Неверная (СИ)

Юрий затаил обиду на сыночка, что посмел идти против системы, построенной отцом, а до этого его дедом и прадедом. Сын должен беспрекословно выполнять волю отца и точка. К тому времени у Юрия обнаружились проблемы с половой системой от длительного пребывания в постоянных венерических заболеваниях, уж больно он любил трахаться без защиты, собирая и распространяя стыдные болезни. Сына кроме Влада у него так и не было, он всё ещё числился главным наследником. Артемида постоянно пыталась похоронить супруга раньше срока и капала ему на мозги, с его пятидесяти лет, чтобы он скорее написал завещание и возможным ублюдкам от шлюх, которых она могла проморгать, не светило ничего из богатства семьи. Всё в дом, всё в семью!
  
Ковалевский тормозил с этой формальностью, изводя жену и дочерей наследством, хотя у жены и было имущество, записанное на неё, далеко он с поводка бешеную собаку не отпускал, получая садистское удовольствие от издевательств над её психикой. Он пытался манипулировать и сыном, с помощью наследства, но тот отказался быть марионеткой. В голове отца была четкая мысль — что только сын может продолжить дело отца, и никто больше.
Но Владу было на это плевать, его бизнес шёл в гору, он залез туда, где Ковалевский просто не мог его достать — в IT и инновационные продукты для бизнеса в сфере программного обеспечения, слишком узкая была тогда сфера, там никто ничего не понимал, но всем это было нужно. Влад с малюсеньким штатом сотрудников, состоящем из гениев-кодеров и несколькими продакт менеджерами, создавал продукты из воздуха с миллионной стоимостью, самые крупные интернет сайты и магазины пользовались его услугами, а Юрий так и не разобрался, чем конкретно сын занимается. Его мозг будто атрофировался со временем и отказывался воспринимать новое, зато отлично жил по старым шаблонам. Он начал щемить его бизнес всеми возможными способами, делал откаты и платил взятки, чтобы мимо Влада уплывали жирные клиенты. Юрий дорого за это платил, но ещё дороже платили те, кто пользовался чужими продуктами для автоматизации бизнеса. Влад всё же был профессионалом и фанатом своего дела, сам выучился и был довольно неплохим кодером, но ещё лучшим он был предпринимателем и точно знал, что нужно бизнесу в этом быстро меняющемся цифровом пространстве. Ему нужны были простые и быстрые алгоритмы решения логистических задач, автоматизированные системы управления поставками и складскими задачами, управления кадрами и текущими задачами для сотрудников. Бизнесу нужны были сайты и продающие страницы в интернете, бизнесу нужны были бабки быстро и без проволочек, желательно без участия лишних людей, замененных цифровыми нулями и единицами. И Влад мог всё это дать, если бы не папаша, что вставлял палки в колёса и постоянно делал предложения, чтобы Влад влился своим бизнесом в его и укрепил империю.
Ковалевский младший держался из последних сил, влезал в долги, выплачивал кредиты на зарплату сотрудникам, еле сводил концы с концами, сохраняя видимость успешного бизнеса и предпринимателя, чтобы входить без стука в нужные кабинеты генеральных директоров. Его квартира-лофт в центре, что он купил на первой волне своего успеха, была сто раз заложена банку, как и машина, и в тот момент, когда он был готов сдаться, появилась она — его Ида. Девушка, что смотрела на него чистыми серыми глазами, цвета пасмурного неба. Она сидела в его офисе тихо, как мышка, которую он по началу не заметил. Ида тоннами переводила техническую документацию, помогала программистам с плохим английским вникнуть в сложные термины и потихоньку училась понимать всё это сама. Художественных переводчиков было как грязи, переводчики-технари были на вес золота. Ида вгрызалась в непонятные термины, копая википедию и книги по computer sience, чтобы буквально говорить с командой разработчиков на одном языке. С Владом они тоже нашли общий язык всего, соединив их вместе.
Она делала всё, что нужно было для бизнеса Влада, чтобы разгрузить его от формальностей и лишней макулатуры. После месяца встреч Ида была точно уверена, что вот он — мужчина её жизни! Но на всякий случай решила удостовериться чуть подольше, бабушка же учила её не решать сгоряча, отложив совместное проживание, которое он ей предложил.
Когда Влад в очередной тяжелый день в его кабинете признался ей, что у него и долги, и кредиты, и постоянный геморрой с заказчиками, тендерами, пожаркой, и всем, чем можно, Ида посмотрела на него своими большими глазами, видя перед собой очень уставшего мужчину, который понуро сидел рядом с ней, опустив и голову и вот вот собирался опустить руки. Она ласково погладила его ладошкой по волосам, утопая пальчиками в них и тихо сказала:
— Бабушка мне говорила, что всё не так уж и плохо, если есть на свете человек, который погладит тебя по голове и скажет, что всё будет хорошо. У меня такого человека нет уже четыре года, а у тебя как будто не было никогда, хочешь я таким буду? Всё будет хорошо, Влад, любимый! Я в тебя верю, как ни в кого другого! Мы справимся, ты и я…
Влад будто увидел её впервые перед собой, женщину, что сказала такие важные и простые слова: «Я в тебя верю…». Он расплакался тогда, не выдержав напряжения последних лет. Он как маленький мальчик уткнулся ей в колени и плакал, а Ида продолжала гладить его по русым, слегка вьющимся, волосам. На следующий день она переехала к нему, с радостью и счастьем в глазах, но Влад заметил, что Иде как-то неуютно у него в квартире, она постоянно нервничала, только через две недели совместного проживания, она призналась, что боится высоты, а жили они на двадцатом этаже. Днём позже Ида уже собирала их вещи, Влад снял квартиру на втором этаже старенькой хрущевки, две комнаты и окна, выходящие в парк. Большой лофт Влад сдал старому знакомому, за хорошие деньги, что покрывали некоторые долги по кредитам и им даже хватало на съем.
Живя с Идой, Влад вдруг осознал, как много денег он раньше тратил на женщин, а теперь перестал, они оба много работали, мало ходили по ресторанам, никогда по клубам и барам. Иде было интереснее готовить самой, а Влад обожал её домашнюю простую еду. Их досуг тоже изменился и стал экономным, они много времени проводили на свежем воздухе и зимой и летом, купили велосипеды и лыжи, объездили все парки Москвы. Она ничего не требовала от него, а он был готов дать ей всё, балуя её дорогими подарками, путешествиями.
Они вместе ездили в Европу, чтобы осмотреть достопримечательности, насладиться новой культурой и природой, Ида была в восторге от всего, от еды, от людей, от прекрасной архитектуры, и даже от отелей три звезды, на которые у них едва хватало денег. Но однажды Влад позвал её в настоящее приключение, они вместе прошли половину Пути Сантьяго в Испании, почти пятьсот километров пешими туристами за две недели. Они часто спали в отеле миллиарды звезд под открытым небом, они плавали голые в водоёмах, они любили друг друга на берегах озер, в лесах, под яркими звездами, что светили для них двоих. Ида молча переживала тяготы пешего похода и ни разу не пожаловалась, лишь улыбалась когда видела неизвестный ей вид цветка или любовалась красивыми пейзажами.
Влад сделал ей тогда предложение, она отказалась, ведь они всего то ничего вместе жили. В двух маленьких комнатках Ида создала обоим уют и рабочее пространство, кровати у них не было, только матрас на полу, где они отдавались друг другу без остатка, горячо и страстно. Ида была для Влада маяком, что осветил ему путь, и он каждый день вставал с этого матраса, только чтобы её вера в него оправдалась. Но белая полоса всё не наступала, только чернела итак чёрная. Им подвернулся важный проект для крупного холдинга, у Влада опустились руки, когда он услышал, кто владелец этого холдинга — Ставрский Вячеслав Николаевич, которого Юрий Ковалевский звал по-просту Сыч.
— Ида, это давний враг моего отца, он в сторону моей фамилии и не посмотрит.
— Ну пусть посмотрит в сторону моей. — пожала плечами Ида, к тому времени, даже не будучи женатыми, была генеральным директором фирмы, что помогала Владу иногда найти обходные в налогах.