Его сезонная "жена" (СИ)

Две красавицы, будто сошедшие с обложки глянца. Хищные желтые глаза, сложно признать за человеческие и серые, как самый непроглядный туман. Одинаково опасные в своем желании придушить негодяйку.
— Все, уводите ее. Материала для обвинения больше, чем достаточно, — цокая каблучками вперед вышла Тоня Савицкая и проходя мимо, впавшей в ступор блондинки, двинула ей ненароком плечом. — Как ты, Зось? — подруга склонилась над Зоей.
  
— Нормально, — выдала хрипло Зоя. В горле было остро, хотелось закашлять. Но, чтобы кашлянуть, нужно втянуть в себя воздух, а она не могла… Будто кол в грудь воткнули. На нее обрушилась неприглядная правда. Валера и его девка хотели зоиной смерти. Один витиевато говорил, другая — прямым текстом заявила. Если бы не девочки…
Взгляд Зои блуждал по небольшой комнате, где людей с каждой секундой добавлялось.
— Я…Я не понимаю?! — верещала девица, когда ее люди в форме вытаскивали из палаты. Правильно! Если не знаешь, как выкрутится, включай несознанку: шла мимо, ошиблась дверью.
— Чего тут понимать? Покушение на убийство. Срок до восьми лет, милочка, — прикрикнула вслед Ольга Белович. — А мы уж позаботимся, чтобы ты получила по полной, — добавила тише. Где было знать убогой, что за ней давно следили. Белобрысая поссать без лишних глаз не сходила — везде камеры и прослушка, даже таксист, что вез ее сюда, был подставным.
Кречет тоже подорвался в это захолустье, но по понятным техническим причинам добраться вовремя не смог… То колесо спустится, то автоматическая коробка передач заклинит. А погода сегодня не летная. Магнитные бури ему сотовую связь отрубили. Валерочка вообще не понимает, какого хрена творится у него под носом.
— Зоська, мне так жаль, — Ольга взяла ее за руку. — Мы хватились на третий день, поняв, что Кречет врет, как дышит. Начали тебя искать… — У Белович челюсть свело, она пыталась удержать в себе весь перечень известных ей ругательств.
— Нашли тебя, Зой. В том пансионате уже были внедрены наши люди. Это жесть, что он с тобой сделал. Просто не поддается описанию, — на глазах у Савицкой выступили слезы.
— Надеюсь, ты не простишь этого козла? — Ольга зачем-то решила уточнить и встретила удивленный взгляд женщины, у которой выпили пять ведер крови и спросили: «А есть еще?». Зося готова на карачках ползти, лишь бы от Кречета подальше.
Про неудачную беременность не говорили, молчаливо приняв, что это тема — табу.
— Зось, надо ехать. Кречета долго не удержать, скоро доберется до больницы. Во дворе стоит реанимобиль с нашим врачом. Домчимся до другой клиники. Поставим, подруга тебя на ноги, будешь лучше прежнего.
Зоя фыркнула: «Куда уж лучше?». На привидение смахивает, не понятно, как в теле душа держится. При упоминании о муже на лице прошла едва заметная судорога боли.
Ей помогли одеться, накинув сверху длинное пальто с капюшоном.
— Твоей дочери, Полинке, пока ничего не говорили. Девочка тоже подняла панику и хотела бросить учебу и приехать из Питера. Кое-как успокоили.
— Все же, чувствует ребенок, что с матерью беда, — поддакнула Тоня.
Они ехали все вместе в машине «Скорой помощи».
***
Валерий был на охоте. Свист егеря. Лай собак разносится хорошо в нижней долине у подножья горы. Под ногами хрустели ветки, мох хлюпал влагой. Запах сырых подгнивших листьев поздней осени и перезрелых грибов.
Из-за куста он прекрасно рассмотрел маленькую косулю: стройные ноги, белые пятнышки на боках лоснящиеся в рыже-коричневом окрасе. Красотка грациозно повернула маленькую голову с рожками в его сторону и расширила ноздри, почуяв чужака.
В оптический прицел Кречет отчетливо видел ее, как на ладони. Валера уже был готов нажать спусковой крючок ружья.
Самка смотрела на него с невинным любопытством. Невероятно красивые глаза в обрамлении чуть опущенных темных ресниц, были не карие и не черные… Косуля смотрела на него в полной растерянности зеленью… Он отчетливо видел глаза Зоси.
Валера крепко зажмурился, подумав, что не надо было вчера пить коньяк. Третья порция явно была лишней. Потряс головой и снова посмотрел на животное. Там, где стояла ранее косуля, была прекрасная женщина в обрамлении огненных волос.
Кречет сглотнул горечь во рту. Его сковало, не мог пошевелиться и не мог оторвать взгляда от плавных женственных изгибов нагого тела — ослепительно белого, прикрытого лишь рыжими блестящими локонами до бедер, как в молодости носила Зося.
— Догонишь меня? — спросил девичий голос из прошлого и зеленые глаза лукаво блеснули.
Впервые за все время охоты, Валера никого не убил. Его нашли товарищи, обнимающегося с березой. Кречет бездумно повторял только одно имя — Зоя.
— Травы, что ли обкурился? — ворчал одни из охотников, которому выпало вести под руку Кречета к базе.
Там он и узнал, что жена потеряла ребенка.
  
Глава 8
 
Несколько сезонов назад.
— Матильда девок свежих привезла. Кречет, не хочешь посмотреть? — лениво мазнул по его лицу взглядом партнер по нардам. Потряс в кулаке кости и бросил из на доску, обитую зеленым сукном.
— Сдались мне эти шмары, — в карих глазах скука. Валера собирался хорошо выспаться после удачной охоты. В мышцах приятная усталость. Да и после стаканчика виски клонит в сон. Кречет зевнул, прикрыв ладонью рот, признавая свое поражение в игре. Без сожаления бросил на стол несколько проигранных купюр. Поднялся, махнув на прощание товарищу рукой и ровной походкой, почалил в сторону своего номера.
В полутемных коридорах, где от светильника до светильника не всегда есть свет, он услышал тихий всхлип. Замедлив шаг, прислушался. Сонность как рукой сняло, появился интерес: какого черта здесь кто-то плачет?
Девчонка со светлыми волосами забилась в угол. Она сидела на полу, подогнув к груди колени, опустив в них голову и тихо ныла.
— Эй, ты чего? — Кречет присел на корточки и стал ее рассматривать, прищурился, пытаясь ее получше разглядеть.
— Я… Я не хочу. Меня обманули, — она вскинула зареванное бледное личико с голубыми глазами. Нижняя губа трясется, едва выговаривая слова. Малышка даже в плаксивом состоянии была хороша, просто конфетка. Даже в темноте Валера увидел напуганные огромные светлые глаза, полные губы.
«Должно быть, одна из шалав» — с сожалением, подумал он. Многие прикидываются жертвами, чтобы разжалобить богатых клиентов и напросится в постоянные содержанки. Кречету такого счастья не нужно.
— Помогите мне отсюда выбраться… Пожалуйста. — тонкие пальчики потянулись к нему и вцепились в свитер. — Я заплачу! — У нее высунулся розовый язык, который смахнул соленую влагу с губ, и она хлюпнула носом.
Девчонка закопошилась в маленькой сумочке, пытаясь что-то отыскать.
— Да, где же они? — бубнила себе под нос. В раздражении высыпала все содержимое на ковровую дорожку. Удовлетворенно пискнула, обнаружив тысячную купюру, сложенную в несколько раз среди женских мелочей. — Вот, возьмите. Больше у меня нет.
Кречет таращился на деньги, которые блондиночка пыталась ему в руку впихнуть. Стало забавно. Развеселила девка.
— Поднимайся. Переночуешь у меня в номере на диване. Завтра я в город поеду.
Встал и пошел дальше, слыша, как сзади семенит дурочка, у которой что-то по пути падало из рук, то она запиналась об собственные тонкие ноги. Блондинка пыхтела, чертыхалась и снова его нагоняла. Как бездомная кошка, она юркнула в приоткрытую дверь, боясь, что ее перед носом захлопнут… Что хозяин передумает пускать приблудную.
Валера выдал ей плед и подушку из шкафа, а сам ушел в душ. Когда вернулся, блондинка, укрывшись с головой, тихо сопела на диванчике. Он хмыкнул и завалился в спальне на большую кровать.
Кречет проснулся от того, что женское гибкое тело насаживается на его утренний стояк. Прифигел немного… Но сдался похоти, впервые переступив за черту измены.
Глория, а по паспорту Галина, размазывая сопли по щекам, говорила, что влюбилась в него — благородного и красивого. Она никогда таких мужчин не встречала. Смотрела так преданно…