Наследник для Плохого (СИ)
— Ты будешь всем, что я скажу. Уясни это уже наконец! — бросил издалека.
Но его взгляд опалил кожу и причинял физическую боль, от которой было сложно дышать.
— Зачем я тебе?! Полно других девушек, готовых на все! — взмолилась я.
— Полно других девушек, готовых на все, кроме…
Ринат красноречиво кивнул подбородком в мою сторону.
Кроме меня.
Лера была права. Дерзость вышла боком.
Не только мне.
Пострадали другие, я не могла этого допустить.
— Отпусти Артема, он здесь не при чем. Это только… Только между мной и тобой!
— Между нами ничего нет и быть не может, не забывайся, — оборвал он.
— Ты понимаешь, что я говорю! Артем не виноват. Я… Только я.
— Только ты?
Ринат усмехнулся лениво. Я возненавидела его за эту усмешку и одновременно залюбовалась мерзавцем.
— Значит, ты настаивала на свидание, вешалась ему на шею… — подступил почти вплотную, наклонившись. — Целовала его тоже ты?
Все-таки он видел тот поцелуй.
— Нет. Он был инициатором, но…
— Он. Значит, разговаривать не о чем. Артем поплатился по делам! — отрезал Ринат.
— Отпусти его.
— Его никто не держит! — расхохотался Ринат. — В свободном полете.
Ужас…
В голове начали роиться кошмары.
— Что ты сделал?
— Ничего.
Я опустила взгляд на опухший кулак Рината со сбитыми костяшками.
— Не похоже, что ничего. Умоляю…
— Продолжай. У тебя хорошо получается.
Ринат снова развернулся и решительно двинулся в сторону многоэтажки. Я засеменила следом, со слезами пытаясь добиться правды.
Перед подъездом Ринат резко притормозил и схватил за плечо.
— Задолбала ныть! Артему я всего лишь подсказал направление, в котором нужно шагать, чтобы добраться до города. Пошевелится, к утру доберется. У него будет время подумать о том, что трогать ни в коем случае нельзя.
— Ни за что не поверю!
— Я по-твоему убийца?
— Может быть, — прошептала пересохшими губами.
— Может быть, да. Если еще раз увижу тебя рядом с ним. А сейчас шагай! — распахнул перед моим носом дверь подъезда. — Отработаешь!
— Постой!
Я уперлась ногами, он прижался крепче и просто приподнял меня, извивающуюся изо всех сил.
— Продолжай разжигать аппетит, мне нравится, — рассмеялся хрипло, когда моя попа скользнула возле его бедер, задев грубую ширинку джинсов.
В тот же миг я перестала извиваться, просто обреченно и безвольно повисла на сильных руках.
Ринат перехватил меня поудобнее, подняв на третий этаж, открыл ключом одну из квартир.
— Вперед.
— Зачем мы здесь? — спросила я со страхом.
Друзья, Ринат привез Розу в квартиру, чтобы... Какие у вас догадки на этот счет?
=18.1=
=18.1=
— Добро пожаловать на место отработки! — захлопнул дверь громко.
— Какой еще отработки?!
Ринат не ответил, прошел внутрь, двинув меня плечом грубо.
Я огляделась.
Квартира была не новой, захламленной, повсюду лежала пыль.
Здесь давно никто не бывал, кажется, она служила то ли складом, то ли свалкой!
— Надевай это и принимайся за уборку!
В лицо мне прилетела мятая футболка.
Я словила ее, расправила и узнала…
Ту самую футболку, которую я испортила.
— Раздевайся.
— Не стану… — ответила я.
— До трусов, — продолжал давить взглядом Ринат.
Решив, что одного взгляда мало, он подошел ко мне вплотную и прижал к стене.
— До трусов, я сказал. Потом наденешь эту сраную футболку и наведешь здесь порядок.
— Здесь и за месяц не справиться! Гадюшник… — пискнула я.
— Ты искала подработку. Значит, тебе нужны деньги. К тому же ты по закону отработать две недели должна… Отработаешь здесь! Начнешь сегодня, закончишь, когда хата будет блестеть, когда каждый пыльный угол будет вылизанным! — выдохнул в лицо.
Он точно сумасшедший.
Зачем я его разозлила?!
— Всего лишь уборка? — спросила едва дыша.
— Начнешь с уборки, — ответил туманно. — Ну так, что, будешь переодеваться по доброй воле или я сам тебя… переодену. Но все говорят, я неуравновешенный. Могу порвать. Голой придется убираться.
— Сама, — выдохнула я, не поднимая взгляда.
Горела кожа, тело пылало. В особенности там, где наши бедра соприкасались.
Ринат обхватил меня за подбородок и посмотрел прямо в глаза.
— Хорошо справишься, получишь премию.
— Мне от тебя ничего не нужно! — выпалила я.
— Да неужели? — иронично поинтересовался Ринат и обжег дыханием мои губы…
Я решила, что Ринат хочет меня поцеловать. Мужское дыхание было горячим и пряным, к запаху перечной мяты примешивался привкус табака.
Я явственно почти ощутила его поцелуй, внутри все заныло, скрутило в тугой узел. Кожа покрылась мурашками…
Но он меня не поцеловал, замер возле губ в самый последний момент и не отпускал.
Просто изводил ожиданием.
— Я не буду с тобой целоваться! — выпалила я, отвернув лицо в сторону.
Он поймал меня жесткими, сильными пальцами и заставил посмотреть вверх, себе в лицо.
— А с кем будешь?
— С кем захочу.
— Неправильный ответ, — сдавил пальцами скулы сильнее и прошелся большим пальцем по нижней губе, надавливая. — Целовать будешь только меня. Но лишь тогда, когда я этого захочу.
Наглец!
Большой палец Рината надавил сильнее и проник в мой рот.
— Обхвати его и подержи во рту.
Внутри что-то оборвалось, сердце забилось чаще.
Я отрицательно закачала головой.
Темные глаза парня полыхнули недобрым огнем.
— Я сказал…
— Пусть тебе та блондинка из клуба подержит во рту и не только палец! — выпалила я, закрыла лицо руками и расплакалась.
Я совершенно не знала, чем закончится это позднее приключение, даже не могла быть уверенной, выберусь ли я живой из лап этого негодяя.
Уже не думала выбраться целой и невредимой.
Его намеки были яснее ясного.
Ринат хотел развлечься со мной, как с одной из доступных девок, и считал, что имеет на это полное право.
Я просто хотела домой…
Даже не к бабушке с дедушкой, а домой, в город.
Лучше бы осталась там!
Если бы не мама, убежденная в мысли, что я должна быть наказана за наговоры на ее нового мужчину.
Мои слова не были наговорами, не были клеветой. Но мама так не считала.
— Хватит ныть, — оборвал мои всхлипывания Ринат.
Он отошел в сторону и закурил прямиком в квартире, не желая даже выйти на балкон или подойти к окну.
— Марш в ванную, — процедил сквозь зубы. — Там тряпки, швабры, веники. Все есть. Начнешь со спальни. Может быть, для уборки сгодишься, — скривил полные губы.
Я не могла поверить, что пропала угроза наглых липучих поползновений и покушений на мою честь.
— Чего встала?! Иди давай! — повысил голос Ринат.
Он смотрел на меня с клокочущей ненавистью и жаждой.
За что?
Я же не совершила ничего откровенно ужасного!
Словно на деревянных ходулях я двинулась дальше по коридору, без труда отыскала крохотную ванную, совмещенную с санузлом. В ванной стояли новые ведра, лежали тряпки, щетки, перчатки и средства для мытья.
— Но сначала рот прополощи.
Я смутилась. Никогда не думала, что у меня плохое дыхание.
Но Ринат процедил сквозь зубы другое:
— Тщательнее. После того, как сосалась с тем мажором! — сказал резко, как будто с ревностью, и вышел, долбанув кулаком по двери.
Дерево затрещало от его удара.
Друзья, как считаете, это ревность?
=18.2=
=18.2=
Я больше не стала испытывать терпение плохого парня, отыскала новую зубную щетку, выдавила пасту и почистила зубы. Потом набрала в ведро горячей воды, взяла несколько тряпок и вышла.
Нужно было убрать захламленную квартиру и начать со спальни.
Я осторожно зашла в комнату, прислонила к стене щетку с совком.