Чернокнижник и феи (СИ)

– Блек у провала нашел тело мужчины, возможно, его убили. Зовет на осмотр места преступления – пишет, что это касается меня. Странно – он же не в курсе происходящего совершенно. Откуда бы такой вывод?
Брендон лишь повторился:
– Я же говорю – хороший сыскарь. Надо брать! Нера Виктория, вас подвести?
Стивен направился к ним:
– Нера Виктория, мне с вами?
Брендон тут же отозвался:
  
– Я позабочусь о нере Виктории – можете не беспокоиться.
– Вот как раз вы и вызываете мое беспокойство, – признался детектив.
– Я такой, – совершенно серьезно согласился с оценкой Стивена Брендон. Еще и пиджак с себя стащил, докладывая: – к неприятностям готов, нера Виктория. И не беспокойтесь, я довезу вас до места и обратно домой в целостности и сохранности.
Вик повернулась к Стивену:
– Отдыхайте – вам ночью в дорогу. Я доверяю Брендону – у него самые лучшие рекомендации от отца Маркуса. Все будет хорошо. И не ждите меня – я вернусь после обеда: сразу после осмотра места преступления поеду на совещание в Управление. Брендон, пересмотрите свои планы на полдень, пожалуйста. Вы мне нужны будете на совещании.
– Меня туда не звали, нера…
Она строго посмотрела на мужчину:
– Только что. Я. Позвала. – Она направилась к Поттеру, который уже предусмотрительно подавал ей кожаную куртку – в ней будет удобнее, чем в пальто.
***
Блек, грязный, промокший, в перевязанной головой, нервно ходил за полицейским оцеплением у железнодорожной насыпи. За его спиной был небольшой тоннель, из которого с гор в город сбегала Петлянка. Вик, шагая под услужливо раскрытым Брендоном зонтом, вздохнула. Колдун бросил на неё косой взгляд и сказал, словно понимал, что тревожит Вик:
– Он не сам калечил и пытал. Маркус, при всех его недостатках и комплексах сверхчеловека, насилие на дух не переносит. Он бы не стал оправдывать садиста. Он не сам, нера Виктория. Чуть-чуть веры в Блека. У него самого с этим сейчас большие проблемы.
– Почему тогда Марк не стер ему память?
Брендон напомнил:
– Фиксограммы. Они рано или поздно всплывут. Лучше знать и заранее быть готовым принять удар, чем потом глупо смотреть на снимки и не понимать, как их сделали.
Блек заметил их приближение и пошел к ним на встречу. Глаза Вик зацепились за грязные ботинки на мужчине и промокшие насквозь брюки понизу.
Она все осознала:
– Небеса, только не говорите, что тело в тоннеле… – Она уже с ужасом представляла, что придется лезь в воду, и что тогда будет с её юбкой, чулками и ботинками, страшно представить… Только есть такое слово – надо!
Блек подошел к ним, склоняя голову в приветствии:
– Нера Ренар, нер Кит… Недоброе утро. Простите, что я вас потревожил, но я случайно нашел тело, думаю: убитый по вашей части.
– С чего вы взяли, лер Блек? – Вик не удержалась от вопроса, который ей волновал всю дорогу. Потом она опомнилась и поправилась: – Доброе утро! Простите, я сегодня рассеяна.
Блек склонил голову в жесте понимания:
– Я знаю – на вас было совершено нападение эмпата. Нер Ренар вчера говорил. – сухо сказал Блек, подстраиваясь под шаг Вик. – Я решил, что убийство касается вас, потому что у убитого белые волосы, и у него нет руки. Ампутирована по плечо. Точно такой же труп был и на Оленьем. Точно такое же нападение было совершено и на вас, когда у вас были белые волосы. Поэтому я вызвал вас и детектива Стилла. Он как раз в тоннеле заканчивает осмотр. Чуть-чуть подождите – тело скоро вынесут санитары.
Вик бросила на Блека обиженный взгляд и уверенно шагнула в ледяные воды Петлянки:
– Я привыкла сама осматривать место преступления.
Камни под ногами были слишком скользкими, каблуки то и дело застревали между камней, так что Вик не задумываясь вцепилась в протянутые руки Брендона и Блека, шагая под своды тоннеля, освещенного магическими светляками.
– Как вы, нера Виктория? – странно заботливо поинтересовался Блек. Она знала по Оленьему, что он умеет заботиться, но все же, все же… Она помнила Брока после подвалов… Пришлось напоминать самой себе – это не Блек, это эмпат… Гореть ему в пекле за такое!
– В Ривеноук было хуже, – еле выдавила из себя Виктория, подходя к телу и здороваясь со Стиллом: – Недоброе утро, инспектор. Что у нас тут?
Тот выпрямился, тоже здороваясь и еле скрывая удивление – увидеть тут Вик он не ожидал:
– Недоброе утро. Альбинос. Явно тот же самый ритуал, что и на Оленьем.
Вик склонилась над телом, наполовину скрытым водой:
– Фишер. Это Фишер… Все же не убежал от чернокнижника.
  
Глава 55 Довести себя до изнеможения
 
Ноги после Петлянки оледенели, в ботинках хлюпала вода, промокшая юбка прилипла к ногам, а до Управления, где можно согреться и подсушить одежды, еще надо добраться. Вик бросила косой взгляд на такого же мокрого, похожего на ворона в своей черной шинели Блека, у которого эфир еле-еле светился в кистях рук, посмотрела на терпеливо мерзнущего на холодном ветру Кита, держащего над ней зонтик, и поняла: Блек не способен сейчас подсушить одежды, если судить по состоянию его эфира, а просить сделать это Брендона чревато запрещенными ритуалами – во все стороны от мужчины разлетались алые искры. Придется делать самой, придется учиться на ходу. Она осторожно сплела светляк, чуть-чуть подняла его температуру…
Усталым, немного хрипловатым голосом Блек, стоящий под струями дождя, сказал:
– Немного не так, нера Ренар, надо добавить ветер – так будет проще и понадобится меньше эфира. И одежду заодно не подпалите. Я могу к вам прикоснуться?
Она сглотнула, пытаясь убедить себя, что он неопасен:
– Да, конечно.
Блек стащил с себя кожаные перчатки, сунул их в карман и деликатно прикоснулся к её пальцам, меняя их положение и помогая сплести новое заклинание. У него были совершенно оледеневшие кисти: даже короткие, ухоженные ногти посинели на кончиках пальцев.
– Вот так… Наводите на объект и отпускайте… – сказал он, убедившись, что теперь получилось правильно. Вик кивнула и… Первым направила плетение на Блека, вызывая у него удивление.
– Спасибо, – он воспитанно склонил голову, а где-то внутри Вик, к сожалению, совершенно неглубоко, бился трудно контролируемый страх. Наверное, она плохо воспитанная нера, наверное, в нее не заложено прощение или крайне мало сострадания. Она смотрела на Блека и видела избитого Мюрая. Она знала, что во всем виноват эмпат, но все равно действия Блека казались фальшивыми, и она подспудно ждала от него удара. Ему будет тяжело убедить окружающих, тех, кто был в курсе случившегося в подвалах Особого, что он другой, что он не садист, если даже Вик не может принять его раскаяние. Впрочем, раскаяния она пока от Блека и не видела.
Вик подсушила костюм на Брендоне, потом занялась собой. Одежды хоть и были теперь сухими, но напоминание о Петлянке на них осталось – весь подол юбки был в грязи и прилипшем мелком соре. Это придется вычистить уже в Управлении. Все равно Эвану доложат о её купании в Петлянке, Стилл, который выбрался из тоннеля и сейчас раздавал распоряжения констеблям о поисках свидетелей, не смолчит. Вик подумала и подсушила одежды и ему, заставляя детектива непонимающе крутить головой.
Блек отвлек её – она проверяла, кто еще из экспертов и санитаров нуждался в сушке:
– Нера Ренар, я правильно понимаю, что нер Ренар или лер де Фор пока не занимались с вами, да?
– Пока не до того, – сухо сказала Вик, все же выходить за рамки профессионального общения с Блеком не хотелось. Он бросил быстрый взгляд на Кита, и тот тут же вскинулся:
  
– Я временный секретарь, и я могу научить только плохому – сами потом пожалеете.
Вик укоризненно посмотрела на Брендона – мужчина стойко перенес её взгляд, словно не он вчера научил её защитному плетению Фидеса.
Блек сам себе кивнул, чуть хмурясь и смотря в сторону:
– Если не побрезгуете, я пришлю вам из Олфинбурга свои учебники по эфирным плетениям. Для начала сойдет. И я не поблагодарил вас, нера Ренар.