Каменный плен (СИ)
— Ты говоришь так, будто сама не американка, — произнёс я и увидел как девушка загадочно улыбается.
— Я надеюсь, ты понимаешь, что я не отвечу, — произнесла она и картинно пожала плечами. Из-за этого движения пистолет перестал смотреть в мою сторону и ушёл далеко в сторону. И у меня в мозгу сложилось понимание, что действовать нужно сейчас.
Добежать до девушки я бы не успел — всё таки нас разделяло больше четырёх метров. Поэтому я рванул вправо, стараясь скрыться за капотом фургона. Хлопнул выстрел, ещё — где то над головой вжикнуло, но я уже обежал фургон и стремительно бежал прочь, приближаясь к кустам. Видимо Кэтрин замешкалась, огибая машину следом, потому что очередной выстрел хлопнул уже после того, как я с хрустом ворвался в колючие ветви и тут же упав на четвереньки, пополз в сторону. После очередного шага, рука не обнаружила опоры и я завалившись через плечо, покатился по склону вниз. Далеко впрочем не улетел: пару раз приложившись разными частями тела о выступающие ветки и камни, завис в переплетении ветвей. Было чертовски больно, но я постарался не шевелиться. Сверху тем временем раздался шелест листвы и сдавленные ругательства продирающейся следом Дэлаю. Вдруг ночь прорезал луч довольно яркого фонаря, который принялся шарить по склону и зарослям кустов. К счастью для себя, я довольно удачно упал — надо мной ветви образовывали естественный козырёк, сквозь который луч не проникал. А вот под ногами, на расстоянии в пару метров обнаружился каменистый берег реки.
Кэтрин побродила поверху пару минут, подсвечивая те или иные участки растительности, но больше стрелять не стала и ушла. Вскоре взревел двигатель и автомобиль укатился. Я устроился поудобнее, баюкая ушибленный больше всего локоть и остался на прежнем месте. Уверенности в том, что хладнокровная убийца, которая делила со мной постель ради своей операции, на самом деле уехала — у меня не было. Отыскав в кармане куртки свой смартфон, я убрал яркость до минимума и отыскав номер Джексона, отправил ему сообщение: «Операция сорвалась. Группа уничтожена. Кэтрин Дэлаю скрылась с товаром. Ранен, нуждаюсь в помощи на точке встречи. При приближении группы эвакуации, пусть прокричат Доджерс Форевер-». Выключив сигнал смартфона, приготовился ждать.
Ждать пришлось долго. Название бейсбольной команды из Лос-Анджелеса раздалось только три долгих часа. Разминая ноющие затёкшие конечности, я пополз наверх.
Перелет домой я не запомнил. Просто сидел в кресле эконом класса, а рядом сидел неизвестный мне агент, в задачи которого входила доставка меня в США. На работу мне выйти не дали. Встретившийся со мной один раз Джексон, честно сказал, что результат, когда огромная сумма в 20 миллионов долларов оплачена, а ИИ к нам не доехал, — вовсе не то, что согласовывалось с заказчиками в правительстве. И что он конечно все прекрасно понимает, но ничего для меня сделать не сможет. Расследование было долгим. Меня гоняли по всевозможным комиссиям и слушаньям, подозревая в пособничестве сбежавшей Дэлаю. Очень выручили записи с камер слежения, которые Кэтрин не догадалась уничтожить. Там было хорошо видно, что девушка стреляет в убегающего меня. В итоге расследования, меня признали невиновным, но по объективным причинам от дальнейшей работы на правительство меня отстранили. Получив увольнение, я собрал свои вещи и отправился в тёплые края — мне требовалось о многом поразмыслить.
* * *Италия, 2016 год.
Задолго до всей этой мерзкой истории, я принял как данность, что именно со мной что-то не так. Что это у меня есть сложности с восприятием мира и с реакциями на действия других людей. Руководствовался я логическим тождеством, что таких как я, жалкий десяток миллионов на всю планету, а людей больше 8 миллиардов. Но предательство Дэлаю — девушки к которой я впервые в своей жизни испытал что-то теплое, сломало во мне часть краеугольных принципов. А долгое, выматывающее разбирательство, где меня старались выставить виновным, доломало оставшийся. Выйдя из зала последнего заседания с волчьим билетом, я вдохнул воздух полной грудью. Теперь я был уверен что болен вовсе не я. Больно остальное человечество. Именно люди, имея бесконечный потенциал к созданию и изобретательству, вместо того чтобы стремиться к звездам или глубинам, тратят большую часть времени и сил на соперничество, интриги и рост своей власти.
Так что сейчас, сидя на одном из побережий Италии, я просматривал на экране планшета разные окна с данными. Закончив с чтением очередного массива, я произнес в блютус-гарнитуру:
— Элли, на сколько вероятно начало военного конфликта в районе красного моря, в течении пяти лет?
— Оценка не превышает двенадцати процентов, при отсутствии дополнительных внешних факторов, таких как промышленные катастрофы, эпидемии, или стихийные бедствия.
Да, так уж получилось, что Элли осталась со мной. Еще в том ангаре, я больше по наитию, чем понимая что меня настораживает, заменил поврежденный жесткий диск на моем ноутбуке на диск с ядром ИИ. В чемоданчик Кэтрин, отправились только носители с массивами данных, которыми Элли оперировала. Первоначально, я планировал передать диск агентству, но затянувшееся разбирательство вкупе с обвинениями меня в предательстве, изменили мое решение. Ноутбук у меня конечно изъяли, но убедившись о наличии в нем сразу двух пуль, быстро вернули, не став проверять на работоспособность отдельные элементы. Я немного поработал с управляющим алгоритмом, прикрутил голосовое управление и теперь наслаждался наличием у себя такого высококлассного аналитика, которым бесспорно была ИИ Юрия Сорокина. Она могла бы проектировать ракеты или управлять колонией на Марсе. Но мы решили, что сперва человечеству не помешает небольшая встряска.
Элли прогнозировала начало сразу трех военных конфликтов в разных частях земного шара, в течении десяти лет. Один из них, в восточной Европе, в течении шести. И рассчет показывал, что любой из этих конфликтов, в значительной степени изменит облик цивилизации, а главное заставит довести до ума, многие из технологий, которые так и дошли до современности в неизменном виде со второй мировой войны.
От нас в принципе не требовалось ничего особенно делать, все и так шло своим чередом. Но я хотел открыть свой технологический институт, а на это требовались значительные средства. Элли рассчитала четыре оптимальных этапа инвестиций и реинвестиций моих невеликих средств в ценные бумаги с максимальной волатильностью и оставалось только ждать. За последний год, я умножил свой капитал таким образом уже в три раза и останавливаться не собирался. В общем то я предусмотрел всё. Почти.
— Привет Вик, — раздался знакомый женский голос, — Тебя было непросто найти.
Я поднял взгляд на стоящую неподалёку Кэтрин. Теперь она была блондинкой, но черты лица и шикарная улыбка были легко узнаваемы.
— Здравствуй, Кэт, — я кивнул ей на стул напротив, — Какими судьбами? Что крадешь на этот раз?
— Ооо, мальчик вырос, — отреагировала девушка, но на стул опустилась, — Ты удивишься, но я пришла за той же самой вещью, что и в прошлый раз. Ты выставил меня идиоткой в прошлый раз, когда я притащила начальству кучу жестких дисков с разномастными базами данных, но без малейшего следа ИИ. Сперва я думала что диски были повреждены, но наши кодеры сумели восстановить принцип работы ИИ и оказалось, что среди дисков и вправду отсутствует центральное звено.
Затем я решила, что ты передал его агентству. Но наши люди выяснили, что агентство едва сумело замять скандал, после потери нескольких десятков миллионов долларов. А ведь я хорошо помню как ты общался с той программой, тогда вечером.
— Элли — не программа, — повторил я когда то уже сказанное, и усмехнулся, — Чего ты хочешь, Кэтрин, или как там тебя?
— Мне нужен ИИ, — без обиняков заявила блондинка, — Я готова хорошо заплатить.
— Неужели, двадцать миллионов долларов, — удивился я.
— Обойдешься, — оскалилась Кэт, — Миллиона с тебя хватит. Бонусом, я никому не скажу, что ИИ все это время был у тебя.