Заклинатель 4 (СИ)

— Через новый опыт мы становимся иными, — пробормотал я.
— Что? — Тара тут же на меня покосилась. Кончики женских губ недовольно изогнулись, из-за накинутого плаща она видела лишь нижнюю часть моего лица и не могла в полной мере оценить его выражение. Скрытая наполовину голова мага давно бесила воительницу, но сделать она ничего не могла, приходилось мириться.
— Ничего, просто мысли вслух, — проронил я, спокойным голосом.
  
Рыжая явно собиралась сказать что-то язвительное, и даже открыла рот, но тут из головы колонны прискакал всадник.
— Нашли! — доложил он, запыхавшись, и тут же добавил: — Сруб из бревен, похож на казарму, несколько уродцев вокруг, в центре кострище.
— Сколько их? — быстро уточнила Тара.
— Не больше пары десятков.
Воительница задумалась. Предусмотрительно высланные вперед разведчики пешим ходом сумели подобраться достаточно близко, чтобы рассмотреть логово врага до того, как обнаружат всадников. Это хорошо, это значило, что противник чувствует себя достаточно уверенно, что даже не выставил часовых. Считает себя в безопасности.
— Там еще кое-что, — с заминкой заметил наемник.
Рыжая нахмурилась, предчувствуя неприятности.
— Что? — отрывисто бросила она.
Боец замялся, но под требовательным взглядом валькирии сообщил:
— Кажется там человеческие кости на земле.
Людоеды? Мои брови скакнули наверх. Неожиданно. Хотя… если подумать, такое вполне можно ожидать. Чаща проклята, животных нет, или почти нет, все давно либо мутировали, либо сбежали. Что жрать? Ягоды и корешки? Неизвестно еще как они изменились за годы под воздействием сконцентрированного магического излучения.
Впрочем, вряд ли вредоносное излучение распространялась на всю чащу, для этого не хватит никакого источника или накопителя, скорее вредоносное влияние имело ограниченный радиус, не выходящий за определенные границы. Иначе тут давно бы бегали двухголовые медведи и другая гадость. От монстров бы житья не стало, и никакое проклятье со смертью во сне с ними бы не сравнилось.
— Убивать всех, пленных не брать, — жестко приказала Тара.
Каннибалов не жаловали ни в одном из миров. Воин серьезно кивнул, он и сам был за такое решение.
Я осторожно тронул рыжую воительницу за локоть.
— Сначала мне необходимо посмотреть на место перед атакой, — сказал я. — Вдруг там опять магия.
Подумав, она кивнула.
— Хорошо. Думаю, так будет правильно.
Я соскользнул с седла, помедлил и протянул поводья Таре.
— Присмотри за моей лошадкой, пока меня не будет.
Тем самым как бы перекладывая вместе с лошадью ответственность за вещи, что на ней находится, включая мешок с содержимым, на предводительницу отряда. Воительница поняла скрытый намек, на секунду поджала губы, но приняла повод. Теперь, если что-то пропадет, это будет ее вина.
Не самая серьезная защита от потенциального воровства, но за неимением лучшего приходиться прибегать к такой уловке. Другие наемники попытались бы покопаться в вещах чужака. Не утверждаю уверенно, но такая вероятность присутствовала. Тара же этого делать не станет, и проследит, чтобы другие тоже не совали нос куда не следует.
— Пошли, — я кивнул воину.
Колонна всадников остановилась, в преддверии атаки солдаты удачи принялись готовиться, воевать пешими им более привычно, чем верхом.
Мы скользнули мимо основной части отряда и углубились в лес, заходя к логову с боку. Вел наемник, плюс один из разведчиков. Именно он вскоре знаками дали понять, что дальше придется ползком, чтобы не выдать нашего присутствия.
Ползание на брюхе по грязной опавшей листве не самое приятное времяпрепровождение, но куда хуже, если бы под нами оказалась сырая земля. Вскоре мы затаились за толстым корнем могучего дуба, наблюдая за открытым пространством, где стоял дом хозяев проклятой чащи.
Это была поляна, посреди сруб из толстых бревен, потемневших от времени и непогоды. Массивное сооружение чем-то действительно напоминало казарму, вытянутое здание без всего лишнего. Даже крыльца как такового нет, только небрежно утопленные в землю грубые доски. Крыша покатая под наклоном, чтобы снег или вода скатывались с одной стороны. Окна узки, похожи на бойницы, затянутые полупрозрачной пленкой из бычьего пузыря или чего-то похожего.
Обитатели в большинстве находились снаружи, что-то делали, занимались по хозяйству. Слева виднелся колодец, чуть дальше позади еще одно приземистое строение маленького размера с необычными горизонтальными дверцами, открывающимися вверх. Погреб?
В центре уже упомянутое кострище, выжженный круг земли. По бокам воткнуты палки — держатели для отсутствующего вертела. Воображение живо нарисовало, как в иное время здесь разводят огромный костер, над которым целиком поджаривают человека.
Будто отвечая на последние мысли, лежащий рядом наемник глухо спросил:
— Выходит уродцы не только хотели нас обобрать, но и сожрать?
— Выходит, — рассеяно ответил я, изучая груду белесых костей на краю поляны, в которой без труда угадывались человеческие черепа.
Черт, сколько же народу они здесь сожрали? Даже так счет идет на десятки, а если там яма и видна лишь вершина, то вообще на сотни.
— Мерзкие подонки, их всех надо перебить, — сказал разведчик. И столько убежденности прозвучало в его голосе, что не нашлось ни единого возражения.
Все верно, каннибалов надо убивать. Чтобы они не убивали и не жрали людей. Наказание за подобное — смерть.
— Думаю они не только жрали, но и делали заготовки для долгого хранения, — заметил наемник, указывая на видневшуюся вершину погреба.
Кажется, парня звали Глен. Хотя какой к черту парень, вполне взрослый мужик, побывавший во множестве переделок. В средневековые времена взрослеют быстро, сходил удачно в поход, выжил и вернулся с добычей — считай взрослый мужчина, и не важно сколько там тебе лет, даже если тринадцать, после такого все равно полноправный воин.
— Думаешь там разделанные трупы? — изумился разведчик. В голосе неприкрытое отвращение.
— А что? Ход явно ведет вниз, под землей холодно. Подвешивают мертвяков на крюки, как коровьи туши, и хранят всю зиму, разделывая мясницкими тесаками на столе заготовки по мере необходимости, — сказал Глен.
Прозвучало мерзко даже для моих ушей, слишком ярко высветилась в голове описанная картинка.
— Сраные ублюдки, тварей самих надо на разделочный стол, — сплюнул разведчик.
Их болтовня начала надоедать.
— Заткнитесь, мне надо сосредоточиться, — буркнул я.
Оба послушно умолкли, уткнувшись в опавшую листву, только тяжелое дыхание доносилось с той стороны.
Я напряженно замер, переключившись на колдовской взор, изучая окрестности вокруг здания. На первый взгляд ничего, но помня, насколько умело замаскировано плетение под естественный фон, продолжал до рези в глазах вглядываться в спокойно текущие энергетические потоки.
Странность обнаружилась где-то на третьей минуте, это не походило на классический узел пересечения токов силы, скорее на некий замысловатый клубок, скрытый на верхних уровнях магического фона, где энергия переходит в тонкий мир.
Структура хорошо запрятанного заклинания выглядела одновременно замысловатой и простой. Внешний контур — как общая схема из учебников для неофитов. Зато внутренняя начинка изумляла сложностью исполнения. Но самое главное, было совершенно непонятно для чего создавалась столь мастерски исполненная колдовская система.
Да, это была целая система, каскад заклинаний, переходящих один в другое, причем так плавно, что границы перехода не выделял глаз. Я не понимал, как такое вообще возможно, но отдавал должное искусной работе неизвестного мастера.
  
— Сколько же времени на это ушло? И почему до сих пор не разрушилось? — слова вырвались сами собой.
Услышавшие бормотание колдуна наемники напряглись, но тут же расслабились, продолжения не последовало.
Я изучал творение незнакомого мага, пораженно качая головой. Больше всего это походило на сложный конструкт, начинающийся из материального мира, с локальной привязкой через множество узловых точке в виде рун, разбросанных по дубовой чаще, плавно вырастающий в нечто, уходящее в верхние слои тонкого мира.