Правильный лекарь. Том 7 (СИ)

— Думаешь справится она со всем этим? — также тихо спросил я у Николая.
— Уверен, — ответил он. — Я бы её вместо нашего градоначальника спокойно поставил.
В этот момент Лиза резко развернулась в нашу сторону, и мы замолчали, глядя на неё невинным взглядом, словно перед этим вовсе не о ней говорили.
— Мне здесь всё понятно, — сказала девушка холодным деловым тоном. — Нужен стол, карандаш и линейка, чтобы разметить перепланировку.
  
— Тогда пройдёмте в мой кабинет, — предложил я. — там всё есть. Только вот, к сожалению, кульмана в лечебном учреждении не найти.
— Ничего страшного, — спокойно ответила Лиза, никак не отреагировав на мою не совсем уместную шутку. — Стола будет достаточно.
Мы спустились на второй этаж и прошли в мой кабинет. Я убрал со стола всё лишнее, достал карандаши, ручки, линейку и бумагу. Лиза разложила план помещения, который я ей дал и ловко начала переносить его на лист писчей бумаги, уменьшив масштаб и сразу внося изменения в планировку. А я пока решил поставить чайник.
Через десять минут чай был готов, а Лиза закончила наносить на новый чертёж пометки о размещении оборудования и назначении помещений. Я глянул на результат её трудов и просто онемел. За такой короткий промежуток времени начертить такое сможет далеко не каждый архитектор. Какое у неё интересно образование? Или их несколько? Учитывая, что ей на вид лет двадцать или чуть больше, она должна была всё заканчивать экстерном.
Лиза сначала отказывалась от чаепития, но я был вежливо настойчив и смог убедить. Пока пили чай, Николай рассматривал Лизин чертёж. Девушка тем временем достала небольшой блокнотик из сумочки и красивым ровным почерком перенесла на чистый лист бумаги список необходимого оборудования и реагентов. Это уже предназначалось для меня, вместе со сметой отдам Обухову.
— Я тогда заберу это всё? — спросил Николай, кивая на чертежи. — Сделаю рабочие копии, размечу объём работ в каждом помещении и составлю смету. Лиза, к вам один вопрос, а что вот это такое на схеме?
— Принудительная вентиляция, — пожала девушка плечами, удивившись примитивному на её взгляд вопросу. — Это же химическое производство. А вот здесь химические шкафы будут стоять, к которым большая часть вентиляции и будет подключена. Обратите внимание, что эти контуры идут отдельно от других и не выходят в вентиляционные шахты, а должны быть отдельно выведены на улицу на определённую высоту, которая вот здесь обозначена.
— Вот, теперь всё понятно, — улыбнулся Шапошников. — Спасибо за разъяснения. Просто производственные помещения мне делать ещё не приходилось.
— Тогда лучше возьмите на всякий случай мою визитку, — сказала девушка и протянула золотистый прямоугольник картона строителю. — Если будут возникать какие-то вопросы — звоните.
— Вот это дело, — улыбнулся Николай, убирая визитку в портмоне. — Только учтите, что я динозавр и телефона у меня нет, буду звонить с того, что под рукой.
— А мне такую же можно? — спросил я. — Всё-таки придётся плотно сотрудничать, связь нужна.
— Так у вас есть в кармане телефон, — неожиданно улыбнулась она, а я уж думал, что не умеет. — Я продиктую номер, а вы запишите.
— Отлично, — кивнул я и записал её номер сразу в телефон. А жаль, хотелось подержать в руках её визитку, наличие которых у этой тихони в принципе было неожиданностью.
Шапошников забрал все чертежи, и я отвёз их обратно во дворец Курляндского. Я предложил довезти Николая до дома, но он сказал, что у него ещё остались незаконченные дела.
Позвонил Насте с намерением предложить прогуляться по Невскому с завершением вечера дегустацией европейской кухни, но она сказала, что у неё срочная работа над проектом и сегодня никак. Тогда план «Б», позвонил Юдину, чтобы удостовериться, что у него всё хорошо, но он сбросил. Ну ладно, позвоню чуть позже. Я уже было собирался поехать домой, как Илья перезвонил.
— Привет, чего хотел? — спросил он, стараясь восстановить дыхание, будто он перед этим от кого-то убегал.
— Илюх, у тебя всё в порядке? — взволнованно спросил я.
— Да, а почему ты спрашиваешь?
— От чего ты запыхался, решил спортом заняться? — поинтересовался я.
— Да тут долгая история, — хмыкнул он. — При встрече расскажу. Мне ничего не угрожает, если тебя это интересует, всё нормально. Ну почти, насколько это бывает нормально у поэтов.
— Ты записался в какой-то клуб? — улыбнулся я. — Ну наконец-то, молодец!
— Ага, стараюсь. Ты ещё не дома? Сможешь за мной заехать минут через двадцать? — спросил Илья, справившись наконец с дыханием.
— Без проблем, диктуй адрес.
Я вбил адрес в навигатор, нужный мне дом находился на Васильевском острове. Не очень близко, но за двадцать минут по идее должен успеть. Ещё эти предательские пробки на пути, будь они неладны! В итоге я приехал только через двадцать пять минут. Как оказалось, я не опоздал, на обозначенном месте Ильи ещё не было. А может уже не было?
Да ну, вряд ли он ушёл или уехал так и не дождавшись меня, не на час же я опоздал. Решил на всякий случай позвонить, он снова сбросил. Странно это всё. Я уже решил набрать ещё раз, когда увидел выходящего из-за угла Юдина. От его улыбки на улице стало светлее. Он сиял, как новый золотой червонец, мне даже стало немного завидно.
В кабину микроавтобуса он запрыгнул с такой ловкостью, словно с последней встречи умудрился на пуд похудеть.
— Ну, рассказывай! — сказал я, повернувшись к нему.
— Потом, — отмахнулся он. — Поехали в твоего «Медведя», я угощаю.
— Ого! — удивился я, но не стал возражать, раз друг так хочет.
Понедельник не пятница, свободный кабинет нашёлся сразу. Илья уткнулся в меню, и я не стал его дёргать, сам решил выбрать, чем наполнить сегодня желудок. Когда официант получил заказ и удалился, Илью наконец прорвало.
— Сань, ты просто не представляешь, какие там прикольные люди! — восторженно вещал Юдин. — Они все меня понимают, с ними так легко разговаривать!
— Не то, что со мной, занудой, — ответил я улыбаясь. Приятно видеть друга не в депрессии из-за расставания с родительским домом и постоянного полоскания мозгов осиротевшей матерью, а в приподнятом воодушевлённом настроении.
— Вот сейчас да, зануда, — хохотнул он. — Брось так говорить, ты мой лучший друг! Так вот, когда я начал читать им свои стихи, все сидели и слушали молча, а потом назвали меня дураком.
— Это ещё почему? — возмутился я, представляя уже себе, как я в этом клубе мебель жгу, стреляя молнией из трости.
— Да потому что я на такие стихи попой сел и не хочу нигде публиковать! — выпалил он, склонившись в мою сторону. Видимо, чтобы сильнее воздействовать на мои барабанные перепонки. — Ты представляешь, одно из моих стихотворений, посвящённых Оксане, опубликуют на следующей неделе в «поэтическом вестнике севера»! Один из членов клуба является главным редактором вестника, он мне пообещал.
— И что ты за это будешь должен? — спросил я.
— С чего это я буду должен? — удивившись отпрянул Илья. — Наоборот мне даже гонорар заплатят. Там сумма, конечно, небольшая, но это и неважно, Сань. Это будет первая в моей жизни публикация, ты представляешь? Да ещё где! В поэтическом вестнике! Это же меня теперь пол губернии прочитает и далеко за её пределами!
— Надеешься, что и Оксана прочитает? — полюбопытствовал я.
— Даже если и прочитает, всё равно не поймёт, — резко погрустнел он. Наверно зря я задел эту тему. — Я написал это уже после расставания.
— Но там же будет твоё имя, я думаю она догадается.
— Не догадается, — помотал он головой. — Я буду издаваться под псевдонимом, Илья Каменев.
— Почему Каменев? — удивился я, вспомнив почему-то психиатрическую больницу под Тулой, она носила это имя.
— Потому что моё сердце с тех пор превратилось в камень, — твёрдо и спокойно произнёс он. Человек не знающий Юдина поверил бы в такое утверждение.
— Ну допустим, — кивнул я, стараясь спрятать улыбку. — А почему ты запыхался, когда я тебе звонил? Обещал потом рассказать.