Тщеславный (ЛП)
– Пусть совесть терзает богословов, – сказал он. – Немало битв выиграли благодаря уловкам и прагматизму, а не принципам. А обманывать врагов Императора – богоугодно, не так ли?
– Так я и думаю, – ответил я, ободрённый всеобщим согласием.
– Значит, решено, – подвёл итог Мори и встал со впечатляющей для его габаритов скоростью. – Мы принимаем план комиссара и берёмся за исполнение.
Именно поэтому через несколько часов я был по главе въезжающей в пещеру колонны «Карго-8с», пугающе похожих на тот, в котором мы удирали из гробницы. Когда мы выехали из транспортной трубы, я понял, что оглядываюсь в поисках нашего грузовичка, но вокруг не было ни следа, если не считать пятен топлива и масла. Это не слишком меня удивило – машину явно убрали, чтобы она не загораживала туннель, и теперь она делала жизнь какого-нибудь машиноведа сложнее, чем он заслуживал[146].
– Не ожидал вернуться сюда так быстро, – сказал Юрген, чьё присутствие за рулём успокаивало, как всегда.
– Как и я, – поддержал его я, стараясь выглядеть спокойнее, чем чувствовал себя на самом деле. Мы сделали большую ставку даже по моим меркам; всё зависело от того, действительно ли Азнибал так надменен и самоуверен, как я предполагал. Я надеялся на это, но не мог за это ручаться. За свою долгую и постыдную карьеру я встречался с большинством врагов Человечества и порой вёл переговоры, но даже ксеносы и совращённые Хаосом сумасшедшие имеют эмоции и мимику, которую я могу подмечать. Металлическое лицо Азнибала вынуждало полагаться только на его слова, а я слишком хорошо знал, как ими можно играть[147].
Впрочем, сейчас уже нет смысла волноваться – решения приняты.
Пещера была не такой оживлённой, как мне запомнилось, – теперь здесь было меньше техножрецов и ремесленников, трудящихся в забое, носящих добычу и направляющих сервиторов. Юрген вёл машину куда более спокойно, чем в тот раз; техножрец в красно-коричневой рясе лениво поднял руку в знак приветствия – я узнал Норгард в маскировке намного более убедительной чем та, что состряпали себе мы с Юргеном в начале нашей вылазки. Я ответил на жест и кивнул. Все, кого я здесь видел, были скитариями – их оружие пряталось под рясами или среди шахтёрских инструментов, что они использовали с удивительным мастерством[148]. Кроме того, здесь оказалось больше сервиторов, чем я помнил – они всё так же игнорировали наше присутствие, но большинство из тех, что я видел, просто бродили туда-сюда, а не занимались какой-то работой. Части их тел были закрыты брезентом или скрыты ящиками и свёртками, что они носили из ниоткуда в никуда с присущими сервиторам целеустремлённостью и усердием.
– Кажется, шестерёнки уже готовы, – бросил Юрген, и я кивнул.
– Надеюсь, Астартес тоже, – добавил я, когда мой помощник подвёл машину почти к том уже самому месту, где парковал свой грузовик Клоуд – это было всего несколько очень насыщенных дней назад. Я глубоко вдохнул, успокаивая нервы, пока остальные машины останавливались позади нас, и выбрался из кабины.
Дежавю было сокрушительным. Череда грузовиков с ящиками разных размеров – от обычных снарядных до таких, что высотой превосходили меня самого; сервиторы, собирающиеся разгружать машины; и тёмный зев туннеля, что вёл к некронской гробнице, и её зловещий, болезненный свет, видимый где-то на том конце. В горле пересохло, и я сглотнул, после чего почувствовал знакомый запах – это Юрген заглушил машину и выпрыгнул наружу. Лазган болтался у моего помощника на плече, а мельта осталась в кабине. Конечно, я был бы рад видеть её в руках Юргена не меньше, чем он сам, но это был просчитанный риск – мы должны выглядеть относительно безобидными, но явись мы совсем без оружия, Азнибал точно почует ловушку. Как был высокомерен и самоуверен он не был, глупцом его было не назвать.
– Что теперь? – спросил Юрген, бросив равнодушный взгляд на замаскированных скитариев за рулями других машин. Все оставались на своих местах с тем безграничным терпением, которым людей наделяет аугметически улучшенный мозжечок[149], хотя я не сомневался, что они постоянно оценивали всё происходящее вокруг в поисках признаков угрозы.
– Теперь надо разгрузить машины, – сказал я, – отступить и ждать. Посмотрим, заглотят ли пауки приманку.
Мой помощник снова посмотрел в туннель, а лёгкий прищур глаз был единственным признаком того, что он не так прост, как тот флегматичный солдат, которым выглядит. – Там уже что-то есть, – сказал он.
И он был прав. Мертвенный свет в глубине тоннеля моргал, будто его что-то загораживало, а отблески уже плясали на металле. К нам направлялось несколько фигур, и я с трудом давил порыв схватиться за оружие. Сделай я это, то был бы мёртв, не успев вскинуть пистолет.
– Мы прикроем вас, – сказала Норгард в вокс-бусину, и я наклонил голову на несколько миллиметров, но промолчал. Фактически, она пообещала, что за меня быстро отомстят, но я хотел думать, что стоящие наготове меткие стрелки оборвут атаку некронов до того, как она начнётся.
Тем временем, сервиторы уже добрались до грузовиков и начали разгрузку. Моё внимание особо привлекал ящик метр на метр на метр, и я понял, что бессознательно сжимаю пальцами маленький предмет в кармане шинели, но осознав это, я тут же его отпустил. Сервитор с этим ящиком застыл на месте, как и его сородичи, ожидая дальнейших приказов.
Но прежде, чем я успел указать на место, где свой груз складывал Клоуд с подельниками, моё внимание привлекло какое-то движение. Первый из металлических пауков которых мы ожидали увидеть, появился из туннеля. Игнорируя всё вокруг, он вырвал ящик из рук-захватов сервитора и нырнул обратно в туннель. Застигнутый врасплох, я едва успел надавить на кнопку активации на устройстве у себя в кармане, и стал надеяться на лучшее.
– Комиссар. Ты снова удивил меня, – из туннеля вышел Азнибал и посмотрел нам меня – его глазницы пылали, как у демона на маскараде[150], отражая древние энергии, которыми светился его посох – я решил, что это какая-то регалия, но ещё он напоминал оружие, а я привык опасаться оружия, и не поверил, будто в руках некрона просто знак высокого положения – но даже если так, он достаточно тяжёл, чтобы им можно было драться. Азнибал указал посохом на череду грузовиков и сервитора, что вернулся аз следующим контейнером. – Я не ожидал даров так скоро.
– Видишь ли, – начал я, намереваясь не показывать своё удивление от того, что всё начинает идти не по плану. Я был готов поставить кругленькую сумму на то, что Азнибал уже вернулся на свою станцию через портал; если он всё ещё на Эвкопии, это значит, что он готовит вторжение рано или поздно. – Ты поставил передо мной выбор, и я его сделал. Можно и начать, раз уж мы решили продолжить наше сотрудничество.
– Разумное решение, – голос некрона был пустым, как и всегда, но кажется я с надеждой заметил нотки самодовольства, – хотя я ещё не объявлял Тезлеру своих требований.
– Магос Тезлер нездоров, – сказал я как мог дипломатично. – Я предлагаю пока что работать со мной или магосом Форшпунгом.
– Убили перебежчика, верно? – спросил Азнибал, хотя ответ был очевиден и не слишком интересен.
– Ещё нет, – ответил я, – но мы не доверим ему быть посредником. Мы куда с большей радостью будем говорить с тобой напрямую.
Азнибал кивнул.
– Конечно. «Единожды предатель…»
– Именно, – согласился я. – И поскольку нам нужно было дать знать, что мы принимаем условия, мы решили, что ты одобришь этот жест доброй воли.
– Это так, – Азнибал снова посмотрел на меня сверху вниз. – Мне говорили, у тебя репутация человека, которому можно верить. Видимо, именно поэтому ты возглавляешь это посольство?
– Я прагматик, – сказал я. – Мне не нравится твоё предложение. Честно говоря, оно мне поперёк горла. Но я не могу стоять и смотреть как ты уничтожишь целый мир, полный невинных гражданских, особенно если при этом всё равно получишь всё, что хочешь. Я здесь, потому что это меньшее зло, и я смогу с этим жить, – на миг я задумался, не переигрываю ли, но Азнибал сменил позу на ту, что я счёл менее настороженной. Возможно, он поверил.