Странные люди (СИ)
***
Он крикнул ещё раз. И ещё. И ещё. Он орал, как мог, пока горло не начало саднить, и всякий раз его крик растворялся в темноте и тумане.
Холод становился невыносимым. Было почти неважно, идти или приплясывать на месте. Надо было что-то делать.
Инструкции по выживанию в лесу говорили, что, собираясь в поход или за грибами, надо взять с собой воду, шоколадку, спички, телефон-звонилку с полным зарядом, одеться ярко и приметно и, заблудившись, не сходить с места, звать на помощь, не спать и не просаживать батарею, слушая музыку. Почти все эти пункты Славик провалил. При себе у него были только сигареты, зажигалка, гитара и почти севший смартфон. Он вновь попытался дозвониться, на этот раз не ребятам, а спасателям. Вроде бы он помнил, что туда можно звонить, даже если на экране написано, что связи нет. Но телефон молчал. В трубке не было даже гудков.
Славик ни на что не надеялся, когда набирал службу спасения. Кто поможет ему в лесу, где пропало даже эхо? Но когда оказалось, что даже эта ниточка связи с внешним миром оборвана, у него скрутило живот.
Немного придя в себя, Славик всё же решил, что отчаиваться ещё рано. Ни одна, даже самая тёмная ночь не длится вечно. Надо просто как-то дотерпеть до утра. Не спать, не мёрзнуть, не впадать в панику. Развести костёр.
Он закурил. Тёплый свет зажигалки разогнал мрак, и Славик заметил ещё одну странность: зябкий туман, висящий меж деревьев, не заходил на тропинку, держался от неё на расстоянии в почтительных полметра, как будто кто-то поставил для него барьер.
Суеверия никогда не интересовали Славика. Он знал про домовых из мультика про Кузьку, а единственной приметой, которая соблюдалась трезво и неукоснительно, было не мыть голову перед экзаменом. В принципе, он считал себя очень рациональным и критически мыслящим. Но сейчас Славик согласился бы хоть плевать через левое плечо, хоть переодеть обувь с одной ноги на другую, лишь бы выбраться из этого проклятого места.
В пачке оставалась последняя сигарета.
***
Следующие несколько минут он пытался найти хоть какие-то ветки для костра, подсвечивая себе то экраном смартфона, то зажигалкой, но всё, что попадалось на обочинах народной тропы, никуда не годилось, а сойти с неё и углубиться в туман Славик боялся.
Толстовка и джинсы напитались влагой и почти совсем не грели, ремень от чехла с гитарой резал плечо, и зуб не попадал на зуб. Хотелось спать.
Наклоняясь за очередной сосновой веткой, такой же мокрой и бесполезной, как и остальные, Славик заметил в отдалении жёлтые отблески костра. И как они только пробились сквозь пелену в тумане?
Он снова закричал, и на этот раз ему показалось, что он услышал слабый отзвук эха, будто в плотной стене тишины вдруг пробили брешь. Впрочем, на его зов никто не откликнулся. Он попробовал снова, и в этот раз эхо звучало даже отчётливее. На третий подход у Славика не хватило голоса: в горле запершило, он зашёлся кашлем и кашлял так долго и надсадно, что закружилась голова.
А костёр так тепло и уютно горел совсем недалеко, в нескольких десятках шагов от тропы! Сойти с неё и углубиться в лесопосадку было страшно, но и оставаться на месте, ожидая, когда холод и сонливость сделают своё дело, было нельзя. Славик, ещё не до конца пришедший в себя, повёл плечами, как перед прыжком в ледяную воду, и решительно направился к огню.
***
Идти было совсем недалеко, но в темноте Славик сначала чуть не влетел лицом в ствол дерева, потом споткнулся о корягу, неловко упал, ударившись коленом, да ещё и получил по голове грифом от гитары. Тихо ругаясь, больше от обиды, чем от боли, он встал, отряхнулся и медленно побрёл к цели.
На поляне, освещённой пламенем костра, он заметил две смутные фигуры. Обе они сидели, прислонившись спиной к деревьям, и были совершенно неподвижны. Славик окликнул их, но не получил никакого ответа. Он уже двигался к той, что была ближе к нему, но дорогу ему загородила высокая стройная девушка в длинном платье. Она взялась из ниоткуда, будто вылетела из огня вместе с сияющими искрами.
— Эй, ты кто? Где все наши? — спросил Славик, не отводя глаз от незнакомки. Та негромко засмеялась и приложила палец к губам.
В тепле, рядом с прелестной девушкой Славик ненадолго расслабился. Ему уже начинало казаться, что всё самое страшное позади, он в приятной компании досидит до утра, а как рассветёт и разойдётся туман, выйдет к станции, сядет в свою электричку и больше никогда, вообще никогда не будет соваться в лес ночью. Но где-то на краю сознания комаром зудела тревога. Кто была эта незнакомка? Почему она жжёт здесь костёр одна? Что за вонь пробивается сквозь запах дыма и горящего дерева?
Славик сделал ещё один нерешительный шаг к неподвижной фигуре. Молчаливая девушка забеспокоилась, завертелась вокруг него ужом, и даже в неверном свете огня стало заметно, что она не так уж и молода: под глазами и возле губ залегли глубокие морщины, а нос сильно заострился. И лицо, раньше казавшееся добрым и открытым, вдруг стало напряжённым и злым. Славик поёжился.
Незнакомка отбросила за спину длинные волосы и заговорила.
— Ты, верно, утомился с дороги, путник? — Её голос звучал ласково, но несколько механистично. Славик не удивился бы, если бы услышал что-то вроде «Нужно больше золота» или «Нельзя построить здесь».
«Я что, попал в какую-то игру? А она — местная непись?» — подумал он, а вслух спросил:
— Ты кто? Что здесь происходит?
Незнакомка коснулась его плеча и заглянула в глаза:
— Я не могу разделить с тобой хлеб. Но могу предложить место у огня.
Славик почувствовал, как у него, в который раз за этот вечер, холодеет внутри. Он потянулся к карману за сигаретой, но незнакомка ловко перехватила его за запястье. Он попытался высвободиться, но загадочная женщина не спешила ослаблять хватку.
— Эй, полегче! Пусти меня!
Незнакомка продолжала держать его за руку и смотреть в глаза.
Славика всю жизнь учили, что женщин бить нельзя, разве что какая-нибудь из них кинется на него с ножом и надо будет обороняться, и сейчас замахнуться и вмазать этой странной женщине в челюсть было ему нелегко.
Незнакомка взвыла, как сирена, и ещё сильнее сжала его запястье. Он поднял руку для нового удара…
— Ты сильнее, чем я думала. Может быть, у тебя и получится. — В голосе незнакомки зазвучали живые, незаученные интонации. — В отличие от них.
Неприятный запах стал сильнее, полыхнуло пламя, и Славик смог лучше разглядеть неподвижные фигуры, прислонённые к стволам деревьев. К горлу подкатила тошнота, ноги подкосились, он как-то сразу обмяк.
— Сыграй мне, — властно сказала незнакомка. — Если всё пойдёт, как надо, я тебя отпущу.
— А если…
— Останешься здесь, вместе с ними.
***
Славик облизнул пересохшие губы.
— А можно, я просто отсюда уйду? Я никому ничего не расскажу, честно. Я и играть не особо умею. — Тут он не кривил душой. В его репертуаре нашлось бы несколько песен «Арии», немного «КиШа», «Всё идёт по плану», кое-что из «Сплина», из того, с чем можно подкатить к девушке… Достаточно для посиделок с друзьями. А вот чтобы спасти ему жизнь…
— Это неважно, — ласково улыбнулась незнакомка. — Тропа выбрала тебя.
Славик сделал осторожный шаг назад, потом ещё один, на третьем волна тошнотворного запаха ударила ему в нос так, что подкосились ноги. Он боком привалился к стволу дерева.
— Чего ты ждёшь? — Костёр за спиной незнакомки опять ярко полыхнул, и в небо взмыл столб искр. — Время уходит.
Славик расчехлил гитару, сел на землю, провёл по струнам и замер. Сейчас он чувствовал себя как человек, которого попросили рассказать что-нибудь о себе. Голова стала удивительно лёгкой и пустой, а все аккорды песен перемешались между собой.
Незнакомка строго и нетерпеливо посмотрела на него.