Обратный отсчет

Приветствую тебя, мой Рыцарь! Решила вот так, письмом, по нашей традиции. Ты же помнишь эпистолярную часть нашего знакомства? Как я переживала тогда! Особенно, когда отправила тебе самое первое сообщение. Думала, что ты сочтёшь меня глупой или вовсе ненормальной. Я не могла уснуть. А ты ответил таким тёплым письмом. Я тогда птицей порхала по редакции, хотя ещё толком не отошла от похищения.
Тут всё завалило снегом. Церковь на горке стоит, как суровый часовой. Река во льду, белая-белая. Мне скучно, Владик. Избавился от надоедливой жёнушки и рад! Ещё и сотрудницам своим, наверное, глазки строишь! Знаю я тебя!
Вот прямо вижу, как ты сейчас возмущённо фыркаешь. Да, я глупая баба. И неуравновешенная! Но ты знал, на что шёл!
А если серьёзно, то тут везде заповедник. И в природе и в городке этом. Самая что ни на есть провинция. У меня иногда возникает подозрение, что тут даже не заметили, что СУПЕР отключилась. Подумаешь, быстрая связь временно пропала. В остальном-то всё так же. Особых производств здесь нет, только социальная инфраструктура. Люди хоть и увлечены своей работой, но делают самые простые, хоть и необходимые дела: воспитывают, учат, лечат, берегут природу. Заповедник, одним словом. А может, в этом и есть сермяжная суть? Не всем же совершать подвиги и открытия. Не всем быть гениями. Кому-то надо этих гениев рожать и ставить на ноги. Видишь, это во мне материнский инстинкт заговорил. Готовлюсь! Какая я стала сентиментальная, ужас.
Пытаюсь хотя бы немного свои редакторские извилины напрягать, а то без журналистики скоро совсем буквы забуду. Вот и тебе пишу, может, поэтому. Хотела от безделья какой-нибудь репортаж сделать для местной инфостены, но самым заметным событием города Верхотурье за последние две недели был сверзившийся с крыши коттеджа в сугроб местный сервис-монтажник, полезший туда чинить антенну. В итоге — пара синяков и порицание общественности за непринятие надлежащих мер по технике безопасности. Это тебе не спасение планеты!
Ещё пишу потому, что знаю, как ты занят. В командировках весь, то там, то здесь. Боюсь не вовремя связаться и тебя отвлечь. А если не ответишь на вызов — ещё хуже. Буду себя накручивать, что с тобой что-то случилось. Знаю ведь, что ты всегда в пекло лезешь. А образумить тебя некому: я — далеко, а эта вся твоя шайка-лейка с тобой всегда заодно! От них помощи разве дождёшься. Но ты всем им привет обязательно передавай. Я их всё равно люблю, хоть они и безответственные в смысле осторожности. Ты скажешь — от такой же и слышу! А вот и нет. Это я раньше была импульсивная, а теперь девочка-колокольчик. И понимаю, что теперь у меня дополнительная ответственность.
Владя, а давай ты мне разрешишь обратно приехать? Ну что там, в Новосибирске страшного-то? Ты со своим Строевым ничего такого не допустишь, я же знаю. Было бы лето, я бы хоть в Туре купалась, а так… Всё спит тут, укрылось белой снежной периной и посапывает, ждёт весны. Я тоже жду. Там-то малыш не даст скучать. Давай, я буду тебя ждать в нашей квартирке в Новосибирске, а? Буду составлять тебе исключительно сбалансированное меню, как примерная домохозяйка. А хочешь, переквалифицируюсь в твоего личного аватара?
М-да… Перечитала сейчас, какую то чушь тебе пишу. Всё потому, что соскучилась. Очень уж хочу обнять тебя, мой Рыцарь. В ближайшее время не удержусь, наберу тебя по видеосвязи. Говорят, сеть иногда уже ловит даже тут, в Верхотурье.
От меня не скроешься. Целую, целую, целую.
 
Твоя Исаева-Колокольникова
 
* * *
Раз ты так, то я — тоже!
На ваше от 18.11.74 могу сообщить, что подозрения ваши, Олеся Ивановна, беспочвенны! И ничего я возмущенно не фыркал, а просто улыбался, потому что ты на самом деле глупенькая. Но красивая. Что балансирует, почти как та диета, которой ты меня хочешь обязать.
 
Котенок рыжий, я тоже скучаю. Зарыться бы в твои вечно разлетающиеся непослушные кудри. Как же этого не хватает! Но нельзя, милая. Терпи. Ты ведь жена инспектора Юстициона. А значит — аскет, стоик и… не знаю, кто ещё! Ответственность свою сама ведь понимаешь, молодец! Там за тобой всегда мама присмотрит, а тут будет некому. Я, и вправду, все время в разъездах последнее время. Ситуация непростая и чем все закончится пока ещё не ясно. А в твоем Верхотурье, сама же говоришь, случись даже локальный апокалипсис, его вряд ли заметят. Вот и пускай так будет. Зато я спокоен.
У нас ведь тоже снег. И пруд замело, да и остальное тоже. Зима, она ведь везде!
То, что ты не откладываешь карандаш на дальнюю полку — правильно! Давай, что-то пиши, не теряй навык. Хоть и про монтажника, почему нет? Степень важности новостных событий определяется не показателем значимости, а востребованностью общественности. Во как! Или попробуй книжку писать. А что? Вдруг станешь, как Машка, Творцом? Ты ведь поликрафт, у тебя СУПЕР склонность сразу к нескольким Кластерам выявила. Кстати, о Машке, ты бы с ней тоже поговорила, по-вашему, по-женски, что-то она хандрит последнее время. Творческая натура, что поделаешь!
По работе у меня всё как обычно. Ты зря беспокоишься, после отключения СУПЕР я в основном документами занимаюсь. Какое там пекло, ты что! Мне в пору архивариусные нарукавники скоро выписывать.
Мобильные сети потихоньку восстанавливаются, это я подтверждаю, Борька там шебуршится в своем институте, химичит. Так что скоро будем, как раньше, общаться, надеюсь. И пока, котёныч, только так. Все в мире относительно, а провинция иногда — это удивительно и прекрасно. Дождёмся весны, а там…
Целую тебя.
 
Просто Исаев
 
* * *
— Борис Васильевич, а вы где? — Арина смотрела с крохотной проекции браслета требовательно. — А то я у вашего кабинета, а он закрыт.
— Я в тюрьме, — по голосу Белоручкина было понятно, что он чем-то занят. Ответную проекцию он не включил.
— ?
— Мне сейчас не совсем удобно, Ариэль…
— Это вполне понятно. А Буля знает?
— Перестань ёрничать, — Боря против желания хохотнул, до него дошла комичность ситуации. — Не меня же посадили. Я в колонии пытаюсь добиться встречи с Купрейчуком из Владивостока, конструктором. Он у нас тут срок отбывает, оказывается, а по обычной связи общаться запрещено. Поэтому консультации могут осуществиться только при личном общении. Он как раз несколько основных блоков АНГа разрабатывал в своё время.
— Значит, совещание откладывается?
— Нет. То есть да. Да и не совещание это вовсе. Ты подойди пока к Марвину, я его проинструктировал. Он тебя начнёт в курс дела вводить, а я где-то через час подъеду.
— Я думала, девочки на свидание должны опаздывать, а не мальчики…
— Ну прости, Ариш. Закрутился.
— Зато стал похож на настоящего начальника.
— Скажешь тоже. Гена Марвин хороший парень. Вот увидишь.
— Эх. Хотела повидать учёного с мировым именем, а мне подсовывают заместителя. Правда, тоже учёного…
Арине, что уж скрывать, присутствовать в Новосибирском институте восстановления СУПЕР было любопытно. Она прилетела из Салехарда ночью и поспала всего часа три. Прямо с утра Борька должен был подключать её к своим изысканиям. Так они договорились заранее, но Громила, как и все гении, был довольно рассеян в житейских делах, тем более, подсказчика в виде Системы Управления и Принятия Ежедневных Решений у него теперь не было. Но, несмотря на напускное недовольство, Ариэль почти не расстроилась временным отсутствием своего нового начальника. Она с интересом прошлась по лабораториям, рассматривая диковинное оборудование и сотрудников, некоторые из которых были похожи на хрестоматийных космонавтов в полном облачении. Они сидели за своими рабочими местами в напоминающих скафандры комбинезонах и с огромными зеркальными шлемами на головах. От шлемов отходили пучки спутанных в косички проводов. В целом вокруг царила сосредоточенная суета, сновали целеустремленные лаборанты, за пультами трудились программисты и конструкторы. Все увлечённо занимались своим делом, почти не обращая внимания на праздношатающуюся между ними особу.