Эпоха Магии и Пара (СИ)

— Ты! Чудовище! — прорычал Кольм.
— Ты знал, с кем связываешься, — равнодушно парировала Джэйна. — Итак?
Маг опустил взгляд. Голову он опустить не мог, так как она была зафиксирована.
— Мне… Я знал… Чувствовал метку, — хриплым голосом ответил Кольм.
— У меня не один документ с меткой, — возразила Холланд.
— Мне дали… параметры на запрос, — ответил маг.
— Ясно, — произнесла Джэйна. — Ты его сделал, потом подставил Вигиуса. Сколько прошло, Кольм? Пятнадцать лет? Даже, наверное, все двадцать?
  
Мужчина скривил губы, показывая своё отношение.
— Как был завистливым дураком, так и остался, — резюмировала Холланд. — Но хотя бы чему-то научил Вигиуса.
Женщина подошла к столу, затушила папиросу в плоской медной пепельнице. И пошла на выход. А к столу подошла Изабэль Холланд.
— Изабэль…
— Подонок, — холодно произнесла девушка.
Она выглядела спокойной, только взгляд Изабэль выдавал, что она очень зла. И это мягко говоря. Изабэль же знает Кольма с самых юных лет. Ей было едва за три года, когда Кольм Флафер был приставлен к Вигиусу.
— Значит, все эти годы, — процедила Изабэль. — Ты считал наши деньги? Ты ел с нами за одним столом, ты знал про Аль… А сам готовил нож? Ублюдок.
— Я… — Кольм сглотнул. — Я не мог поступить иначе.
Мужчина опустил взгляд.
— Прости, Изабэль…
— Ничего, дядюшка, — спокойно ответила девушка.
При этом обращении Флафер вздрогнул.
— Это было и мне полезно, — добавила Изабэль. — Я чувствовала какую-то фальшь. Теперь же я чётко понимаю, что не чувствовала, а видела. Просто не понимала, что это. Благодарю, дядюшка… За последний урок…
… Изабэль вышла из камеры в коридор.
— Удивительно, как люди в таком возрасте, — произнесла девушка, обращаясь к матери, которая тут её ждала. — Руководствуются чувствами, а не логикой.
Женщины пошли по коридору.
— Эгоцентризм, Изабэль — это порок, — заметила Джэйна Холланд. — Человек сам отсекает возможные варианты действий, ставя себя в исключительный приоритет. А в конечном итоге, это отупляет. И да, человек выходит на поведение, когда роль играют лишь сиюминутные желания. Вот ты думаешь, Кольм это сделал ради большой любви? Нет, он придумал это себе. Оправдание, взятое… Из любовных романов. Любовь оправдывает всё. Сам себя убедил, что он не виноват.
— А в основе зависть, — хмуро произнесла Изабэль.
— Именно так, — кивнула Джэйна. — А то, что ему удалось всё это провернуть — это уже моя слабость.
— Но нельзя же каждого человека постоянно проверять? — возразила Изабэль. — И всё-таки Кольм столько лет…
— Мне так было проще, Изабэль, — вздохнула старшая Холланд. — Я… надеялась. А признаки были. Хотя бы взять твою историю с Альберто Каниони. Уже тогда Кольма следовало начать отодвигать, когда он «поделился» опасениями. Но… Тогда бы встала проблема, а на кого заменять? Но вот. Если ты не решаешь проблему, она решится сама. И решится ВСЕГДА плохо, Изабэль. Запомни это.
— Лёгкий путь — всегда неправильный? — отозвалась девушка.
— Хм, да, — покосилась на дочь Джэйна. — Прекрасное определение. Где ты это услышала?
— В этой поездке, — ответила Изабэль. — У Альберто появился… Весьма интересный друг. Энтони Кольер. Он это сказал.
Джэйна хмыкнула.
— Сколько ему лет? — спросила женщина.
— Где-то двадцать три — двадцать пять, — ответила Изабэль. — Любопытно, что Федерика к нему явно неравнодушна. А ещё он маг.
Старшая Холланд приподняла брови.
— И весьма озадачил своими речами Гросвенора и Гоуэр, — добавила Изабэль. — Мне кажется, что за Энтони Кольером нужно плотно понаблюдать. Что-то с ним… Есть странности.
— Энтони Кольер? Наведём справки, — произнесла Джэйна Холланд.
— Он пять лет прожил в столице, — добавила Изабэль. — А сейчас находится в учебном лагере. Но при этом не служит в армии.
— Хм, понятно, действительно, есть, что рассмотреть, — согласилась Холланд-старшая. — Выясним.