Безжалостные короли (ЛП)

К сожалению, если бы я закрыл камеру, человек на другом конце знал бы, что было сделано. Я заканчиваю сканирование комнаты и перехожу в смежную с ней ванную комнату, осторожно прикрывая рукой свое устройство обнаружения, чтобы его не было видно. Я выхожу из ванной комнаты, где, к счастью, не было никаких дополнительных устройств, и подхожу к кровати Жас.
Она внимательно смотрит на меня, когда я опускаюсь на колени на кровать California King, придвигаясь ближе, пока я не оказываюсь прямо над ней. Я стараюсь не наваливаться на нее всем весом — последнее, что я хочу сделать, это причинить ей еще больший дискомфорт. Не остается незамеченным, что она не произносит ни единого слова протеста. Как и тот факт, что ее соски сейчас, наверное, могли бы разрезать стекло. Христос.
Ее дыхание сбивается, когда я наклоняюсь к ее уху и шепчу: — В правом верхнем углу дверной коробки твоего шкафа встроен объектив микрокамеры. Я полагаю, что она также имеет аудио. Все, что ты делаешь или говоришь, вероятно, записывается или просматривается в прямом эфире. Это единственное записывающее устройство, которое обнаружил мой сканер, так что твоя ванная — безопасное место для разговоров. Моргни дважды, если ты меня услышала.
Я отстраняюсь настолько, чтобы увидеть, как Жас дважды моргнула. Она ахает, когда мой рот прижимается к ее шее, слегка посасывая нежную кожу. Я делаю это для видимости, но как только мои губы оказываются на ее губах, я не могу ничего с собой поделать.
Ее спина слегка выгибается, когда я высовываю язык.
— Кингстон, что ты делаешь?
Я стону при звуке ее хриплого голоса. В последний раз я слышал его, когда был глубоко внутри нее.
— Вернись ко мне. Я чертовски скучаю по тебе, когда ты не со мной, — это правда, но слова предназначены для того, чтобы их услышали все, кто наблюдает. Я покусываю мочку ее уха, прежде чем снова понизить голос. — Мне нужен предлог, чтобы мы оба могли отлучиться в ванную, чтобы поговорить. Просто сделай это, хорошо?
Она кладет руки по обе стороны от моей челюсти и слегка кивает. Жас вздрагивает, когда моя рука скользит вверх по ее боку, слегка касаясь ее груди.
— Разве ты не говорила, что хочешь принять душ? Я могу помыть тебе спину.
Она небрежно смотрит в сторону своего шкафа, затем на дверь ванной.
— О, теперь можешь?
Я улыбаюсь.
— Я такой бескорыстный.
Черт, я действительно жалею, что заселил этот образ у себя в мозгу. Теперь я не могу перестать представлять себе Жас в душе, ее обнаженное тело, мокрое и намыленное. Она застенчиво улыбается, когда я беру ее за руку и веду в ванную.
Жас присаживается на туалетный столик, пока я включаю воду. Поблизости больше негде присесть, поэтому я опускаю свое тело на пол прямо напротив нее, прислонившись к стеклянной двери душевой кабины.
— Ты уверен, что это камера? Кто-то точно следит за мной?
— Я уверен, Жас, но кто, черт возьми, знает, как долго она там стоит? Может, это даже не запись, а кто-то следит за тобой все время, пока ты здесь живешь. Мне нужно поговорить с Джоном и посмотреть, сможем ли мы как-то отследить сигнал.
— Если это было там все это время… это значит, что кто-то видел меня голой много раз. Они видели меня… — Жас ненадолго закрывает глаза. — Боже, я чувствую себя такой оскорбленной.
Я молчу, давая ей время все обдумать.
— Меня сейчас стошнит, — внезапно она бросается через всю комнату, как раз вовремя, чтобы успеть добежать до туалета.
Я собираю ее длинные волосы в свои ладони, пока она проигрывает свой завтрак фарфоровым богам. Черт, после всего, через что Жас прошла в последнее время, я удивлен, что ей понадобилось столько времени, чтобы сломаться. Это просто показывает, насколько она сильная.
Когда у нее ничего не остается, я смачиваю уголок полотенца для рук и передаю ей. Жас вытирает лицо и идет к раковине, чтобы прополоскать рот и почистить зубы.
Жас делает несколько глубоких вдохов, прежде чем снова сесть перед умывальником. Она больше не выглядит зеленой, но она суетится как сумасшедшая.
 
Ее шоколадные глаза расширяются.
— Как ты думаешь, мой донор спермы установил это? Думаешь, он следил за мной, чтобы узнать, знаю ли я что-нибудь?
— Мы уже знаем, что у него отсутствует моральный кодекс. Чарльз Каллахан без колебаний вторгся бы в твою личную жизнь, если бы у него были основания полагать, что ты знаешь что-то, что может его уличить.
Жас упирается локтями на колени и опускает голову на руки.
— Что я должна делать? Мне сейчас чертовски жутко.
— Ты можешь остаться со мной, — предлагаю я.
Она поднимает голову.
— Но если я так сделаю, я не смогу следить за ними, чтобы увидеть, если они сделают или скажут что-нибудь подозрительное.
— Жас, тебе не нужно быть мученицей. Ты не должна рисковать своей безопасностью или ставить себя в ситуацию, которая доставляет тебе дискомфорт. Есть другие способы получить информацию.
Она качает головой.
— Мне нужно знать, что случилось с моей мамой, Кингстон. Мне нужно знать, кто несет ответственность за то, что произошло в том лесу. Если это означает, что мне придется на некоторое время поставить себя в опасное положение, то так и должно быть.
— Я не согласен.
Жас выпрямляет спину и поднимает подбородок.
— Ну, это не тебе решать, не так ли?
Я прикусываю внутреннюю сторону щеки.
— Жас, не говори глупостей. Если Чарльз подозревает, что ты можешь представлять угрозу, значит, он опаснее, чем я думал вначале. Оставайся со мной, а там разберемся.
Она стреляет в меня лазерными лучами из своих глаз.
— Не указывай мне, что делать.
Черт побери, она невыносима.
— Если ты беспокоишься о моем отце, тебе не стоит беспокоиться. Система безопасности в доме у бассейна полностью независима от главного дома. В редких случаях, когда он будет дома, ты все равно будешь в безопасности, пока ты со мной.
Она поднимает руку.
— Хватит болтать. Я приняла решение, и я остаюсь. Очевидно, что с этого момента мне нужно будет обязательно одеваться в ванной или в шкафу, но в остальном, если кто-то хочет посмотреть, как я сплю или делаю домашнее задание, пусть смотрит. Теперь, когда я знаю, что там есть камера, я буду осторожна.
— Это может быть не единственная камера, — замечаю я. — В доме могут быть и другие.
Черт, почему я не подумал об этом раньше? Если кто-то видел, что мы слоняемся возле офиса Чарльза, нам крышка.
Жас встает и поправляет подол рубашки.
— Тогда давай прогуляемся и отсканируем остальную часть дома.
Я встаю и выключаю воду.
— Ничто из того, что я скажу, не заставит тебя передумать, не так ли?
— Нет, — она произносит букву Т в конце, чистое нахальство в этом слове.
Черт, эта женщина станет моей смертью.
— Такая чертовски упрямая, — я провожу руками по волосам и дергаю за кончики. — Иногда ты сводишь меня с ума.
— Чувства взаимны, детка, — она снисходительно похлопывает меня по щеке. — Так мы собираемся прогуляться или как?
Я прищуриваю глаза.
— Отлично. Веди.
14. Жас
Кингстон неохотно ушел, закончив сканирование большей части дома и заднего двора. Хорошая новость — мы не нашли никаких дополнительных устройств наблюдения. Плохая новость в том, что я не могу отрицать, что кто-то следит за мной и только за мной. Вопрос в том, кто и зачем? Несмотря на мои прежние заявления, я действительно напугана всем этим. Остаток дня я провела, лежа на шезлонге у бассейна, а вечером смотрела фильм в игровой комнате. К счастью, этот дом такой огромный, что я ни с кем не столкнулась, кроме мисс Уильямс, когда она спросила, не хочу ли я поужинать. Я вернулась в свою спальню только тогда, когда это было необходимо, а когда я забралась в кровать, заснуть было нелегко.
— Все ли прошло хорошо с доктором, мисс Жасмин? — Фрэнк открывает передо мной дверь машины, его огромные бицепсы напряжены под рукавами.