Чернокнижник и феи (СИ)

Её звали, её пытались вырвать из кошмара, но получалось слабо. Лишь знакомые, такие родные поцелуи дали сил прогнать непрекращающуюся тьму подвала и его страшный смрад. Вик подавила первый порыв ударить локтем, и просто выдохнула, открывая глаза и боясь поверить:
– Эван… – она провела рукой по его заросшей щетиной щеке и расплакалась: – ты жив… Небеса, ты жив…
Она, забыв о приличиях, принялась его целовать сама, куда смогла попасть: губы, нос, глаза, снова губы. Она убеждала себя, что он жив. Все равно, что теперь он не маг. К демонам, что она никогда не почувствует его эмоций в обряде общего эфира. Брок хороший маг, она привыкла уже к нему, она и дальше будет связана с ним, пока он согласен. Потом… Потом… Потом она, возможно, откажется от эфира, чтобы Эвану не было обидно. Главное, что он вернулся и вернулся живым. Домой, знаете ли, и мертвый может вернуться.
  
– Тихо, тихо, девочка моя, – прошептал, отстраняясь Эван. – Все хорошо. Ты жива. Все живы, – на всякий случай добавил он. – Бокор мертв – его больше нет.
Вик огляделась, только сейчас понимая, где же она находится. Она лежала в общей зале на диване, укрытая пледом и мундиром Эвана. Он сидел рядом на краю и целомудренно гладил её по голове. В зале было не так чтобы много народа, зато почти все свои. Двери то и дело открывались, и туда-сюда сновали озабоченные, мрачные Алистер, Себ, другие констебли. Они что-то приносили, уносили, отчитывались перед Грегом, сидевшим за рабочим столом Одли и то и дело куда-то телефонировавшим.
Брок нашелся на соседнем диване – он лежал, удерживаемый твердой рукой Клер де Лон. Она старательно что-то выпаивала ему, выговаривая почему-то про розги. Кажется, она даже плакала.
Полуобнаженный Одли, в одних брюках, сидел на стуле – Николас зашивал ему рану на спине. Одли, поймав взгляд Вик, подмигнул ей:
– Опять пожевали зомби, ну что ты будешь делать! Я отчаянно аппетитный!
Брок не удержался:
– Начинай уже кого-то другого привлекать! Например, нерисс…
Николас строгим медицинским голосом пояснил:
– Судя по размеру укусов, Одли пришелся по вкусу как раз женщине.
Одли хохотнул:
– Видишь, рыжий, не все потеряно!
В кресле в углу сидел мрачный Аранда, прижимая к груди спящую Бланш, уютно устроившуюся на его коленях. Он что-то напевал тягучее, сонное, непонятное – наверное, какая-то колыбельная на одном из языков Карфы. Вик улыбнулась – кажется, они все же поговорили. Кажется, они нашли общий язык. Осталось узнать истинного убийцу неры Моро и отпустить чету Аранда из полиции. Вик страшилась одного – Моро, действительно, могла интересоваться Раулем, как мужчиной. Достаточно было вспомнить, как восторженно смотрела Симон в библиотеке на Рауля. Не только она может интересоваться мужчинами, не замечая цвет кожи. Только бы Моро убила не лера Бланш. Только бы не она…
У противоположной стены, на которой все так и висел портрет короля без траурной ленты, на еще одном диване лежал Брендон – бледный, забрызганный кровью и кое-чем похуже. Он стонал каждый раз, когда Марк… Живой! Замотанный в бинты, как мумия, но живой, что-то выпаивал ему с ложечки:
– Как ты там говорил? Зато сытно! Зато нужно! – у него был странный голос с легкой хрипотцой – Вик его не могла опознать. – А как полезно – вдруг научишься чему полезному, а не только кровью брызгать во все стороны, надеясь, что поможет.
Вик подняла глаза вверх, благодаря богов – все выжили. Взгляд опять случайно натолкнулся на портрет короля, и слова Марка упали на благодатную почву. Кровь. Король. Магия крови. Брендон. Брендон же!!!
В голове вкрадчиво возник голос Дрейка, точнее Марка: «Все правильно, любопытная лисичка. Брендон умеет снимать клятвы на крови. В чем-чем, а в крови он спец. Ривз уехал в Олфинбург, лишенный клятвы верности королю Артуру». Очередной, недостающий кусочек мозаики встал на свое место, впрочем, слишком поздно…
«Для правды нет понятия слишком поздно» – поправил её Марк.
Дверь залы открылась, и в неё вошли незнакомые Вик люди: несколько хмурых, крайне серьезных человек в черной летной форме и молодая девушка в кожаной куртке, таком же шлеме и теплых, шерстяных брюках. Грег при виде неё вздрогнул. Она же как ни в чем ни бывало щебетала, что-то выговаривая молодому мужчине, идя с ним за руку:
– …давно пора переходить на пароэфирные двигатели. Это совершенно другая мощь, по сравнению с простыми паровыми… За этим будущее, признайте, Анри.
Тот возразил:
– В мире нет столько потенцита, чтобы его хватало на топливо.
– Вы меня за идиотку держите? Уже луну как известно об электролизе потенцита. Скоро мы потенцитовыми ложками есть будем, а не то, что заправлять его в топливные баки.
– К сожалению, Андре, у электролиза есть свои недостатки…
Клер обернулась на голоса и побелела, словно увидела призрака. Брок тут же вскинулся, а Грег встал из-за стола, быстро направляясь к непонятному Анри. Вик посмотрела на Эвана, спешно протягивающего Грегу перчатку:
– Возьми!
Тот качнул головой:
– Обойдусь! – он сжал кулаки, и Вик боялась, что эту вспышку ярости он не сможет подавить. Только не это… Брок все же нашел в себе силы встать и направиться вслед за Грегом. Вик бросила просящий взгляд на Марка, но тот отрицательно качнул головой. Вик зло прищурилась, но инквизитор вновь отказал ей в помощи.
Мужчины возле непонятного Анри слитно двинулись на Грега, но тот легко ушел от их ударов в своем танце-клетке, эфиром раскидывая охрану… Точно, охрану наследного принца Вернии Анри! Бешенные белочки!
Вик посмотрела на Клер и поджала губы – от неё, как и от Марка, помощи ждать не приходилось. Самой бы Клер кто-то помог...
Побелевший от ярости Грег остановился напротив Анри – Вик боялась, что сейчас его кулак врежется в лицо принца. Только не это. Только не сейчас. Только не Грег.
Вик видела, как бешено билась жилка на виске Грега – ему сейчас было отчаянно тяжело. Он низким, хрипловатым голосом сказал, обращаясь к девушке – обратиться первым к особе королевской крови он не мог:
– Доброй ночи, Андре. Рад нашей встрече – не ожидал, что ты навестишь меня.
– Грегори… – мягко улыбнулась девушка. – Познакомься…
– Андре, этого недостойного человека не существует для меня и, надеюсь, для тебя. Он любит грязно использовать беззащитных девушек в своих целях. Прости… Я постараюсь все тебе объяснить – чуть позже.
Она посмотрела на его крепко сжатые кулаки, на отрешенно молчавшего принца, на замерших вокруг людей и кивнула Грегу:
– Спасибо за предупреждение. – она развернулась к Анри: – спасибо за приятную беседу, но мои пароэфирники пройдут мимо вас. Я найду другого спонсора для своего проекта.
Вик выдохнула: Грег все же лер и офицер до кончиков ногтей!
– Он все же не чудовище… – прошептала она в плечо обнимающего её Эвана. – Он лер и офицер!
Тот хмыкнул:
– Думаешь, я зря вызвал принца Анри на дуэль?
– А ты мой офицер и лер, кто бы что ни говорил… – она поцеловала его в кончик носа. И плевать на этикет!
Вик заметила – Клер нашла в себе силы дойти до Грега и даже смогла сделать положенный реверанс перед Анри, смешно смотревшийся в штанах.
– Лера Элизабет, рад вас видеть… – слова Анри прервала звонкая пощечина.
Клер выпрямилась, чуть потряхивая ладонью – силу она не сдерживала, и рука побаливала:
– Давно хотела это сделать, ваше высочество. Можете забрать мое лерство и мои земли – мне плевать. И тюрьмы я не боюсь – можете арестовать…
– …если сможете. – с другой стороны от Клер… Вик поправила себя: Элизабет… встал Брок.
  
Анри не выдержал, бросая укоризненный взгляд на Эвана:
– Герцог, усмирите своих подданных.
Эван встал:
– Простите, Аквилита – Вольный город. Если вас что-то не устраивает – подайте жалобу в полицию. Её внимательно рассмотрят, не беспокойтесь. Я прослежу. Слово лера.
Дружное «ха!» из глоток окружающих констеблей подсказало Анри судьбу такой жалобы.