Неверная (СИ)

— Брось, дорогая, ты можешь обмануть этих проблядей вокруг, что последние мозги пропили или прокурили, но не меня. Я знаю, кто ты такая. — усмехнулась Ида.
— И кто же я? — осторожно спросила Кира, сменившая кукольное личико на хищный оскал.
— Ты девочка, которая выжила! — приблизилась к её лицу Ида. — Ты выжила в стенах родного дома, где тебе пришлось пережить ужасы, одной тебе известные. Павловские ломали тебя, как куклу, которую надо было посадить на шпагат любыми путями, но вместо этого почти вся семья в могиле! Я не знаю, заслужили ли они, и был ли у тебя другой путь, но ты выбрала этот, и мне всё равно! Они своё дело сделали…
  
— Какое дело?
— Сделали из куска пластика сталь! — свернула глазками Ида. — Север поэтому тебя выбрал в жёны, ему нужна была та, которая не испугается его конфликта с Ковалевским старшим. Та, которая выстоит и не заплачет, размазывая сопли по лицу! Та, которая может себя защитить!
— Это он тебе сказал?
— Нет, сама догадалась. Ты для него не просто красивый браслетик-женщина, что он таскает рядом с собой и всем показывает. Он тебя уважает, он ведет себя с тобой на равных! Север с тобой всё обсуждает, не так ли? Он с тобой советуется и вы правда партнёры?
— Допустим.
— И я знаю, что ты на многое способна, например, узнать то, что другим не под силу. Ты хитрая и изворотливая притворщица, которая не входит в двери, а перелезает через забор, какой бы высокий он ни был! И я прекрасно знаю, что дружишь ты со мной не просто так. Я зачем-то нужна и тебе, и Северу, и если пришло время сказать мне об этом, то говори. Если нет, то я подожду. Но дело моё ждать не может, я прошу у тебя помощи, за которую ты можешь назначить цену сама. Я слушаю!
Кира задумчиво теребила край своего мехового манто, в которое её сегодня приодел муж, не поскупившийся на подарки. Она предполагала, что Ида не так глупа, как все остальные клуши в её окружении, которые не видели ничего вокруг кроме блеска бриллиантов и сверкающих глаз мужа, который смотрел на свою жену. Ида видела больше, чем остальные, или это Кира позволила ей себя увидеть.
— Ты мне правда нравишься, Ида. Мне с тобой легко и приятно общаться. Ты единственная смотришь на меня как на человек, а не как на красивую вещь, что принадлежит моему мужу. — всё же призналась Морозова. — Север просил меня с тобой подружится, в борьбе с твоим свекром все средства хороши. Он выжил из ума, Ида, поэтому он пытается тебя убить.
— Ты уверена на сто процентов в этом? Даже Влад не уверен.
— Или не хочет верить, это же всё таки его отец. — пожала плечами Кира. — Меня мой тоже пытался убить, а я никак не могла в это поверить. Это больно. Но, видимо, у Влада произошел катарсис, он говорил сегодня с Севером, насчет Кощея. Не знаю пока о чем. И насчет Филина он говорил с ним ещё раньше.
— Что? — удивлённо спросила Ида.
— Да, Филин больше не работает на Влада, если ты не знала. Теперь мою и твою безопасность обеспечивают одни и те же люди, которым доверяет Север, а твой муж попросил моего нарыть инфу на Филимонова. Вы муж и жена одна сатана, делаете всё почти одновременно. — усмехнулась Кира.
— Только оба с опозданием. — закусила губу Ковалевская. — И что он узнал?
— Я не знаю, шпионить за ним не буду, разнюхаю сама! — сверкнула воодушевленными глазами Кира и хлопнула в ладоши. — Обожаю это, расследование, слежка, переодевания — моя тема! Я всё узнаю, Идочка, жди! И я сработаю лучше, чем мой муженек. Мужчины видят картину в общем, а мы женщины очень внимательны к деталям.
— Цена вопроса? — кивнула Ида.
— Однажды, я привезу к тебе свою Графиню, и ты её заберешь, Северу не отдавай.
— Что? Щенка, которого он тебе подарил? — опешила Ковалевская.
— Да, когда я уйду от мужа, я хочу чтобы ничего моего больше рядом с ним не осталось. Пусть прочувствует одиночество, наконец, хлебнет его до дна. Только так он освободится от прошлого и сможет стать счастливым.
— Хорошо, я заберу собаку. — кивнула Ида и протянула ей руку для рукопожатия.
Кира крепко её пожала, и Ида надеялась, что данное слово друг другу они обе выполнят.
— Север тебя сегодня балует. — улыбнулась Ида, кивая на шубку. — Столько подарков, я слышала, как зубы у завистниц крошатся.
— Так и было задумано. — вздохнула Кира, поправляя платье. — Но самый главный подарок Север готовит для себя.
— Какой?
— Он сегодня собирается лишить меня девственности, какой же он наивный. Этого в договоре прописано не было. — цокнула язычком Кира, расхохотавшись на всю округу.
Ида не сказала ему ни слова по дороге домой, она даже не смотрела в его сторону, пока они шли до машины, а потом ехали домой. Они вошли в дверь спящего дома, Ида сразу зашла в гостиную и отпустила няню спать, сама же молча направилась в кабинет мужа, пока он топтался в коридоре.
Когда Влад вошел в собственный кабинет, он почувствовал будто пришел к своему начальнику, которого у него никогда не было. В темноте кабинет, одиноко горела лампа на столе, которая почти не освещала помещение и оно тонуло во мраке. Его жена стояла напротив раздвижных дверей на террасу и смотрела на улицу, где начинал покрапывать дождь.
Влад остановился позади неё в нерешительности, она ничего не говорила, а он не знал, что сказать.
— Измена это не секс, это факт его сокрытия. — тихо сказала Ида, слегка повернув голову к плечу, чтобы Влад услышал. — Лабковский дело говорит, я его очень уважаю, как человека, который годами копался у людей в головах и многое понял. Та точка, в которой мы оказались сейчас это результат лжи, не секса на стороне, я просто хочу, чтобы ты это понял.
— Я знаю об этом, Ида, и я уже сотню раз попросил за это прощения, я поступил отвратительно, я знаю об этом! Я нас предал! — с надрывом сказал Влад, становясь рядом с ней и глядя в её бесстрастный профиль точеного лица. — Сколько раз мне надо попросить за это прощения, чтобы ты меня услышала?
— Больше не нужно, в этом нет никакого смысла. Не унижай ни себя, ни меня этими глупыми раскаяниями. — опустила голову Ида, обнимая себя за плечи.
— Глупыми? — нервно усмехнулся Влад. — Для тебя мои чувства тоже глупые? И наша семья, которую я изо всех сил пытаюсь собрать заново по кусочкам это тоже глупость?
— Зачем ты рассказал мне обо всех своих интрижках, которые у тебя были за три года? — резко повернулась к нему Ида, упираясь взглядом в его уставшие потухшие глаза.
— Потому что ты всё равно бы узнала, лучше я бы тебе рассказал, чем они. — тяжело отмеряя каждое слово, сказал Влад.
— Врать не имело смысла, вот почему ты был честен со мной, а не потому что пообещал, как говорил мне тогда. — покачала головой Ида, снова отворачиваясь не в силах смотреть на мужа. — Ты унизил меня, Влад, когда переспал с другой женщиной, но ещё больше ты унизил меня, когда я поняла, что ты об этом не волнуешься. Было и было, в тебе только не было ни капли раскаяния, когда ты вернулся от неё. Я понимаю, что тоже соврала, когда скрыла ту ночь, я понимаю, почему ты так отреагировал, понимаю… Я задела твою гордость, и я бы простила её тебе, не задень ты мою.
— Ты цитатами сегодня собралась говорить? — в сердцах воскликнул Влад, понимая что ни к чему хорошему она сейчас не клонит и оттягивает момент его казни.
— Я не позволю ни одному своему ребенка жить во лжи, одна ложь порождает другую, потом третью, пятую десятую, а потом лавина правды сметает всё вокруг! — срывая голос сказала Ида, наконец, позволяя себе проявить чувства, что бушевали внутри неё под маской спокойствия. — Сегодня я сделала тебе одолжение, не устранив публичный скандал и твое унижение, прилюдно назвав тебя лжецом и рогатым мужем. Но в следующий раз я не буду молчать, да и следующего раза не будет, с этого дня мы с тобой официально не пара. Мы подаем на развод. Ничего кроме нашего прошлого дома из всего имущества мне не нужно, а он итак уже мой по документам, никаких проволочек с разводом быть не должно. При обоюдном согласии нас разведут через месяц, осталось решить вопрос с проживанием и заботой о нашем общем сыне. И мы оба понимаем, что ему будет лучше со мной. Я очень надеюсь, что это не задевает твою гордость, ты хороший отец, но быть им раз в неделю тебе будет гораздо проще. Я тебе, считай, одолжение делаю.