Дар Небес или Проклятье Земли (СИ)

Наделать глупостей, как ни странно, мне не дала маленькая «женщина», реагирующая на происходящее абсолютно спокойно. Маленький кулачок врезал мне точно между глаз, мигом остудив и вернув на землю. Охнув, я почесал лоб и вопросительно уставился на драчунью. В сотый раз, приложив палец к губам, она опустилась на коленки и поползла дальше.
Меня так накрыло гневом, что я, не подумав, собирался кинуться на помощь несчастным, а здесь оказывается, не всё было так просто. Балкон тянулся вдоль всей квартиры, и на эту сторону дома выходили аж четыре окна.
Миновав зал, следующей комнатой была кухню с окном и стеклянной дверью, около которой мы тоже не задержались. Девочка вела меня к последнему, четвёртому окну, настойчиво оборачиваясь и зовя заглянуть и туда.
Не зашторенную спальню ярко освещало солнце. На металлической кровати, со связанными за спиной руками и кляпом во рту лежала молоденькая девушка. Футболка на ней была разрезана и держалась за счёт рукавов.
В распахнутом разрезе моим глазам открылся дивный вид на круглые, как два наливных яблочка груди с маленькими сосками. От стыда к лицу прилила кровь, а тело обдало жаром. Я наслаждался открывшимся мне зрелищем совсем не долго, ощутив чей-то полный ненависти взгляд. С трудом оторвав глаза от груди, я встретился взглядом с хозяйкой прелестей.
Пылающие бешенством зелёные глаза буквально прожигали насквозь, и наверняка, будь она не связана, то вцепилась бы мне в горло зубами, похлещи дикого зверя. Приложив палец к губам, я попросил её не кричать, и прошептал в надежде, что до неё дойдёт смысл слов: — Я — друг!
Грудь поднялась и опустилась, она сделала глубокий вдох, и явно собралась сдать меня двум маньякам в зале, но тут рядом высунулась голова девочки. Глаза девушки расширились от удивления. Перестав дёргаться и пытаться освободиться, она успокоилась, внимательно отслеживая все жесты своей маленькой спасительницы. Переведя взгляд с неё на меня, она кивнула и затихла.
Я лез сюда, чтобы спасти малышку, но в этой квартире случайно обнаружил попавших в сексуальное рабство двух молодых женщин, совсем юную девушка и малышку лет семи. С собой у меня только копьё и я совершенно один, рассчитывать не на кого. Принимать взрослые решения самостоятельно оказалось не так весело, как я думал.
— Как ты выбралась на балкон? — ели слышно спросил у девчушки.
Она откликнулась сразу, наглядно показав мне не плотно закрытую балконную дверь. На этот раз я понял её жестикуляции. Пока насильники были заняты, девчонка аккуратно открыла дверь, ведущую на балкон и незаметно выбравшись наружу, попыталась спасти остальных.
Выставив перед собой копьё, я с замирающим сердцем распахнул дверь, и осторожно ступая на носки, через кухню двинулся вглубь квартиры. Продвигался я очень медленно и аккуратно, надеясь застать уродов врасплох, но при этом каждую минуту, прислушиваясь к звукам исходящим из гостиной.
В душе, я опасался, что пока осторожничаю, могу вовремя не успеть и, получив желаемое, мужчины ради опыта, просто прирежут женщин. С другой стороны на улице меня ждала семья, которой я тоже нужен. Внутренняя дилемма сводила с ума.
А ещё, хотелось помочь девушке в спальне, спасение которой я оставил на потом. Судя по её горящим глазам, удержать эту бешеную фурию мне не удастся. Она кинется на мужиков, погибнет сама и погубит всех нас.
«Ничего страшного, пусть ещё немножко полежит и потерпит!».
Я так подумал, но вышло всё иначе.
  
Глава 43
 
Девочка, словно клещ вцепилась мне в брюки и, не издавая ни звука, тянула в сторону спальни.
«Наверное, там её старшая сестра!» — догадался я и, престав сопротивляться, поддался напору малышки.
Тихо проскользнув в спальню к девушке, я встал как вкопанный, очарованный её обнажённой красотой, и снова получил взамен полный дикой ненависти взгляд. «Да что со мной такое?» — разозлился я сам на себя. «Голых девушек, что ли не видел!».
Она закатила глаза, и перевернулась на бок, спиной ко мне. Ощущая себя полным идиотом и опустив смущённо глаза, я шагнул к ней, и быстро осмотрел подставленные мне связанные руки. Её кисти посинели, настолько плотно они были обмотаны толстым слоем скотча.
 
— Мрази! — прошептал я, начиная заводится от такой необоснованной жестокости. «Что им могло сделать такое хрупкое создание?» — мне было жаль девчонку и, торопясь оказать помощь за неимением ножа, я использовал кончик копья.
Как бы мне этого не хотелось осторожно перерезать связывающие её путы не вышло. На коже остался длинный разрез, потекла кровь. Выругавшись, я шёпотом извинился перед ней, за свою криворукость, но девушка никак не отреагировала на новую боль.
Освободив ей руки, я хотел заняться связанными ногами, но она не дождавшись окончания процесса, вскочила с кровати так шустро, что чуть не упала сама и не опрокинула навзничь меня. От долгого лежания без движения с туго связанными конечностями её тело затекло и не желало слушаться.
Подхватив девушку в последний момент, я сердито прошипел ей прямо в ухо:
— С ума сошла?
— Да пошёл ты! — огрызнулась она, бессильно повиснув на моих руках. — Я не просила тебя становится спасателем! — и одарила очередным убийственным взглядом.
Разозлившись на такую неблагодарность, я выпустил её из объятий, позволив рухнуть на кровать. Свою обязанность человека и мужчины я выполнил, она свободна, и не важно, что прекрасная принцесса не сумела по достоинству оценить героический поступок случайного рыцаря.
— Делай что пожелаешь, это твоя жизнь, — и больше не пытаясь ей помочь, направился к двери. На минуту остановившись в дверном проеме, всё же не удержался и, обернувшись прошептал, — пожалей сестрёнку, не строй из себя крутую мстительницу. Восстанови кровообращение, и бегите отсюда. Она, — и я указал глазами на девочку, — покажет тебе, как я здесь оказался. Если вам удастся спуститься, там внизу моя семья. Они вам помогут!
В зал я шёл в противоречивых чувствах. С одной стороны мне хотелось остаться с девчонками и убедиться, что им удалось без последствий добраться до моих, с другой стороны, совесть требовала освободить всех женщин, а не только понравившуюся лично мне.
Дверь в комнату была приоткрыта, звуков похоти больше не было, лишь негромко переговаривались между собой удовлетворённые насильники. Осторожно заглянув между створок, я увидел развалившихся на диване самцов. Назвать таких козлов мужчинами — было бы оскорблением для всего мужского рода.
У них в ногах, прямо на голом полу отрешённо сидели полуголые женщины. Часть одежды валялась разбросанная по всей комнате, другая в порывах страсти была изорвана в лохмотья. По лицу женщин было видно — они приняли неизбежное, покорно подчинились и всё терпели, лишь бы выжить.
Моя «принцесса», так я прозвал злобную как шипунья девушку, явно сделана из другого теста, чем эти слабые духом существа. Она наверняка буйно сопротивлялась насилию. В наказание её избили и туго связав, бросили в спальне на перевоспитание.
Характер девушки больше меня не раздражал, а наоборот, вызвал уважение. Сложно не восхищаться кем-то у кого осталась сила воли в сложной жизненной ситуации.
Резко ворвавшись в комнату и выставив перед собой копьё, я взревел:
— Убью гадов! Женщины — бегом ко мне!
Ага, размечтался. Кто бы ещё меня послушал.
Вся надежда была на то, что они спрячутся за мной, а безоружные мужики, сидящие со спущенными штанами в расслабленной позе, не успеют среагировать. Вот только женщинам уже было на всё наплевать.
Одна, что была помоложе, горько рыдала, и обильные дорожки льющихся по щекам слёз, смешивались с кровью, сочившейся из разбитой губы. Другая, взрослая, лет сорока, бросила на меня безразличный взгляд пьяных глаз и, закинув голову, приложилась к почти допитой бутылки водки.
Реакция мужиков была молниеносной. Не успел я договорить, оба уже стояли на ногах. И хотя штанов не было ни у одного и у другого это не помешало им схватить беззащитных женщин и, поставив перед собой, прикрыться их телами как щитом.