Идеальный питомец для космического генерала (СИ)

Несмотря на страх, я не могу сдержать усмешку. Всё это кажется мне бредом. Неужели кирийцы вообще ничего не знают о Земле? Какое ещё «земное правительство»? Рептилоиды и масонская ложа, что ли? Он пристально глядит на меня. Я ощущаю, как во взгляде у него появляется злоба. Он резко поднимается и толкает стол в угол. Я успеваю лишь подумать: «Вот сейчас начнётся», — прежде чем получаю первый удар в живот.
  
Я вместе со стулом падаю на пол. К счастью, падение не приносит боли. Хотя дознаватель сразу спешит мне это компенсировать. Он бьёт методично, каждое его движение словно тщательно выверено.
— Не делай вид, будто не понимаешь, — проговаривает он сквозь зубы. — Я знаю, что ты говоришь по-кирийски. Не строй из себя глупое животное.
И снова я не отвечаю. Голова гудит всё сильнее. Слёзы текут из глаз. Из груди рвётся хриплое прерывистое дыхание. Где-то глубоко внутри появляется мысль: «Может, рассказать ему всё как есть?» Ведь я и правда оказалась на Кирии случайно. Никто меня не посылал, и никаких шпионских заданий у меня нет. Я просто человеческая женщина, потерявшаяся в пространстве. По крайней мере, изначально была такой. Но если я скажу правду, мне придётся объяснить, откуда я знаю их язык. А это уже может принести проблемы Тенебрису. Лучше подождать. Ведь когда-то это ублюдок остановится.
— Знаешь, в чём вся прелесть этой ситуации? — вдруг спрашивает дознаватель, наклоняясь надо мной. — В том, что я могу избить тебя до смерти при желании, и никто мне за это ничего не сделает. Ведь ты всего лишь животное.
Конечности холодеют. В этот момент я действительно осознаю, что могу не выбраться отсюда. Это пугает до смерти.
— Ну-ну, не горячись, лейтенант, — вдруг раздаётся хриплый мужской голос со стороны двери. — Мы ведь не звери, в конце концов.
Я пытаюсь поднять голову, но ничего не выходит. Глазам удаётся выхватить только сапоги из какой-то редкой кожи, напоминающей крокодилью.
— Верховный главнокомандующий?! — восклицает дознаватель.
— Не суетись, — отвечает мужчина. — Я просто пришёл взглянуть, из-за кого Тенебрис поднял весь этот шум.
Он делает шаг ближе. Я едва успеваю уловить движение и лёгкий благородный аромат. Кто бы он ни был, он держится спокойно и с достоинством.
— Посадите её, — произносит он требовательно.
Меня поднимают под руки и усаживают обратно на стул. Спина отзывается болью, но я стараюсь не морщиться.
— Ну что ж, давай знакомиться. Знаешь, кто я?
Я смотрю на него из-под отёкших век. Он выглядит не так уж и внушительно. Просто пожилой кириец в дорогом вычурном костюме. Так он и есть правитель Кирийской империи? Пожалуй, я ожидала большего.
— Оставьте нас, — бросает он через плечо.
— Но, верховный…
— Не волнуйся, у меня с собой транквилизатор. Если она попытается напасть, то мгновенно получит убойную дозу.
Когда дверь закрывается, он садится напротив.
— Прежде всего я хотел бы извиниться за действия моих подчинённых. Если хочешь о чём-то спросить, я готов ответить.
У меня есть вопрос, но стоит ли он того, чтобы нарушить молчание? Подумав немного, всё же я спрашиваю:
— Я здесь потому, что Тенебрис захотел обнародовать исследование относительно землян?
Верховный слышит мою речь и удивляется, но быстро берёт себя в руки.
— Пожалуй, что так, — кивает он.
— Почему вы так боитесь, что кирийцы узнают правду? — спрашиваю я в порыве эмоций.
— Я боюсь вовсе не кирийцев, — нехотя отвечает верховный. — Я давно догадывался, что человеческая цивилизация достаточно развита, чтобы составить нам конкуренцию. Я убеждён, что до сих пор мы не столкнулись с людьми в военном противостоянии только потому, что большинство людей не возвращаются с Кирии обратно на Землю, а остаются здесь питомцами, безмозглыми и безвольными. Именно поэтому положение землян на Кирии не должно меняться. Вы не должны обрести субъектность.
— Как же тупо, — произношу я со вздохом. — И бессмысленно. Во-первых, с чего вы взяли, что землянам есть до вас дело? На нашей планете пара сотен разных стран и каждая преследует свои интересы. А во-вторых, вы всё равно не сможете остановить прогресс. Покуда существуют порталы, земляне будут попадать на Кирию и менять вашу реальность, всё больше влияя на ваше общество.
— Это ты о себе, что ли? — он приподнимает бровь. — Я бы на твоём месте не брал на себя слишком много. Всё равно ты закончишь так же, как и все до тебя.
— Я так не думаю, — отвечаю я. — Тенебрис придёт за мной. И заберёт меня отсюда. И молитесь, чтобы вы в этот момент находились в другом месте. Потому что пощады не будет даже вам.
Верховный смотрит на меня, как на безумную. Затем медленно протягивает мне планшет и запускает на нём видео.
— Уверен, что он, действительно, придёт за тобой? — спрашивает он с хитрым прищуром. — Это было снято сегодня.
На видеозаписи какой-то хмырь в костюме обвиняет Тенебриса в человекофилии. А тот пытается отбить его атаку, утверждая, что я просто его питомец.
За пару минут я прохожу целый спектр эмоций: от страха за Тенебриса и тревоги за саму себя, до облегчения и гордости, когда Тенебрис заставляет ведущего шоу извиниться. Я даже усмехаюсь тому, как ловко у него всё получилось. Всё же Тенебрис невероятен. Неужели верховный думал, что, посмотрев эту видеозапись, я разочаруюсь? Неужели он верил, что я подумаю, будто Тенебрис говорил искренне, что я для него ничего не значу? Хоть бы приказал смонтировать видео как-нибудь по-другому, чтобы это подействовало. Похоже, он и вправду умом не блещет.
Но для видимости и, чтобы издевательства надо мной прекратились, я должна сделать вид, что расстроена.
— Что теперь будет со мной? — спрашиваю я, опустив глаза.
— Ты останешься под моим присмотром, пока я не буду уверен, что твой хозяин не представляет угрозы, — отвечает верховный. — Но не бойся. Бить тебя больше не будут. Я не сторонник таких методов. Предпочитаю использовать успокоительные средства.
Он достаёт пистолет, такой же, что я видела у Калидиты, а после направляет его на меня. Я судорожно выдыхаю, принимая такой расклад. Я верю, что Тенебрис уже в пути. Он заберёт меня, я знаю.
  
Глава 46
 
Тенебрис 
Собравшись с мыслями, я направляюсь в службу по контролю за питомцами. Если кто и мог забрать Ташу, то только они. Я стараюсь унять дрожь в руках. Стараюсь не думать, что спецы из этой службы обычно делают с питомцами. Надеюсь, что Таша не сильно сопротивлялась, когда её забирали. Хотя зная её характер, всё возможно. Как же страшно, что какой-нибудь идиот вдруг признает её буйной и потребует усыпить её. Мою Ташу.
Я почти бегу по коридору. Люди в униформе расступаются, не решаясь заговорить со мной. Наверное, я сейчас выгляжу как безумец. Но мне плевать. Я открываю дверь в приёмную и захожу внутрь, не дожидаясь приглашения.
— Где мой питомец?! — кричу с порога.
Сотрудник за стойкой поднимает на меня глаза.
— Простите?
— Мой питомец, — повторяю я, сдерживаясь из последних сил. После открываю на коммуникаторе индикационный номер Таши. Сотрудник сканирует код и ещё пару секунд пялится в экран своего планшета.
— Мы не получали землян с таким номером, — наконец произносит он с натянутой вежливостью. — Вероятно, вы ошиблись?
— Я не ошибся, — настаиваю я. — Её забрали прямо из моего дома.
Мужчина снова проверяет что-то в системе, но это ничего не меняет.
— В базе нет записей, — произносит он. — Никто из наших не проводил изъятия.
Я сжимаю ладони в кулаки.
— Тогда кто это сделал?
  
Мужчина лишь пожимает плечами, а после переводит взгляд с меня на охранника. Я разворачиваюсь и выхожу. Голова гудит, будто металлический чан, по которому с силой ударили молотом.
Я возвращаюсь домой и снова проверяю камеры наблюдения. Записи с них были уничтожены. Ни улик, ни очевидцев. Я начинаю думать, что знаю, какая службы забрала Ташу. Но мне трудно в это поверить. Я извлекаю жёсткий диск и везу его знакомому специалисту. Ранее он служил в техническом отделе при штабе. Он пробует восстановить записи, и ему это почти удаётся.