Правильный лекарь. Том 7 (СИ)

— Ещё что-то заинтересовало? — с надеждой спросил старик.
— Пока всё, — покачал я головой.
— Тогда я вас провожу, а то у меня ещё работы непочатый край.
— Саш, а зачем тебе нужно целых три таких устройства, да ещё и по такой сумасшедшей цене? — спросила Настя, когда мы уже сидели в машине и я выруливал со двора.
— Это гораздо лучше любой охранной сигнализации, — хмыкнул я. — В их бесполезности против магов наёмников я уже неоднократно имел возможность убедиться. Хотя не исключено, что у Поджарского они лучше. Но мне кажется с этими ловушками гарантия безопасности гораздо выше.
  
— И куда ты их хочешь поставить? — поинтересовалась девушка.
— Одну на входе в твою квартиру, чтобы никто посторонний не смог туда попасть вне зависимости дома ты или нет. А ещё две — у себя в комнате. Одна у входа, вторая — под окном, через которое эти засранцы повадились забираться, чтобы со мной расправиться.
— А на пороге рабочего кабинета?
— В госпитале Валеры хватает, он сможет определить, где враг, и предупредить.
— Лучшая в мире сигнализация! — рассмеялась Настя. — Я что-то не подумала об этом.
— Я вообще хотел четыре взять, чтобы одну Андрею отнести, но, если Белорецкий в ближайшее время добьётся перевода в камеру управления, то без надобности.
Я неспешно ехал по вечерним улицам Питера, думая о своём, как вдруг, вырулив на Невский проспект, увидел припаркованный возле тротуара тот самый лимузин. Под кожу забрались ледяные щупальца и по спине побежали мурашки. Только проехав дальше по улице метров триста, я вспомнил, что машину уже вернули владельцу и нас на ней уже никто преследовать не будет. Выдохнул с облегчением и повернул в сторону Настиного дома. На сегодня с меня хватит и плохого, и хорошего, просто дьявольски хочу попасть домой. Оценив мой усталый и смурной взгляд, девушка даже спрашивать ничего не стала, тем более предлагать зайти на чай. Мы коротко попрощались с таким же коротким поцелуем, и она убежала домой, а я наконец поехал к себе. День ещё не закончился, но уже показался слишком длинным.
Войдя в прихожую родительского дома, тут же огрёб по полной программе от Маргариты за отсутствие шарфа и перчаток. Раньше меня это немного раздражало, а сейчас показалось таким милым, что захотелось её обнять. Служанка видимо увидела что-то в моём взгляде, быстро повесила на место пальто и шляпу и молниеносно ретировалась в неизвестном науке направлении. Со стороны столовой доносились манящие запахи. Господи, неужели я успел на семейный ужин и смогу наконец вкусить божественно приготовленную Настюхину стряпню?
— Здравствуй сын! — бодро приветствовал меня отец и крепко пожал руку. — Ты что, все эти три дня, пока отсутствовал, не спал? У тебя такой убитый вид. Или случилось чего?
— Ох, пап, пойдём за стол сядем, потом расскажу, — устало вздохнув ответил я. — Есть очень хочется, а у вас так вкусно пахнет.
— Не «у вас», а у нас, — поправил меня отец. — Ты как будто не домой, а в гости пришёл.
— Да уже почти так и получается, — хмыкнул я.
— Саша, у тебя всё в порядке? Ты не заболел? — Встревоженно спросила мама, с которой я столкнулся на входе в столовую. Мамы все одинаковые, главное, чтобы дитя не болело.
— Нет, мам, просто устал, — улыбнувшись ответил я и обнял её. — Просто нужно поесть и отдохнуть как следует.
Сестрёнка уже сидела за столом и дегустировала первое. Увидев меня на пороге, отложила ложку и обезоруживающе улыбнулась. Моё настроение и потребности она чувствовала и знала лучше меня. Наверно у неё какой-то особый дар, который распространяется только на меня. Интересно, повезёт ли также её будущему избраннику? Тогда это будет самый счастливый человек на свете. Я ему уже начинаю завидовать.
— Привет братишка! — сказала Катя обычным повседневным тоном, не замечая моей подавленности. Я сразу понял, что это не от невнимательности, а от желания меня таким образом подбодрить. — Всех победил?
— Всех, — хмыкнул я. — Порвал, как Тузик грелку.
— Ну, я в тебе нисколько не сомневалась, — хихикнула она. — Наливай себе солянку, сегодня она ещё вкуснее, чем обычно. Если наша повариха будет и дальше готовить в том же духе, я когда-нибудь не смогу выйти из столовой, в дверь не пролезу.
— Только не это, Кать, — сказал я, состроив театрально серьёзную физиономию и продолжил в поучительном тоне: — Избыточный вес влечёт за собой вереницу тяжёлых заболеваний и сокращает жизнь!
— Ой, да иди ты, — рассмеялась она. — Ты переигрываешь!
— Ну не все же такие артисты, как моя любимая сестрёнка, — улыбнулся я, приобнял её за плечи и чмокнул в щёчку.
Выставлявшая в этот момент блюда с горячим Настюха, уронила слезу умиления на белую скатерть и спешно убежала обратно на кухню. Не семья, а сплошная идиллия. Даже представить себе не хочу, как буду когда-нибудь просыпаться там, где их рядом не будет.
— Саш, ну мы ждём, — напомнил о своём вопросе отец, когда я отодвинул пустую тарелку, где недавно была солянка и принялся накладывать себе картофельное пюре с томлёными говяжьими щёчками.
Я облизнулся, неохотно отодвинул от себя тарелку с вкуснотенью и начал пересказ основных событий сегодняшнего дня. Пока я вещал, все тоже прекратили есть и слушали с таким же вниманием, как жители блокадного Ленинграда голос Левитана из динамика на уличном столбе. Сводки с фронта я закончил до момента посещения артефактора, это сейчас не обязательно.
— Я сначала подумал позвонить Белорецкому и тоже попросить за Андрея, — сказал отец, глядя сквозь тарелку и оперев щёку на кулак. — Но уверен, что он и так сделает всё возможное и без моего вмешательства, так что не буду суету наводить.
— Скорее всего да, — кивнул я, снова пододвинул к себе тарелку и тут же закинул в себя первый кусок таявшей во рту говядины, пока никто не помешал. — Главное, чтобы у него это получилось достаточно быстро, и никто не вставлял палки в колёса. Есть опасения, что контрразведка может уволочь его к себе в центральную контору в Москве.
— Эти могут, — произнёс отец и тоже взялся наконец за вилку.
— Сынок, ты иди ложись поспи, — сказала мама, когда я сытым котом вставал из-за стола. Разве что сметана по усам не стекала.
— А ночью я тогда что буду делать? — спросил я и сыто икнул. — Вас сторожить? Не, я лучше посижу с вами у камина, поболтаем о чём-нибудь, а то забыл уже когда в последний раз такое было.
— Да, ты нас в этом плане особо не балуешь, — улыбнулся отец. — Ну тогда пошли.
Переваливаясь с ноги на ногу, как утки, мы поплелись в сторону каминного зала. Целая утиная семья в полном составе. Я занял своё привычное кресло и вытянул ноги в сторону потрескивающих поленьев.
— Как твои успехи в институте, Кать? — задал я сестре самый главный для меня вопрос. — Всё получается? С понедельника работаем вместе?
— Так точно, господин главный лекарь клинического госпиталя! — отрапортовала сестрёнка, смешно козырнув, максимально выгнув кисть в обратную сторону. — Сегодня прошла испытание, ассистировала на трёх вмешательствах, ни один пациент даже не пискнул. Двое спали глубоким сном, а одному я сделала так, чтобы вся рука онемела и ему спокойно поставили кости на место, он ничего не почувствовал.
— Вы только посмотрите, — всплеснула руками мама. — И это она ещё студент второго курса мединститута! Да ты, Кать, к окончанию уже профессором станешь и напишешь собственную монографию.
— Не знаю, — невинно пожала она плечами, словно речь идёт о выборе конфет. — Всё может быть. Но сначала я закончу институт, а потом уж научные подвиги.
— Ух, какая деловая у нас дочь растёт! — восхищённо покачал головой отец.
— Значит в понедельник едем на работу вместе? — улыбнувшись спросил я, когда дифирамбы закончились.
— А ты хотел бы, чтобы я пешком пошла? — хихикнула Катя, взяв в руки кружку с ароматным чаем. — Далековато будет, конечно поедем.
— Здорово! — воскликнул я, воздев вверх руку с оттопыренным большим пальцем. — Ох мы с тобой там всем покажем!