Покоривший СТЕНУ: Зеркало Мисы (СИ)

— Поняла, — помрачнела девушка. Видимо, уже грезила, как закопается в технологию новой неизвестной культуры.
Экспедиция на тридцать первый началась.
9. Монстры, живущие за гранью 
— Ловушек нет, можно идти — сказала Эстель и Хантер молча кивнул.
Как самый защищённый, Рейн первым спрыгнул вниз.
Новую способность он применил под собой, чтобы не касаться пола локации. Оказывается, её можно было использовать и так, как платформу.
  
Он приземлился на ней, и мимо стихийного рыцаря пролетели дроны Сайны.
— Атмосфера чиста. Здесь можно дышать. Есть очень лёгкий радиоактивный фон, но он не превышает норму. Рядом может быть что-то опасное.
Эстель присела и начала прослушивать пространство. Тия пошла по периметру большой комнаты, поспешно собирая информацию о локации долиной голосов и просматривая, что находится за её пределами.
— Здесь не чувствую никого, — сказала она у первой двери. Затем подошла ко второй. — Здесь монстры. Некротики и магии нет. Что-то на основе животного и того, что я не могу определить.
— Новый тип монстров, — вслух задумалась Белая.
Эстель подошла перепроверить первую комнату. То, что Тия там никого не обнаружила, могло значить одно из двух — либо там неопределяемые ей монстры, например механизмы. Либо — аномалия.
— Аномалия — сказала она.
Приоткрыла дверь и заглянула на ту сторону.
— Слышу силовые линии маны. Ловушка на основе нескольких магических стихий. Мне потребуется время, чтобы понять принцип её работы.
— Идём к монстрам, — принял я решение. Времени на загадки у нас не было.
— Здесь будет путь вниз через две локации, — сказала она о второй комнате.
Дальность действия навыков сонара у Эстель была больше. Здесь уже работа сенсора заканчивалась, и начиналась работа искателя. Того, кто может чувствовать направление путей Стены.
Сердце забилось чуть сильнее.
Поход в двадцать первый показал мне, чего стоит ожидать от запредельных чудовищ со дна. А теперь я увижу самое начало появления подобных монстров из множества цепей уже у нас в секторе.
Из открытой двери в железный завод упал луч яркого солнечного света. По ту сторону была яркая зелёная трава, усеянная россыпями цветов, и голубое полуденное небо.
— Слишком грубая склейка, — сразу заметила Белая. Я тоже на это обратил внимание, потому кивнул.
Из чисто техногенного, лишённого всякой жизни бункера-завода нас переносило в бескрайние зелёные поля под открытым небом. Не верю!
К тому же на тридцать первом просто нет места для таких просторов. Здесь локации не выше трёх метров. Разделяющая этажи преграда толще, чем весь этаж.
Мысли подтвердила связь с растениями. Вернее, её отсутствие. Ощущение было странным — я вроде бы чувствовал растения, мог обращаться к ним, но растительная эмпатия не могла установить контакт. Зелень отзывалась, но отказывалась подчиняться и даже не принимала энергию жизни.
А значит — это точно было не растение, а часть чего-то иного.
Вслед за этим я начал подмечать и другие странности. Цвета были ярче естественных. И… мысли. Я будто думать стал хуже. У всего в этой локации есть гипнотический эффект.
— Арктур, фиксирую аномальную активность, — сообщила Сайна.
В следующий миг я услышал шипение. Цвета мира мигнули, и где-то в отдалении пробежал яркий цветастый силуэт монстра.
Вид охотящегося здесь чудовища я не определил, но настроение он мне изрядно подпортил. Что-то ростом метра в два с лишним, толстое и гуманоидное. Но очень проворное при этом.
Послышался смех. Не зловещий, скорее глупое гыгыканье.
— Охохоюшки… минор-ами, пламя Асгора не сработает, — покачала головой Альма.
— Почему?
— Существа используют искажённую радость. Пламя сделает только хуже, — пояснила она.
Прозвенел громкий раскатистый выстрел. Лифа сработала первой. Но я не успел увидеть её противника. Почти сразу твари перешли в атаку.
— Это солнце, оно светит ярко и тепло! — прозвучал неприятный, писклявый голос чудовища, что действовал на мозги. Въедался в мысли, будто сотня голодных ланцетов.
Рядом возникло зарево солнечной вспышки, которую поглотил покров алолесья.
— У нас есть новые друзья! давайте познакомимся? 
Огненный шар прилетел куда-то слева от меня, едва не подпалив Рейна.
— Что это за мерзость?
— Способность не наводится, — сообщила Белая с тревогой.
— Ты же говоришь, что твой навык — имба?
— Тихо! Оно здесь! — крикнул Мерлин.
— Пузырьки, пузырьки летят в небо! 
Вспыхнуло зарево аспидной синевы, выжигая часть пространства и оставляя после себя синий пепел.
А сам Мерлин в этот момент закрылся барьером от взрывающихся водных шаров, мгновенно превращавшихся в обжигающий пар.
— Оно там! — крикнула Сайна и выстрелила из селенитской винтовки.
Следом за ней выстрелила повторно Лифа, но, судя по эльфийским матам, мимо.
Лифа может промазать…?
— Вижу! — воскликнула Эстель, посылая перед собой зелёный камень на цепи.
Я увидел, как засиял насыщенный маной легендарный предмет, и заключённая в камне фея резко изменила курс.
Послышалось шипение белого шума.
Волны дикой головной боли.
Поднимавшаяся из глубин сердца чёрная ярость и желание немедленно прикончить всех монстров в округе.
Как только стало понятно, что твари уже действуют на мой разум, вызывая это чувство агрессии, я включил мудрость верданта.
Сразу стало заметно легче.
Я новым взглядом оглядел локацию. Твари прятались за цветастыми декорациями растений и камней, так что было сложно разглядеть их истинный облик.
Но одного достать всё же удалось.
Эстель дёрнула рукой, возвращая в ладонь «маятник Морфин».
Монстры, потеряв своего первого сородича, угомонились и скрылись из вида, давая нам время на передышку. Видимо, не ожидали, что мы сможем нанести им какой-то урон.
Существо было нескладным, пухлым и покрытым короткой, неестественно яркой фиолетовой шерстью. В живот твари был вмонтирован кинескоп, демонстрирующий белый шум.
Я подошёл ближе, разглядывая монстра, и как раз вовремя, чтобы увидеть, как поверх чёрно-белой серости проявился мерцающий силуэт убитого монстра со счастливой, полной радости физиономией.
Из глаз монстра потекли кровавые слёзы, которые, однако, не нарушали довольную улыбку.
— Теперь ты проклят и скоро умрёшь! — радостным, карикатурно-детским голоском произнесла тварь.
На голове у существа находилось что-то вроде пушистой антенны, скрученной в рунический символ. И этот символ вдруг начал мерцать, наращивая темп.
— Назад! В стороны! — крикнул Хантер и вовремя. Вскоре чудовище разлетелось на части, порождая волну убойной энергии неизвестного типа.
— Чревоэкраны, — мрачно сказала Белая. — Псионический биоаберрант… «Истинное имя» говорит, что у него пять цепей.
— Мы нашли новые игрушки! Давайте с ними поиграем? 
— Идут, — коротко сказала Тия.
— Ищи сердца, Морфин, — шепнула Эстель и скрылась в поисках нового чревоэкрана.
— Их способности различаются от цвета и руны на голове. Цвет означает силу, а символ — тип воздействия… Те, что с треугольником — влияют на разум.
Снова искажённый писклявый смех.
Я обернулся назад. Дверей уже не было. Проклятая иллюзия забрала всё вокруг.
— Это не иллюзия! — Воскликнула Сайна. — Это голографическая проекция! Мир — это часть ловушки.
— Ищите того, что с молнией на голове — этот должен плести реальность, — продолжила Белая.
Затем снова раздался выстрел Лифы.
— Аси, стой! — попыталась остановить пустотницу Белка, когда та вырвалась из строя.
  
— Вижу мразь! — яростно воскликнула она и унеслась в ненастоящие травы.
— Поиграем в мячик? — спросило существо, а затем лишённая левой руки Аселла без сознания была брошена нам под ноги.
— Давайте покажем им свои танцы? — спросило другое.