Анифа. Пленница Севера (СИ)

Пока младший брат целовал женщину и ласкал ее ноги, Сигурд обхватил ее груди, предварительно ослабив завязки на вороте и спустив ткань сорочки ниже, на ее живот. Он аккуратно, но уверенно сжимал нежные полушария, дразнил напрягшиеся от прикосновений и возбуждения соски. И покрывал поцелуями обнажившуюся кожу шеи и плеч.
Братья не раз делили одну женщину на двоих. Подобный опыт был у них и в юности, когда они только входили в пору мужественности и познания женских прелестей, и в уже более зрелом возрасте. Вот только они впервые — и братья осознавали это ясно и четко — не пытались эгоистично получить наслаждение и удовлетворение. Они мирились с присутствием друг друга в данный момент, прямо сейчас, на твердом полу, в тепле жарко растопленного очага, чтобы доставить удовольствие желанной и любимой женщине, из-за которой они и остались в Торхилде.
Маленькая и хрупкая, она с пылкостью отвечали на их ласки — жадно целовала Свена в ответ и раздвигала навстречу его касаниям ноги. Выгибалась в пояснице и стонала, когда Сигурд сжимал ее груди. И слегка дергалась от импульсов возбуждения, проносящихся по ее телу.
И мужчины ловили эту дрожь — с жадностью и трепетом, делая ласки все более и более уверенными и откровенными. Вот рука Свена уже коснулась слегка влажных и припухших складочек ее лона, хорошо видные в свете пламени, а его пальцы мазнули между дрожащими лепестками, сильнее размазывая прозрачные соки. Вот уже Сигурд пьет женские стоны, сменив брата и жадно пожирая ее рот губами. Его ладони по-прежнему страстно сминают ее грудь, крутят между пальцами соски и прижимают к своему торсу, на который она откинулась, принимая мужские ласки.
Анифа вскрикнула, когда Свен проник в ее глубину сразу двумя пальцами. И задвигал ими, растягивая дрожащие стеночки и одновременно потирая большим пальцем набухший клитор.
— Тебе хорошо? — прошептал Сигурд в распахнутые женские губы, сквозь которое вырывалось тяжелое и прерывистое дыхание, — Тебе нравится?
Анифа лишь судорожно кивнула, распахнув блестящие глаза, в уголках которых скопились непролитые слезинки. Но на этот раз это были не печальные слезы, а слезы удовольствия. И, обхватив Сигурда за шею, она притянула его к себе, чтобы уже самой поцеловать его, игриво обводя языком губы и толкнувшийся ей навстречу мужской язык. Это жадный порыв и глубокий поцелуй, а также толчки между ее ног заставили ее снова застонать, оглушая себя и ласкающих ее мужчин этим томным и сладострастным звуком.
— Проклятье! — возбужденно прорычал Свен, сделав особенно сильный толчок и с сочным хлопком вынув пальцы из засасывающей их тугой и пульсирующей глубины.
На этот раз Анифа всхлипнула обиженно и недовольно. И даже дернулась вверх бедрами, стремясь к возобновлению фрикций.
— Я переверну тебя, — предупредил Свен рычащим от возбуждения голосом, но вряд ли женщина услышала его. Зато Сигурд услышал. И слегка отклонился назад.
С томным вздохом Анифа оказалась на коленях. Сбившаяся сорочка бестолку скомкалась в районе талии, прекрасно демонстрируя и округлые ягодицы, и широкие бедра, и тонкую спинку с изящным росчерком позвоночника, и мягкие формы плеч.
И это было потрясающее зрелище — Свен даже дыхание задержал от возбужденного восхищения, огладив и сжав мягкие мыщцы ягодиц. Женщина снова дернулась и недвусмысленно повела бедрами из стороны в сторону, из-за чего влага на ее промежности заблестела капельками росы.
Не в силах сдерживать рвущееся вожделение, Свен резко дернул завязки на штанах и стянул ткань вниз, освобождающий ноющий в предвкушении член. Тот почти горел и багровел тугой головой с выступившей смазкой, и мужчина поспешно приставил ее к женскому входу.
Очередной стон.
Упругий толчок.
И он вошел — неглубоко, но уверенно и легко, без труда проникая между узкими, как у молодой девушки, стеночками.
— Боги! — потрясенно выдохнула Анифа, вздрогнув и сильнее оттопырив свой зад.
— Да! — глухо рыкнул Свен, сильнее сжав его. И инстинктивно толкнувшись снова.
От этого движения женщина дернулась вперед и ткнулась лицом в грудь Сигурда. Ее руки, упирающиеся по обе стороны от мужчины, задрожали и она рухнула бы, если бы не ладони старшего из братьев, удержавшиеся ее.
 
Наслаждение от первых толчков — неторопливых и тугих из-за сжатого входа — затопил женщину и она снова протяжно застонала. Крепко держа ее, Свен стал уверенно и четко двигаться в ней, буквально насаживая на свою каменную плоть, но Анифа, покорно подчиняясь, всхипывала от каждого толчка, жмурясь и тряся головой.
— Твой рот, маленькая, — возбужденно прохрипел Сигурд, невольно привлекая недовольное внимание Свен, — Я хочу твой рот.
Анифа лишь на краткий миг вскинулась, чтобы посмотреть на него, но поняла без труда. Похоть окончательно охватила ее, и она ловко и быстро выпростала член второго брата из штанов, чтобы без промедления прижаться губами к блестящей головке. Сигурд был возбужден не меньше Свена, и когда мягкий женский рот вобрал в себя его член, то порывисто втянул сквозь стиснутые зубы воздух. А Анифа лишь в очередной раз приглушенно из-за плоти во рту вскрикнула, ведь Свен от этой картины толкнулся в нее с такой силой, что почти полностью заглотила ее.
— Проклятье! — одновременно пророкотали над ней братья, заставив ее вспыхнуть еще сильнее.
И вот ее сокровенная фантазия сбылась. Мужчины брали ее — вместе, вдвоем, одновременно с двух сторон. Их уверенные и крепкие руки, толчки и грудной рокот сотрясали ее тело сладкими конвульсиями, а голоса и запах окутывали дурманом. Она с легкостью и без болезненных ощущением принимала Свена, с жадностью поглощала и ласкала языком Сигурда. Братья двигались синхронно и умело — вряд ли они впервые развлекались таким образом. Но об этом Анифа не думала. Она наслаждалась, откинув прочь все мысли. И хотя после ей привычно станет стыдно и неприятно, сейчас она полностью отдавалась потрясающему и сладострастному экстазу.
И сейчас мужчины разделяли его с ней. Они брали ее страстно, но нежно, без грубости и жестокости, хотя в какой-то момент Сигурд с силой обхватил пальцами одной руки ее затылок, а другой — накрутил на кулак косы, подмахивая бедрами. А Свен бился о ее бедра своими, входя громко, с хлопками бьющейся друг об друга плоти, по-звериному порыкивая и шумно выдыхая.
И именно он кончил первым — громко и яростно, до боли сжав округлые женские ягодицы. Его семя упругими толчками вырывалось в лоно Анифы, пока он продолжал снова и снова толкаться вперед — на всю глубину, до самого конца. Но женщина, жалобно поскуливала, продолжала ласкать ртом член Сигурда, беря его до самой гортани, захлебываясь и нервно сглатывая выступающую слюну.
И она едва ли смогла заметить, как Свен выскользнул из нее, отступая. Положив руку на свой член, он машинально провел ладонью по стволу, будто выжимая остатки семени, и немного ошалевшими глазами оглядел по-прежнему качающуюся перед ним в особом ритме женскую фигуру с сочащейся из припухшей плоти его белесой спермой. Мужчина впервые видел ее настолько обнаженной, ведь всегда они делали это украдкой, в каком-нибудь укромном уголке. И впервые — в комнате с кроватью, с пониманием того, что самое интересное только впереди.
Именно эта мысль ошеломила его сильнее всего. Он знал — одним коротким раундом они с Анифой не ограничится. В их руках была вся ночь и, возможно, утро. И да, он был готов любить ее на протяжении многих часов, снова и снова, не ведая устали. А представив, в каких позах и каким образом они с братом будут брать эту женщину…
В животе уже снова завязывался узел удовольствия, а кончик члена нервно дрогнул в предвкушении. Конечно, прямо сейчас он не был готов продолжить, но нескольких минут отдыха ему вполне хватит…
И странно…
Он едва ли перенес саму мысль, что Анифа была с его братом. А уж от идеи быть с ней одновременно… Еще никогда ревность и собственнические инстинкты не бушевали в нем настолько сильно.
А сейчас Свен с каким-то мрачным удовлетворением наблюдал за тем, как Сигурд трахал ее рот. И она явно получала от этого удовольствие. Более того — она была настолько сильно возбуждена, что скользнула пальчиками к своей промежности, чтобы приласкать саму себя. Она сжимала между фалангами клитор и с силой терла припухшие и мокрые складочки, иногда проникала самим кончиком в тугую дырочку и снова терла…