Я, рейнджер (СИ)

— “Дозволено” — неверное слово, — покачал головой Светокрыл. — Это будет твой дом, и мы оба хотим, чтобы тебе было удобно. Но ты должен понимать: изменить все полностью ты не сможешь.
— Это как фундамент, — подал голос Стиг-Рой. — Можно сменить отделку, но основание придется оставить. Так что вряд ли ты сможешь превратить все в пески Татуина или вулканы Мустафара.
— Если только как отдельную инсталляцию в саду, — добавил Светокрыл с некоторым сомнением.
— На крайний случай, размер инсталляции ведь не ограничен, — я погладил кончиками пальцев гладкое дерево подлокотника. — Но знаете, мне вполне по вкусу этот фундамент — вот если бы Да-Атан сразу начал с Мустафара, пришлось бы хуже.
Надо же, как затейливо издевается над людьми судьба. Да-Атан, чье сердце навсегда осталось среди кружев, шпаг и шляп с пером, родился в век сверхсветовых полетов и колонизации планет в почти всех галактиках Вселенной.
Мы немного прогулялись по замку — совсем чуть-чуть. И Светокрыл даже рассказал о кое-каких геральдических символах. А потом Стиг-Рой вытащил меня из системы.
— Спасибо, — сказал он неожиданно, пока я спешно приканчивал второй круассан.
— За фто? — выдавил я с набитым ртом.
— За то, что отнесся к чувствам Светокрыла с уважением, — сказал Стиг-Рой тихо.
— А как иначе? — уточнил я между двумя кусками круассана. — Мы команда. Без уважения дальше соседнего астероида не улетим.
Стиг-Рой и Да-Атан были слишком разными, чтобы стать близкими друзьями. Я начинал догадываться, что они даже приятелями не были. Но каждого из них выбрал Светокрыл, а значит, к обоим он относился одинаково тепло. Ну или какие там чувства испытывают рассекатели к своим пилотам, надо бы уточнить у Стиг-Роя, только не на Страннике, где нас мог услышать Светокрыл. Ничего криминального в вопросе не было, но мне было бы неприятно слушать, как обо мне болтают.
Или… Возможно, если Стиг-Рой всегда мог войти в сознание Светокрыла, то и тот тоже мог проделать тот же фокус?.. Ну или в любом случае узнает все из его памяти, когда слияние произойдет.
— Идем, — оборвал мои размышления Стиг-Рой. — Я покажу тебе твою часть корабля. Уж там-то можешь делать абсолютно все, что захочешь.
— Вот прямо совсем все? — я соскочил с кресла. Общение со Светокрылом было интересным, но пока жрало слишком много энергии, чтобы просить повторного сеанса. А вот моя часть корабля… это даже не люкс, с таким скрипом выделенный мне Ки-Даем.
Кстати, люкс оказался так себе. Кровать ужасно мягкая, климат-система убитая. Несомненным его плюсом было расположение, а еще личная душевая кабина и уборная. Вчера вечером я провел в душе чуть ли не полчаса, наслаждаясь горячей водой и не рискуя стать объектом очередной шутки Гай-Хи.
— Совсем все, на что хватит денег, — усмехнулся Стиг-Рой. — До первого оплачиваемого полета еще нескоро.
— То есть о золотом унитазе я могу забыть? — я позволил себе не очень тонкую шутку. Но, кажется, в этой ситуации по-другому было нельзя. Деньги — это очень строгий ограничитель. У меня были некие сбережения, но их точно не хватит на масштабную перестройку Странника.
Будем честными, Оби-Ван, моих денег едва хватит на новое обмундирование, “большой” скафандр для выходов в открытый космос и “легкий” для десантирования на планеты. А за них я буду платить сам, не хватало еще настолько бесприданницей в новую семью входить.
— Не волнуйся, через лет пять хоть золотую ванну, хоть золотой пол сможешь установить, — заверил меня Стиг-Рой и, дойдя до развилки коридора, приглашающе указал направо… но сам почему-то помедлил. — Я редко сюда ходил, — пояснил он свое замешательство, когда понял, что я заметил его. — А когда ходил… В общем, это будет очень странно. Что там не будет Да-Атана.
— Трудно смириться с тем, что, когда ты снова окажешься в ложе Светокрыла, вторым сознанием будет мое, а не его? — спросил я, тоже не спеша входить. Глупая мысль, внезапно пронесшаяся в сознании, жутко напугала меня: а что, если в шкафах еще лежат вещи Да-Атана? И мне надо будет собственными руками от них избавиться?
 
Вещи — это еще полдела, а как быть с личными дневниками? Или коллекцией фильмов в памяти медиасистемы? Голова снова начала гудеть, и дело было совсем не в откате.
Стиг-Рой посмотрел на меня как-то странно, потом глянул на коридор и вдруг выдохнул:
— Давай в другой раз?
— Давай, пожалуй, — согласился я, отчасти даже обрадовавшись шагу назад. Конечно, свитера и галстуки Да-Атана никуда не испарятся, но мне точно не хотелось трогать их сегодня. — Вернемся в зал со смотровым окном? — предложил, понимая, что нейтральная территория будет для Стиг-Роя самым комфортным в психологическом плане местом. А лично мне нравилось смотреть на Светокрыла.
— Извини, — Стиг-Рой резко развернулся и быстро пошел к своему, по всей видимости, любимому месту на корабле.
  
Глава 12
 
На этот раз нашей “разговорной трапезой” стали печенье и чай — после свидания со Светокрылом я бухнул туда порядочно сахара.
— Мы с Да-Атаном не слишком хорошо ладили, — начал Стиг-Рой без дополнительных вопросов. — Это не значит, что мы вздорили или типа того. Нет, все было мирно. Но… Как соседи, не более. В первое время Светокрыл старался нас подружить. Потом смирился. Мы словно говорили на разных языках. Порой я совершенно его не понимал.
— Я, если честно, тоже пока не сильно, но на то нас и создали уникальными, чтобы не быть ни на кого похожими, — я с ногами устроился в большом мягком кресле и неспешно жевал печенье. — Но, должно быть, это было трудно — настолько не совпадать.
Ведь даже с Гай-Хи у меня есть общие интересы, например, страсть к пилотированию и неприязнь к Ри-Рен. А Ша-Рип так же ненавидит биомассу, как и я.
Стиг-Рой помолчал, глядя в окно на Светокрыла.
— Это было мое желание, — сказал затем, не поворачиваясь. — Найти нового пилота. Для Светокрыла это намного сложнее, чем для меня.
“Но все-таки на половину Да-Атана ты сегодня не пошел”, — мысленно ответил я ему.
Сколько они летали вместе? Лет двадцать, наверное. Половину жизни. За такое время и просто соседи становятся почти родственниками, а уж если периодически в голову друг к другу залезать… неважно, что Стиг-Рой его не понимал. Любить Да-Атана это ему не мешало.
А еще Да-Атан был его “пропуском” в мир свободы сверхсветовых полетов. Лишившись друга или родственника, человек горюет, но в конце концов оправляется. Смерть Да-Атана подрезала Стиг-Рою крылья.
— А зачем рассекателям люди? — спросил я, пораженный тем, что этот вопрос не возник у меня раньше. — Светокрыл же не лишился способности летать, ему нет нужды зарабатывать деньги и на всегалактическую славу наплевать. Но он решил пройти через сложную процедуру повторного слияния. Зачем? Потому что ты не готов уйти на пенсию?
— Вам даже этого не рассказывают? — вздохнул Стиг-Рой. — Я уже и забыл. Если коротко, то для осмысленных полетов, — он взял из пачки печеньку и поднял ее в воздух. — Рассекатели движутся по космосу примерно так же, как человек по лесу, — он покрутил печенькой в воздухе, закладывая виражи и петли. — Какие-то места им знакомы, какие-то нет. Их природе чужда математика и любые расчеты. Но это прекрасно умеет делать человеческий мозг. Рассекатели разумны сами по себе, но в союзе с человеком приобретают намного больше способностей и возможностей. Проходя слияние, рассекатель становится новым существом. А что пилота нужно два — так это чисто биология. В этом я не слишком силен, Да-Атан рассказал бы больше.
— То есть с нами они не просто мечутся среди сосен, а доносят пирожки до бабушки? — я замотал головой, когда Стиг-Рой вопросительно на меня посмотрел. — Не обращай внимания, это очень старая сказка. Ее Гай-Хи любит, и, подозреваю, это единственная книга, которую он осилил в детстве.
Стиг-Рой хмыкнул и закинул печеньку в рот.
— Да, доносят пирожки до бабушки, — кивнул, прожевав. — А ты всегда такая язва или обычно маскируешься?..