Обратный отсчет
— Причём здесь Синявский?
— Ефим Кодолич — его отец, а Матвей — младший брат. Разные фамилии и попытки скрыть родство по документам какое-то время не давали возможности это сопоставить. Но ребята расстарались.
Транспортёр мягко качнуло, и он остановился.
— На точке! — гаркнул сержант, командир группы. — На выход! По установленной схеме!
— Понял, но ещё не факт, что это он, — буркнул Влад в микрофон, поднимаясь с места и надевая шлем. — На связи, мы прибыли.
— До импульса полторы минуты, — будничным тоном отозвался Гоша и отключился.
В части проникновения в комплекс план сработал. Некоторое время, после ощутимого толчка земли под ногами, Влад тревожно смотрел на встроенные в небольшой холмик створки запасного выхода, но его опасения оказались напрасными. Дверцы дёрнулись и принялись разъезжаться; внутрь прохода повалились слежавшиеся комья дёрна. За раскрытыми створками обнаружился короткий тоннель, ведущий к конструкторскому модулю.
Сержант сразу же энергичными жестами обозначил команды, и бойцы группы, один за другим, принялись спрыгивать в проём. Влад шел в авангарде, во второй двойке. Он немного отвык двигаться в полном защитном обмундировании, да ещё и со шлемом на голове, но навыки быстро восстанавливались. Постоянные и непрекращающиеся тренировки поддерживали тело в хорошей спортивной форме.
Первый огневой контакт его группы состоялся в коридоре-перемычке между двумя помещениями комплекса. К этому времени уже активировался противопожарный режим, завыли сирены и включились проблесковые маячки. Двое террористов, видимо, несколько дезориентированных происходящим, выскочили из бокового прохода прямо на них. Влад с напарником сработали почти одновременно — не успели бандиты поднять оружие, — разрядили по ним свои нейтрализаторы. Парализованные боевики мгновенно рухнули вниз.
Дальше путь группы Исаева лежал к полигону прототипов, в оперштабе, при планировании операции, пришли к заключению, что это помещение лучше всего подходит для удержания основной части заложников.
Влад в составе отряда бежал по внутренним коридорам с нейтрализатором в руке, притормаживал перед развилками и тамбурами, осматриваясь, но боевиков пока не встречалось. Из динамиков, вмонтированных в шлем, раздавались отрывистые донесения интенсивного радиообмена.
«Заремба — Первому: Внутренний пост, квадрат Е4, подавлен. Три гура слеплены»
«Всем группам! Газы в Рубке! Чайка, доложите подход»
«Технозал — чисто!»
«Чайка — Первому: Дверь Рубки вскрыли, гуры под действием газа в отключке. Семеро. Лепим»
«Джиг — Первому: Двигаемся к объекту ПП. Двоих слепили. Инспектор в порядке»
«Контакт в центральной галерее. Три гура заблокированы в тупике. Дожимаем. Группа Свата»
«Всем: По оперативным данным, местонахождение нескольких гуров пока не определено! Максимальная бдительность!»
«Гурами» на местном сленге для краткости называли террористов, склеить — означало «нейтрализовать», «взять в плен». Влад отмечал это про себя автоматически и, на бегу продолжал следить за любыми признаками движения впереди.
Из донесений следовало, что фокус с Рубкой удался, но, видимо, там засел не весь командный состав захватчиков.
В предположениях насчет заложников юстиционовцы не ошиблись. Когда вскрыли переборку, большая часть персонала находилась внутри помещения, в главном зале полигона прототипов. По быстрому пересчёту выяснилось, что среди заложников нет того самого Синявского. А вот оба главных руководителя — и Сидоров и Геворкян — присутствовали, и оказались целыми и невредимыми.
Влад немедленно продиктовал в эфир донесение в штаб. И даже успел подумать, что придуманный им план, наконец-то, сработал идеально, когда в эфире раздалось:
«Чайка — Первому: Подходим к физической зоне Сигмы. Тут что-то… необычное»
Исаев без труда определил в интонациях «Чайки» некую взволнованность и даже растерянность. Это показалось ему странным. «Чайка» — командир ударной группы захвата Ваня Горовой — по первому впечатлению выглядел вполне опытным и хладнокровным бойцом, готовым к любым сюрпризам. Что там могло приключиться?
— Не понял, — шепнул Влад командиру своей группы. — Пусть повторит.
Сержант тут же склонил голову к рации:
«Джиг — Чайке. Повторите — не понял»
«Чайка — Инспектору. Желательно ваше личное присутствие. Мы в квадрате К5 у машзала»
«Начинается, — мелькнуло у Исаева. — Вот тебе и удался план!».
Впрочем, ничего уж такого сверхъестественного в квадрате К5 не было. А были там свежесмонтированные автоматические турели, которые перекрывали все подходы к помещениям, где располагались физические компоненты Сигмы. Всего-то навсего.
Влад сейчас как раз рассматривал из-за угла подходящего к машзалам коридора новые огневые точки через оптику.
— Калибр убойный, — пробормотал он как бы в раздумчивости. — А они, вообще, рабочие? — Исаев полуобернулся к Горовому, который топтался рядом.
— Можно проверить, — с готовностью отозвался тот. — Сейчас спровоцируем.
— Не будем торопиться, — остановил его инспектор. — Что говорят эксперты?
Сержант скосил взгляд на коммуникатор:
— Модель неизвестная. Судя по внешнему виду, очень мощное вооружение. Автоматические скорострельные пулеметы крупного калибра. Управление комбинированное.
— Да уж, — Влад отставил оптику. — Откуда у террористов неизвестные даже экспертам виды оружия? Да еще и смонтированные в полевых условиях?
Горовой пожал плечами.
— Давай всё же попробуем их расшевелить, — решился Исаев. — Запусти какую-нибудь машинку.
— Есть!
Сержант отошел к основному расположению бойцов группы захвата и сделал необходимые распоряжения. Вскоре, управляемый дистанционно, по коридору мимо ног инспектора проехал маленький гусеничный робот-вездеход, служащий для обнаружения мин и разведки в труднодоступных местах.
Машинка резво прошуршала до поворота, чуть замедлилась, словно собираясь с духом, и выскочила на простреливаемое турелями пространство.
Влад непроизвольно напрягся, ожидая огненного шквала, но ничего не произошло. Стволы турелей, в сектор обстрела которых попал вездеход, даже не повернулись в его сторону, продолжая металлически отсвечивать в тусклом подземном освещении.
— Не реагируют, — проговорил Горовой, вновь приблизившись к инспектору.
Машинка тем временем остановилась на развилке и принялась разворачиваться вокруг собственной оси.
— Либо турели ещё не подключены к автоматическому контуру, — предположил Влад, — либо то самое комбинированное управление. Оператор видит, что угроза минимальная и не обнаруживает себя… Ладно, будем прорываться. Медлить нельзя. Схема атаки готова?
— Конечно! Не сомневайтесь, точки мы подавим.
— Добро. Выводи ребят на исходную.
— Есть! — кивнул сержант и сразу же, словно повинуясь невидимому знаку, за спиной Исаева началось движение: бойцы ударной группы занимали позиции для штурма.
Влад понимал, что атаковать турели — большой риск. И отдавал себе отчёт, что среди юстиционовцев при штурме могут быть жертвы. Но он руководствовался, прежде всего, своим чутьём — поэтому был уверен, что турели не подключены к полному контуру. А справиться с локальными огневыми точками, даже автоматическими, ребятам «Чайки» вполне по силам. Слишком уж мало времени было у террористов, чтобы сделать залы с физическим расположением Сигмы настолько неприступными.
— Владислав Николаевич, вы пока не высовывайтесь, — предупредил его Горовой, закрывая забрало шлема и поднимая импульсник с гранатометом на боевой взвод. — Зачистим, тогда просигналим.
Сержант присел на одно колено перед поворотом коридора и жестами показал подчиненным их расположение. Несколько бойцов быстрыми перебежками вплотную приблизились к секторам обстрела турелей. Горовой чуть обернулся к Владу, словно бы еще раз прося подтверждения разрешения на штурм.