мешками с зерном, но эта тряская поездка была моим билетом к желанной свободе. Я готова была терпеть любые лишения.
Вскоре раздался протяжный скрип — мы въехали в деревню по узкой мощёной улочке мимо покосившихся плетней и заросших бурьяном огородов. Наконец телега остановилась посреди пыльной, залитой солнцем деревенской площади возле каменного колодца, куда уже спешили с вёдрами за водой первые старушки в ярких платках. Несколько деревенских зевак высунулись из окон и вышли из домов, чтобы полюбопытствовать на незнакомцев, привезших с собой какие-то тюки и мешки.
И тут моё присутствие выдала неосторожно выглянувшая из-под брезента копна чёрных волос.
— Это ещё что за диво? — удивлённо вскричал мужик, заметив мои длинные кудри, выбившиеся из-под грубого брезента и развевающиеся на ветру.
— Г-госпожа! Что вы здесь делаете? — воскликнул его напарник и почтительно снял свою запыленную шляпу, открывая редкие седые волосы.
Вокруг начал собираться народ — любопытные деревенские высыпали из своих домиков. Они перешёптывались, разглядывая меня с подозрением и изумлением в глазах. Я же сидела среди мешков, смущённо потупив взгляд и ощущая, как полыхают щёки.
— Эта та знатная дама, невеста… надо же сбежала из замка! Я видела ее, когда отвозила фрукты в замок! — предположила толстушка в ярком переднике, держа в руках плетёную корзину с ароматными яблоками. — Её нужно немедленно отвезти обратно жениху! Ишь какая!
— Зачем её отвозить? Пусть идёт куда хочет! — проворчал небритый мужичок в заплатанной рубахе, опираясь на деревянную лопату. — Меньше этих кровососов — крепче спать!
— Да ты что, Панко! — возмутилась толстушка, погрозив ему кулаком. — А если господин Рейн разгневается за побег невесты?
Люди заспорили, всё громче перекрикивая друг друга. Некоторые даже погрозили мне вилами и лопатами, требуя вернуть обратно в замок. Но тут в толпе послышался стук посоха о булыжник.
— Цыц, дурни! — резкий окрик заставил всех замолчать…
Расталкивая зевак, к телеге протиснулся седой старик с длинной бородой. Опираясь на посох, он проворчал:
— Что за безобразие! Пойдём со мной, дитя. В моём доме ты будешь в безопасности.
Старик привёл меня в свой небольшой, но уютный домик на окраине деревни. Усадив за массивный деревянный стол, он накормил ароматным травяным чаем с мёдом и свежей хрустящей выпечкой со сладкими ягодами.
Я с наслаждением отпивала тёплый напиток из глиняной кружки, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. Старик же, откидываясь на стуле и постукивая пальцами по столу, задумчиво произнёс:
— Господин Рейн много делает для нашей деревни. Построил новую школу, провёл дорогу. Странно, что вампир так заботится о людях…
Я молча допивала чай, не зная, стоит ли рассказывать этому доброму человеку всю правду. Вдруг он не поверит или донесёт Рейну?
— Ну, колись, дитя, — поторопил он меня, заглядывая в глаза. — Что за беда стряслась, что ты удрала из замка прямо из-под венца?
Я тяжело вздохнула, не в силах выносить его пронзительный, но добрый взгляд.
— Я полюбила одного дракона, Спиро, — тихо произнесла я, опустив глаза и чувствуя, как полыхают щёки. — И теперь жду от него ребёнка. Но Спиро даже не знает, где я. А как только рожу, Рейн обратит меня в вампира против моей воли!
Старик удивлённо приподнял седые, густые брови:
— Вот оно что! Странные нынче пошли дела… Не слыхивал я, чтобы человек мог забеременеть от дракона. Эка невидаль!
Он почесал свою густую седую бороду, задумчиво покачал головой и произнёс:
— Хоть это и звучит чудно, но почему-то я верю тебе, дитя. Уж больно искренним взгляд у тебя. Ладно, допустим это возможно… Однако тебе нужно спешно уходить отсюда. Сюда придут искать тебя в первую очередь, это точно. А если найдут — тебе несдобровать, обратят в свою породу… да и нам попадет!
— Но куда мне бежать⁈ — в отчаянии воскликнула я, сжимая в ладонях горячую глиняную кружку. — В порт больше не ходят корабли, а Спиро, отец моего будущего ребёнка, далеко за морем!
— Погодь-ка, — остановил меня старик, подняв сухонькую руку. — Есть же ещё один небольшой порт на противоположной стороне острова у подножия утёсов. Правда идти туда по дороге слишком опасно — тебя могут схватить. Не боишься дремучего леса, дитя? Можно попытаться добраться через чащу.
— Нет, не боюсь! — твёрдо ответила я, выпрямив спину. — Я готова идти хоть ночью сквозь непролазные заросли! Только бы спасти своего будущего ребёнка.
— Молодец, девочка! Хоть путь и небезопасен — там водятся и волки, и прочая нечисть. Стар я, чтобы сопровождать тебя, да и другие деревенские вряд ли отважатся. Особенно теперь, когда мы знаем наверняка — что король то наш и его свита — кровопийцы!
Он торопливо вывел меня за дверь, озираясь по сторонам и прислушиваясь к звукам с улицы:
— Беги сейчас, пока солнце не село за горизонт! Держись просёлочной дороги сквозь поля, а с наступлением темноты обязательно сверни в чащу леса, чтобы спрятаться от вампиров. Ты всё поняла, дитя? Ни минуты промедления! И да хранят тебя небеса…
Я шепнула слова благодарности и бросилась прочь со всех ног. Моя лёгкая, стремительная фигурка в развевающемся платье уменьшалась в размерах по мере того, как я мчалась по пыльной просёлочной дороге навстречу неизвестности. Сердце тревожно стучало в груди.
Когда ноги начали подкашиваться от усталости, а жажда нещадно жгла горло, я всё бежала и бежала вперёд, с трудом переводя дыхание. Казалось, сердце вот-вот выскочит из груди. Я спотыкалась о кочки, цеплялась за колючие кусты, но упрямо продолжала свой бег, хотя лёгкие горели огнём.
По мере того, как алое солнце всё ниже клонилось к линии горизонта, небо заливалось багряно-малиновыми красками близящегося заката. Пора было срочно укрываться до наступления ночи.
Я решительно свернула с едва заметной протоптанной колеи между злаков и юркнула в густые заросли опушки, окунувшись в непроглядный лесной мрак.
Здесь наверно даже днём царили густые сумерки — так плотно переплетались над головой кривые сучковатые ветви деревьев, закрывая доступ солнечным лучам. Под ногами валялся палый лист, хрустевший при каждом шаге.
Пробираясь сквозь чащу, я то и дело спотыкалась о торчащие корни, цеплялась за колючие кустарники, но упрямо бредила вперёд наугад, пока хватало сил.
От каждого шороха и скрипа сучьев под порывами ветра я мгновенно вздрагивала всем телом и испуганно озиралась по сторонам. Мне мерещились преследователи, идущие по следу…
Наконец ноги подкосились окончательно. Я, споткнувшись, рухнула на четвереньки. Сердце бешено колотилось, перед глазами всё плыло. Нужно было перевести дыхание и набраться сил перед дальнейшим пути.