Обратный отсчет

Виновата в этом была, очевидно, сама Ариэль, и она прекрасно это осознавала. Она была рассеяна, погружена в свои мысли, то и дело переспрашивала и, наконец, Исаев не выдержал и спросил напрямую, что там у них произошло.
— Ничего особенного, — буркнула Арина, мысленно согласившись с Прокопенко, что пока ситуация не достигла такого масштаба, чтобы её выносить на люди.
Однако, Влад истолковал это бурчание по-своему.
— Она скучает, — сообщил он. — Ушла с головой в работу, но я сомневаюсь, что у неё всё получается так, как она хочет. Я совсем не знаю всей этой писательской кухни, но мне кажется, что надо творить в определённом психологическом состоянии. Но я могу ошибаться. Только вот состояние у неё это самое точно не очень стабильное. Понимаешь, о чём я?
— Разберёмся, — Арине был тягостен этот разговор. Ей вдруг показалось, что кто-то вошёл в каюту, едва-едва скрипнула переборка. Она успела подумать, что ей уже начинают чудиться всякие ужасы — мешать личному сеансу связи в посёлке считалось дурным тоном. По негласным правилам другим сотрудникам заходить в каюту при разговоре коллеги категорически запрещалось.
— Знаешь, что я ду… — сказала Арина в микрофон, одновременно разворачиваясь на кресле к входной заслонке. — Что вы?!
К ней стремительно приближался человек. Незнакомый. В мимикрирующем пестро-зеленом маскхалате. С импульсным пистолетом-пулеметом, на ремне, перекинутым через плечо.
— Тихо, тихо! — вполголоса проговорил он, стремительно приблизившись к девушке.
Арина успела отщёлкнуть кожух экстренной кнопки и вдавить её что есть силы. Но подтверждающий сигнала не прошёл. Незнакомец ловко перехватил руку девушки, крепко её зафиксировав, и тут же обесточил главный передающий блок радиостанции, выключив тумблеры основного питания.
* * *
Влад, с давних пор, ещё когда занимался детектированием виртуальных частиц на Маяке, стремился систематизировать поступающие к нему данные. От этого зависел конечный результат. Чем больше информации укладывалось в сформированную Исаевым схему, тем быстрее, а главное точнее, формулировались выводы.
Новым толчком для правильной организации «бумажной» работы стало для Влада поступление в Юстицион, где уже во время экстернат-обучения на него обрушились целые массивы специализированных материалов.
Впоследствии, пошаговая систематизация оперативных данных сильно помогла молодому инспектору ухватить за правильные ниточки в крайне запутанном «заговоре обновленцев», но в расследовании этого дела, если быть откровенным, очень существенную роль сыграла СУПЕР. В данном случае не в глобальном смысле, хотя и это, несомненно, имело место, а исключительно в смысле дознания, за которое отвечал Исаев.
С системой искусственного интеллекта отношения у Влада складывались не самые простые. Выросший в семье «отказников» — тех, кто добровольно отказывался от патронажа СУПЕР, начиная от момента планирования потомства и до момента получения ребёнком общего образования, — он уже с самого раннего детства отличался от сверстников своими взглядами на жизнь. Были периоды отрицания и противодействия, явившиеся своеобразным слепком поведения отца, который до своей болезни был ярым сторонником разделения человеческого и машинного. Был период юношеского максимализма, когда Исаев пытался выстраивать своё, справедливое, как ему казалось, идеальное мироустройство, в котором любые шероховатости существующей системы категорически отметались, причём, по сути, безальтернативно. Это были времена транслирования Владом в массы идей общественной справедливости, подкрепёенных лишь его личной, собственной убеждённостью. Но этого хватило для создания нового Сообщества. Молодому революционеру удалось объединить людей, разделяющих схожие принципы.
Впрочем, как шутят литераторы, молодость — тот недостаток, который проходит со временем. А уже, тем более, такая ранняя молодость. Получив чувствительный щелчок по носу за свою концепцию «Нового мира», Влад наконец-то смог посмотреть на окружающую действительность относительно объективно. Главный урок, который он вынес из всех перипетий «революционного» периода жизни, это то, что всегда нужно уметь признавать свои ошибки. И стоило ему принять для себя это нехитрое правило, всё стало становиться на свои места. Жизнь показалась ему гораздо многограннее, чем она представлялась раньше. И кое-что требовалось переосмыслить. Чем раньше, тем лучше.
 
В первую очередь — взаимодействие с СУПЕР. Из коварного «иллюзорного» врага искусственный интеллект превращался в толкового помощника и партнера. И хоть Влад так и не обзавелся личным аватаром, но стал активно сотрудничать с программной частью СУПЕР, привлекая её для решения своих рабочих задач. И для той самой систематизации, что являлась, по его мнению, фундаментом для построения логических цепочек, которые и приводили в итоге к разгадке. Он называл такое взаимодействие «пасьянсом»: все поступающие данные распределялись в соответствующие ячейки, и оставалось лишь их правильно «разложить» на общем фоне проекции, следуя определенному закону. Чем точнее и своевременнее это удавалось сделать, тем явственнее проявлялась общая картина произошедшего.
Владу так приглянулась эта методика, что он даже заложил в программу рабочего электронного помощника несколько сборок шаблонов-пасьянсов для облегчения обработки информации в будущем.
Да только вот воспользоваться перспективным нововведением в полной мере Владу так и не удалось — его модернизация канула в Лету в момент «Июньского Откровения» вместе со всем программным обеспечением системы искусственного интеллекта.
Но от своей затеи Влад не отказался. К тому же он подсмотрел в старинных видеомах, что так работали детективы ещё в начале века. Прикалывали на большую белую доску карточки с наведенными на них идентификаторами. А потом рисовали стрелки взаимодействий, стараясь нащупать принцип их верного расположения. Сейчас он как раз занимался чем-то похожим. Вводил в ручном режиме с терминала в электронные блоки полученные сведения: имена, коды, обозначения, краткие характеристики объектов или групп. И далее присваивал каждому блоку координаты на виртуальной доске с возможностью их перемещать, если потребуется, и соединять линиями или стрелками. Раньше СУПЕР справлялась с этим не в пример лучше, к тому же сразу анализируя массивы на совпадения, пересечения и так далее. Сейчас же Влад то и дело смахивал со лба трудовой пот — работа продвигалась миллиметровыми шажками. Но кроме рассудительности, проявившейся в качествах Влада ярко не так давно, он имел и ещё одну особенность характера — упрямство в достижении поставленной цели. Поэтому он упорно продолжал заполнять и распределять разноцветные квадраты и прямоугольники.
Параллельно он продолжал просматривать поступающие документы: некоторые ему отправлял Строев, кое-что приходило напрямую от агентов или по спецзапросам. Были среди них любопытные и заслуживающие особого внимания. Работать с такими материалами тоже было не очень удобно: куски текста приходилось извлекать и переносить в сводные хранилища. Оставалось только с грустью вспоминать универсальный интерфейс СУПЕР ИДЕ (Интегрированной Диалоговой Единицы), который решал любой вопрос документооборота почти мгновенно.
После недавнего прервавшегося разговора с Ариной, Влад отыскал сообщения за последние дни, так или иначе связные либо с районом прибрежного шельфа, где работали её «экологические комбайны», либо с примыкающими территориями. Сводки от коллег были зачастую сумбурны и невнятны, но в целом какого-то особого беспокойства не вызывали. Они вполне вписывались в средний криминальный фон, наступивший после частичного ослабления визуального контроля.
Влад вздохнул. Хотелось бы верить, что все дело действительно в неполадках связи. Он еще раз пробежался глазами по некоторым выделенным документам.